Твое прикосновение - Дебра Маллинз

– Мистер Таллоу, вы бы не могли позаботиться о Дестини? Мистер Графтон, у нас есть свободное стойло?

Графтон кивнул.

– Да, вот сюда.

Он указал на конюшни.

Кэролайн отвязала поводья гнедой от седла Дестини и отвела лошадь на несколько шагов, чтобы Таллоу мог забрать Дестини. Он препроводил лошадь в конюшни, и Кэролайн осталась наедине с гнедой и Роганом.

– Тебе нужна помощь?

Кэролайн покачала головой.

– Нет, но я бы хотела, чтобы ты был рядом. Она вполне смирная до тех пор, пока ей не попадаются на глаза мужчины.

Роган кивнул и пошел за ними, сохраняя дистанцию в несколько шагов.

Графтон указал ей в угол конюшни, где была открыта дверь в стойло. Когда она приблизилась, он благоразумно отступил, и Кэролайн без проблем завела лошадь.

– Закройте дверь, мистер Графтон, – сказала она. – И принесите мне, пожалуйста, воды и любое средство, которое, по нашему мнению, поможет залечить ей раны.

Графтон поспешил выполнять просьбу госпожи.

– Все в порядке? – Голос Рогана, казалось, звучал из самих стен.

Она выглянула, но не посмела выйти из стойла, боясь, что лошадь снова начнет нервничать.

– Где ты?

– В соседнем стойле. Я решил, что будет лучше, если она не сможет видеть меня.

Кэролайн посмотрела на лошадь, которая вела себя довольно смирно, хотя и присматривалась ко всему с осторожностью, что было вполне понятно после того потрясения, которое ей довелось пережить.

– Думаю, что ты сделал все правильно.

– Ты сказала, что хочешь чувствовать меня рядом.

Его тон развеселил ее после всего, что случилось утром. Она усмехнулась.

– Да, я знаю лошадей, но мне еще не доводилось иметь дело с такими ранами, поэтому мне понадобится твоя помощь.

– Я здесь.

Стена, разделявшая их, делала его голос особенно привлекательным, добавляя нотки хрипотцы в его тон. Ее тело охватила теплая волна, хотя ее и останавливала мысль о том, какой взрывной темперамент у ее мужа.

В соседнем стойле Роган начал напевать свою песенку.

Гнедая насторожила уши, но оставалась спокойной. Спустя несколько секунд Кэролайн уловила мелодию и начала миновать ее в унисон с Роганом, поглаживая шелковистую шею гнедой.

Песня, напоминавшая колыбельную, ее слова, которые так любовно пел Роган, были прекрасны. Его голос словно окутывал Кэролайн. Он успокаивал ее, заставляя сдаться в плен.

Она начала гладить лошадиную гриву. Ее тело расслабилось, сердечный ритм замедлился. Она все пела. Казалось, что ее голос, соединенный с голосом Рогана, рождает особую интимность и новую степень доверия.

Гнедая подняла голову, и ее уши снова насторожились, будто она силилась расслышать что-то. Кэролайн продолжала напевать, ее бедра двигались в такт мелодии, руки гладили гриву лошади и ее круп там, где она не была ранена. Гнедая уткнулась носом в Кэролайн, и Кэролайн снова ее погладила.

Графтон медленно приблизился к ним с мягкими тряпками, водой и бальзамом. Кэролайн, не прерывая песни, приняла все это у него из рук и сказала:

– Роган, подскажи, что мне нужно делать.

– Продолжай напевать, а я буду рассказывать.

Итак, она снова начала напевать старую ирландскую колыбельную, пока Роган подробно объяснял, как обработать раны лошади. Хотя гнедая стала заметно нервничать, когда Кэролайн лечила ссадины и порезы, все остальное время она, похоже, была словно в состоянии гипноза под действием песни.

Наконец все раны были обработаны. Кэролайн подхватила воду, бальзам, окровавленные бинты и вышла из стойла. Лошадь провела ее жалобным ржанием и снова ткнулась носом ей в плечо. Роган вышел из соседнего стойла, и лошадь спряталась.

Кэролайн одарила Рогана счастливой улыбкой.

– О, у меня получилось!

– Великолепно. – Он улыбнулся и коснулся ее щеки. – Я горжусь тобой, любовь моя. Ты всему учишься быстро.

Кэролайн неуверенно остановилась.

– Благодарю тебя.

Он нахмурился.

– В чем дело?

Она попыталась отделаться улыбкой.

– Ни в чем.

Вглядываясь в нее, он забрал у нее воду, отставил в сторону, затем проделал то же самое с бальзамом и бинтами и спросил:

– Что-то не так. Ты отпрянула от меня.

Ей нечем было занять руки, и она снова начала заламывать пальцы.

– Утро было таким насыщенным. Если ты позволишь, то я бы хотела навестить сегодня папу.

Она попыталась обойти его, но он перехватил ее за кисть. Она в ужасе замерла.

– Кэролайн? – На его лице появилось озадаченное выражение. – Ты боишься меня?

– Конечно, нет, – тщетно пытаясь расслабиться, сказали она.

– Нет, ты меня боишься. – Он вдруг резко отпустил ее руку.

Что же делать? Она так надеялась, что ее страх пройдет незамеченным. Как теперь ей объяснить перемену ее настроения?

Он встал перед ней, поднял ее подбородок и заставил посмотреть на него. В его серых глазах были тревога и обожание и ни капли гнева.

– Что случилось, любовь моя?

Она вздохнула. Он будет настаивать, пока не выбьет из нее правду.

– То, что произошло вчера вечером, а повторилось сегодня утром, не может не беспокоить меня.

Он медленно выдохнул.

– Я боялся, что это станет проблемой.

– Я не знаю, что думать, Роган. – Она снова поддалась волнению и начала заламывать пальцы. – Вчера вечером и рассказала тебе о том, что произошло со мной. И ты проявил чуткость и понимание. Но сегодня утром ты едва не убил человека.

– Я был на него зол из-за того, что он сделал с лошадью, – сказал Роган. – Ты сама была этому свидетельницей.

– Да, и я была свидетельницей твоего гнева. – Она покачала головой. – Вчера драка случилась из-за брата. Сегодня из-за мистера Петерсона. Кто будет следующим? Я?

– Нет, – ответил он, взяв в ладони ее лицо, и его тон выражал абсолютную искренность. – Нет, никогда.

– Ты можешь дать обещание, что это не повторится? Думаю, что нет. – Она отстранилась от него. – Ты не можешь контролировать себя, Роган. Как я могу быть уверена в том, что в следующий раз твой гнев не падет на меня? Я боюсь – и я не хочу бояться.

– Я тоже не хочу, чтобы ты боялась меня.

– Но пока это не так, я должна подумать, Роган.

Она поспешила к дверям конюшни.