Укрощение дикого миллионера - Агата Санлайт

Ага! Кульминация! Шоу одного актера подходит к концу. Зрители рукоплещут.

- В общем, я попытался договориться о коротком комментарии от спортсмена или его тренера или кого-то вообще через свои связи… Но ничего не вышло. Поэтому мы все решили поручить это дело тебе, Олена!

Вот теперь Ставритская и Чинхисхановна выглядели так, словно готовы запрыгать от радости или запеть «Аллилуйя!»

Я сглотнула. Ну да. Я ведь - создатель сенсаций, главный по тарелочкам. То есть по суперэксклюзивным материалам от закрытых богатеев и миллионеров! Слава она такая. Может вознести, а может и разбить о камни. Как повезет. Вот мне сегодня, кажется, «повезло».

Ладно. Если что, найду другую работу. Конечно, Артур Наилевич от обиды расстарается. Всем коллегам расскажет о том, как я завалила материал века. Хотя он мне, при моих-то связях, прыткости и ловкости вообще ничего не стоил. Только пальчиками пошевелить, чтобы набрать нужные номера. Как любил выражаться редактор.

Уж он-то злопамятностью не страдает. Просто бывает очень зол, когда теряет сенсацию, и помнит все вплоть до детских обид в песочнице.

Ну что ж… Есть еще вакансии копирайтеров. Есть возможность писать на заказ рекламные статьи. У меня свои ньюсмейкеры. Не умру с голоду.

- Вам же ничего не стоит пробраться к любому суперскрытному и закрытому человеку! - не выдержала Чинхисхановна. - Уверена, Расинский ни с кем больше и разговаривать не станет, кроме нашей звезды!

- Да! - поддержала ее Ставритская перекрестным огнем. - Вы у нас мастер проникнуть к любому и любого разговорить. Даже Тамилина и Оленева.

- Наверняка быстро управишься! - не могла не пальнуть снайперским выстрелом Галя.

Я изобразила самую счастливую из своих улыбок. Причем, уделила секунду этой улыбки каждой из редакционных гадюк и ответила Артуру Наилевичу:

- Постараюсь. Сделаю, что могу. Могу я поехать домой и переодеться для важной встречи?

- Конечно! - тут же отозвался редактор. - Но материал должен быть у меня на почте не позже четырех. Сама знаешь - верстка, полосы.

Ну да. Знаю.

Я спокойно встала и вышла.

Без спешки степенно прошла по коридорам редакции, спустилась по лестнице, вышла наружу и только тут позволила себе вздох.

Редактор, ясное дело, просто ну очень хотел материал. Если бы мог - сам бы написал и никого близко к Расинскому не подпустил.

Даже на пушечный выстрел. Но его «связи» не сработали. Теперь осталось только свалить все на меня. И потом меня же закатать в асфальт негативных рекомендаций будущим работодателям, если не справлюсь.

Ладно. Сделаю что могу. А там, найду я себе работу. Не пропаду.

Да вон хоть романы начну писать и выкладывать на литературные сайты. Говорят, там зарабатывают не меньше, а то и побольше нас, журналистов. И никаких тебе брифингов, никаких унылых чиновничьих речей, никаких показательных выступлений Артура Наилевича и прочих прелестей жизни журналиста. Не говоря уже о изысканном преследовании со стороны некоторых завистливых коллег.

Пишешь себе, выкладываешь, продаешь и живешь на полученные средства.

В общем, я найду как выжить! Выживу!

Какая-то часть меня хотела обратиться к Тамилину или, чем черт не шутит - к Оленеву! А вдруг кто-то из них знаком с Расинским? Захочет помочь или даже устроит нам встречу?

Но я решительно отмела подобные мысли.

Я уж точно не стану использовать личные отношения для того, чтобы уладить рабочие.

Это крайнее и самое последнее средство, идти на поклон к малознакомым, влиятельным и, прямо скажем, недостаточно понятным для меня мужчинам.

К тому же, подобный шаг только еще сильнее запутает мою сейчас и без того очень непростую жизнь. С Тамилиным я подумывала расстаться, Оленева я хотела увидеть снова. Но уж точно не в качестве просительницы. Косвенно подтвердив его намеки на то, что я могла бы воспользоваться нашим знакомством ради карьеры или же денег.

Нет, нет и нет!

Я никогда не пошла бы с этим к Ярославу. А одалживаться перед Александром, теперь, когда я планировала отвергнуть его… Это уже выглядело совсем подлым, циничным и меркантильным.

Крайнее средство, как опасное лекарство применяется только в том случае, если совсем больше ничего не помогает. Если ситуация абсолютно безнадежная. И речь идет о жизни и смерти.

А у меня, как ни крути, еще куча возможностей, дорог и шансов! И я не стану предаваться унынию!

Не стану бросаться в ноги к сильным мира сего, даже если судьба и свела нас. Я - самостоятельная самодостаточная женщина и давно уже решаю свои проблемы сама.

* * *

Ярослав

Утро выдалось непростым, хлопотным.

Ярослав заключал договор с новыми поставщиками материалов. Последовали переговоры по скайпу, а затем - и личная встреча, в восемь утра в поместье Оленева.

Вначале потенциальные партнеры настаивали на встрече в ресторане или где-то еще в людном месте. Но Оленев сумел их убедить. Его дом - его крепость. Здесь он чувствовал себя сильным, защищенным, хозяином положения.

Сложно продолжать мыслить здраво, решать стратегически важные задачи, анализировать предложения и документы, если все время ждешь атаки или подвоха со стороны окружающих. А в людном месте этого не избежать. Внимание рассеивается, фокус смещается и можно упустить нечто важное.

А в таком деле, как выбор партнеров, это категорически недопустимо.

Оленев выслушал все, что ему предлагали. С чем-то согласился, а что-то отверг.

Он четко видел на лицах будущих компаньонов и удивление, и разочарование, и удовольствие. Да, они ожидали пообщаться с «дикарем из леса», как прозвали Оленева соседи и многие другие бизнесмены. А у этого дикаря оказалась и голова на плечах, и знаний в ней тонны, и умение анализировать получше чем у некоторых.

Ближе к концу, когда вопросы были почти решены, Оленев заканчивал просматривать очередные документы, позвонил Алексей. Ярослав забеспокоился. Если детектив вышел на связь - значит что-то случилось с Оленой?

Сердце подпрыгнуло к горлу и стало совершенно неважно - примет ли она когда-нибудь Ярослава, даже увидятся ли они вновь. Главное, чтобы с ней все было нормально!

Оленев отложил бумаги, попросил остальных подождать его, вышел из гостиной и принял вызов.

Выслушал, быстро понял, что происходит и постарался как можно скорее закруглить встречу.

По его расчетам Олена только доехала до дома, чтобы переодеться - о ее маршруте Алексей доложил тоже. Хорошо. Время есть.

Оленев набрал номер Расинского, радуясь, что когда-то одолжил денег на профессиональные тренировки этого спортсмена в школе гимнастов. Парень приехал из глухой деревни, вместе с мамой - единственной родственницей. Мать нанялась уборщицей в дворец спорта. А сам Петя -ныне Леонард - так как-то звучало представительней, по мнению тренера сборной - днем занимался в спортзале с руководителем школьной секции, а вечером подрабатывал на мойке машин.