Притворись моим - Алика Фортис

Решительно допив коктейль, после которого ощутила приятную расслабленность в теле, пошла на танцпол. Маринка уже во всю отжигала.

Я тоже двигалась свободно, полностью растворяясь в музыке. Даже подпевала немного, совершая движения в такт мелодии.

Спустя пару треков, почувствовала на талии чьи-то руки. Удивленно и испуганно крутанувшись увидела незнакомого парня. На вид мой ровесник. Симпатичный. Высокий. С улыбкой, мальчишеской совсем.

– Потанцуем?

– Давай.

Он не раздражал своим вниманием. Вёл себя более, чем прилично. Если и прикасался ко мне, то не провокационно и нагло, а вполне мирно и не переходя границ. Поэтому чувствовала я себя вполне комфортно в его обществе.

Длилось это все правда не особо долго. Моего незнакомца кто-то оттащил от меня, чуть ли не за шкирку. И этот кто-то, сейчас активно и зло ему что-то говорил, периодически встряхивая за грудки. И этим кем-то был Глеб. Парень поднял руки в примирительном жесте и, отступив на пару шагов назад, тут же ретировался.

Вот что он тут забыл? Совпадение? Не думаю. Решил поиздеваться и помаячить у меня перед носом?

Даже испытала легкий моментальный испуг, подумав о том, что он мог прийти сюда с Кристиной. Он хоть и говорил, что между ними ничего не было и не будет уже, но я все равно незаметно осмотрелась. Ведь те слова, что он говорил не означают, что он не пошёл снова к ней. Собственно, после моего ему отказа. Но, никого не заметив, немного расслабилась. Хотя, что значит расслабилась? Я скорее сильнее напряглась, снова переведя взгляд на Глеба, который решительно направился в мою сторону.

Не готова я была его видеть. Совсем не готова. И сейчас то, что я видела, меня пугало. Злой, как черт, глаза будто огнем полыхают. Губы поджаты в тонкую линию. Тело напряжено, грудь неровно вздымается. Никогда не видела его таким. Глеб, который всегда был расслаблен, весел и источал позитив, сейчас словно убивать был готов. От этого резкого контраста захотелось втянуть голову в шею и испариться. Приблизившись ко мне, процедил сквозь зубы:

– Уже потекла, как терлась с этим придурком?

Чего? Охренел совсем в край что ли? На смену страху тут же пришло раздражение. И сейчас по воинственному настрою, я ничуть не уступала Глебу.

– Ага, прям пипец как сильно. Могу поскользнуться ненароком. А ты что, жалеешь? – с вызовом вскинула взгляд на Глеба. Мне ведь хотелось, чтоб жалел. Чтоб его ломало так же, как и меня.

– О чем?

– О том, что сейчас был не на его месте? – мотнула головой в сторону парня у стойки, с которым танцевала ещё минуту назад.

– Жалею. Ни дня не проходит, чтоб не жалел. Но я своё место рядом с тобой ещё займу. – немного сбавив обороты, сказал уверенно, но уже спокойно.

– Ты своё место рядом со мной бездарно просрал!

– Все поправимо. – козлина самоуверенный. Поправимо у него. Захотел выкинул, захотел вернул. Раньше нужно было думать, тогда, когда я ещё могла простить. Когда шла от него к себе в квартиру и мечтала, чтоб он меня остановил, когда открывала дверь дрожащими руками и надеялась, что догонит. А лучше вообще не доводить до этого было. А сейчас ни хрена не поправимо.

– Не думаю. – отрицательно повела головой от плеча к плечу. – Нет. Я не из той категории женщин, которым нравятся фавны.

– Фавны? – недоуменно переспросил Глеб.

– Ну да, получеловек-полукозел. Это, знаешь ли, не в моем вкусе. – Глеб лишь грустно усмехнулся.

– Заслужил.

– Именно.

– Дин, поехали домой. Нам в любом случае нужно поговорить и не хочу я, чтоб ты по клубам сейчас ходила. Давай тебя домой отвезу.

Не хочет он. А чего я хочу его интересует вообще? Меня начинало мелко потряхивать.

– Это не я ушла к другому. – после каждой произнесённой фразы наступала на него, ударяя пальцем в грудь. – Это не я сказала, что мы просто друзья! Это не я все испортила! И не я тут предатель! Так какое ты право имеешь теперь врываться в мою жизнь и что-то от меня хотеть и требовать? А?! Не много на себя берёшь? Своей жизнью живи, наслаждайся и радуйся, а ко мне не лезь!

– Без тебя у меня не выходит радоваться и наслаждаться. Ничего не выходит.

– Это теперь только твои проблемы. – зло выплюнула ему в лицо.

– Без тебя вообще все кувырком. Я страшно ошибся и жалею об этом каждую секунду. Сам себя бы не простил, а тебя прошу. – продолжал говорить, будто вовсе меня не слыша. – Дай мне шанс, конфета. Единственный. Я каждый день исправлять все буду. Чтоб ты ни на секунду не пожалела. И доверие твоё верну.

Я не знала, что сказать. Злость отпускала и я начинала раскисать. Снова дрожь внутри. Снова резь в глазах от застывших слез. Снова ком в горле, который мешает дышать.

– Что тут у вас происходит. – спросила подлетевшая к нам Марина. Она внимательно сканировала нас обоих и сама ощутимо напряглась.

– Все в порядке, Марин. Поехали отсюда?

– Как скажешь, не вопрос. – она без лишних вопросов согласилась, не сводя с Глеба изучающего взгляда.

Не теряя ни секунды подхватила Марину за руку и потянула ее к выходу. Глеб сделал пару шагов, но я отрицательно покачала головой, давая понять, что не стоит этого делать. На сегодня достаточно.

Рано, слишком рано. Не готова я была его видеть. И от этого его «конфета» будто без наркоза кости ломали во всем теле. Когда-то я таяла от его такого обращения, а сейчас обжигало горечью.

Только выйдя на улицу и поняв, что мы с подругой одни, смогла нормально вздохнуть.

– Я наверное домой, Марин.

– Да я уже поняла. Чего он хотел?

– Поговорить. – слез сдержать все-таки не смогла. – Говорит исправит все, шанс дать просит.

– А ты?

– А я не верю. Хочу, но не верю. Не могу.

– Я не берусь судить, но мне кажется он и правда жалеет. Слишком отчётливо это видно.

– Может быть. Но я не могу так.

– Хочешь с тобой останусь? – спросила подруга, которой уткнувшись в плечо я то и дело всхлипывала.

– Одна хочу побыть.

– Тогда сейчас такси закажу. Если что, звони в любое время. Примчу.

– Спасибо. – снова всхлипнув, отстранилась и начала вытирать слёзы.

В такси ехала, как в прострации. Все мимо меня. Не помню, как доехали до Марины. Как попрощались. Как ехала дальше к своему дому.

Мысли снова волчком крутились в голове. Думала развеюсь сегодня немного, а в итоге стало чуть