Иди к черту, Суббота! - Александра Назарова

— Наташка, дай сигарету, а? — Послышался голос одного из друзей.

— Свои покуришь, — показался среди толпы Леша.

— Не бурчи, — кокетливо улыбнувшись ему, Наташа протянула открытую пачку сигарет однокласснику. — Какие сегодня планы? Леш, ты обещал стащить у предков бутылку вина!

— Я не обещал, но если получится — то стащу, — с хмурым видом отозвался юноша. В последнее время настроение у Леши было не слишком радужным. Но это, конечно же, Наташу не волновало. — Не задолбалась пить еще?

— Ой, отстань, — закатила глаза девушка. — Не хочешь вино нести, я попрошу Никитку.

— Тут она приобняла светловолосого паренька и улыбнулась, склонив голову набок. — Ники-и-ит, ты же выручишь нас?

— Для тебя, Натах, все, что угодно, — пообещал тот, улыбаясь в ответ.

— Понял? — Обратилась к Леше рыжеволосая, показав ему язык.

Алексей лишь поморщился, состроив недовольное лицо. Наташины подружки рассмеялись и уволокли ее к себе, так, чтобы парни их не слышали.

— Прикинь, Катьке нравится Антон, — зашептала одна из девушек, одетая в белую майку и спортивные шорты, — надо бы их свести.

— Блин, ты достала! Никто мне не нравится. Дура, что ли? — Тихо возмутилась ее подруга — обладательница объёмных пепельных волос, сожженых краской на поломанных концах. — Даже не смей меня сводить с этим дегенератом. — Кинув беглый взгляд на дорогу, она решила перевести тему. — Вон, смотрите лучше, кто идёт.

— Я видела ее, — кивнула Наташа, изобразив рвотный позыв. Ее подружки усмехнулись.

— Задолбала. Рожа у нее слишком высокомерная.

— Так давайте ей ее поправим, — предложила Катя, смеясь. — Глядишь, и Макс твой от нее отлипнет.

— Он не мой, — буркнула рыжеволосая, посмотрев на Лизу, проходящую мимо. — Мне нравится парни постарше. Они целуются обалденно. Не то, что ваши малолетки.

— О, Субботин идёт, — посмотрев Наташе за спину, сообщила девушка в шортах и хохотнула, увидев озадаченное и немного взволнованное лицо подруги.

— Ну ты и коза, Машка, — разозлилась Наташа, нахмурив брови. — Иди в баню, поняла?

— Не поняла, — передразнила та ее, веселясь.

— Доставайте лучше Черешневу. Она в последнее время нос свой задрала. Бесит меня.

— Да не вопрос, — пожала плечами Катя и тут же крикнула: — Эй, Черешнева, чего это ты не здороваешься?

Лиза, замедлив шаг, обернулась, посмотрела на девушек и, невозмутимо поздоровавшись, пошла дальше. Парни заметили настрой своих подруг и решили тоже присоединиться. Это же весело — шутить над кем -то. Всегда можно посмеяться и посоревноваться в остроумии.

— А с нами не поздоровалась! Э -эй, Черешня! Мы тебе не нравимся?

Лиза промолчала, продолжив свой путь. Она давно не реагировала на выпады своих сверстников. Никогда не позволяла себе показать им, что ей неприятно.

— Посмотрите, какая стала пафосная! — Крикнула Маша, перекинувшись заговорщицкими взглядами с подружками. — Может, ей косы подстричь? Черешнева, не хочешь стрижку как у Лехи?

— Не трогай ее, Маш, — весело улыбнулась Катерина. — Я слышала, что занудство — это заразно.

Наташа с хищной ухмылкой наблюдала за происходящим, кидая восторженные взгляды то на свою компанию, то на спину Лизы. Одно только ей не нравилось — она никак не реагировала. И даже не ревела. А так хотелось довести ее, чтобы она убежала, захлебываясь в слезах. Чтобы сломать ее. Увидеть, как ей плохо. Отыграться за свою боль.

— Лиза-а! А где твои сиськи? — Крикнул напоследок один из парней под всеобщее гоготание. — Тебе капусты подогнать? Говорят, от нее растут!

Наташа, услышав это, прыснула, переглянулась с девчонками. Им всем определенно понравился подкол общего друга. Она увидела, как дрогнули гордо расправленные плечи Черешневой и засмеялась еще громче. Чтобы она слышала. Чтобы задеть ее посильнее.

— Я подгоню тебе капусты, и ты будешь ее жрать, пока не треснешь, мудила.

Рыжеволосая оторвала взгляд от Лизы и тут же перестала смеяться. Ее подружки озадаченно замолчали, во все глаза уставившись на стремительно подходящего Максима. Он совсем не был похож на себя: движения резкие, глаза горят и выражают такой гнев, что смотреть в них было тяжело. Не церемонясь, Субботин остановился напротив одного из парней и толкнул его.

— Какого ты творишь, Суббота? — Заорал тот, покраснев от злости. Часто дыша, он вытаращил глаза на блондина. — Ты охренел?

Сжав челюсти, Максим толкнул парня еще раз, но он устоял на ногах.

— Нет, это ты охренел, — с угрозой в голосе прорычал он. — Не трогай её! Я челюсть тебе снесу, если еще раз ей что-то крикнешь. Ты меня понял?

На лице юноши смешались злость и испуг.

— Ты вообще долбанулся?

— Надеюсь, до тебя дошло, — уже спокойнее проговорил Максим, а потом пробежался испепеляющим взглядом по ошарашенным лицам друзей. — Вы — дно, если для вас это было весело.

С этими словами он развернулся и побежал за Лизой. Она не успела далеко уйти, шла медленнее обычного — видимо, в этот раз все-таки удалось ее довести. Однако, радости от этого у Наташи не было. Поджав губы, она развернулась и зашагала в другую сторону, игнорируя своих подруг. Все снова вышло не так, как планировалось. Теперь для Макса она — дно. А Лиза, как обычно, самая лучшая. Как же это все надоело! Все стало ещё хуже!

— Натаха, вернись! Я сгоняю за вином! — Крикнул ей вслед Никита.

— Да пошёл ты, со своим вином, — злясь, буркнула она, ускоряя шаг.

Когда девушка свернула к своему дому, ее догнал Леша. Запыхавшись, он пошел с ней наравне.

— Он остынет, вот увидишь. Потом забудет.

— Плевать, — даже не глядя на друга, коротко ответила Наташа.

— Да не плевать тебе. Не загоняйся, слышишь?

— Я не загоняюсь. У меня все отлично. — Кинув на парня короткий взгляд, она продолжила путь. — Пока.

Леша остановился, провожая ее поникшим взглядом. Хлопнув калиткой, выкрашенной в темно-коричневый цвет, рыжеволосая скрылась в своём дворе. Парень, раздраженно вздохнув, поплелся обратно к своим друзьям. Наташа снова будет убиваться по своему белобрысому, забивая на все на свете. И даже на себя.

Лиза не выдержала и все-таки расплакалась, уткнувшись Максиму в плечо. Они сидели на лавочке, недалеко от поля, в котором ветер тихонько шевелил колосья пшеницы.

Субботин, сжав губы в полоску и опустив сердитый взгляд на примятую кроссовками траву, гладил подругу по голове, пытаясь успокоить. Он никак не мог остыть, ему хотелось вернуться и набить морду каждому, кто обидел Черешневу. Всякий раз, когда кто-то задевал близких, Максим выходил из себя. А ещё он терпеть не мог, когда кого -то просто так травили. Даже в школе всегда заступался за ребят, которые часто получали подзатыльники от старшеклассников. И конечно же, также часто получал за это сам. Но пройти мимо чужой беды не мог.