Притворись мною - Eiya Ell

Откуда не возьмись появляется Игорь. Те двое поднимаются. Завязывается групповая драка. Я плачу, мне страшно за Дэмиса, а он словно робот, не чувствует боли, когда ему тоже попадается.

Охрана поспевает, как всегда, во время, разнимают.

— Я все решу, — говорит Игорь Дэмису, который не отрывно смотрит на меня, — уезжайте!

Мне страшно ехать с ним, я такого разъяренного Дэмиса еще не видела. Марина подходит, обнимает.

— Ты в порядке?

Я ответить не успеваю, Дэмис хватает меня за руку и тянет к выходу.

— Еще раз с днем рождения, — улыбается Марине на последок.

Мы доходим до его машины, он открывает дверь, достает оттуда свой пиджак.

— Накинь на себя! — приказывает и бросает на меня свой пиджак, потом помогает сесть в машину, закрывает дверь, очень сильно хлопает дверью. Я дрожу, совсем не от холода.

— Какого черта Алиса? — заводит двигатель и со свистом трогается с места. Я пристегиваюсь, мало ли что, мы летим на бешенной скорости.

— Меня пригласили….

— Я тебе не разрешал говорить! — Боже, он же спросил, я ответить хотела. Слезы льются ручьем, — ты у кого спросила? Кто тебя отпускал? Что у тебя за вид? Откуда достала эти вещи!? Отвечай! Какого черта молчишь? — он стучит кулаком по рулю.

— Мне Мари…

— Замолчи, ты еще смеешь говорить?

— Успокойся.

— Посмотри на себя. на кого ты похожа в этих тряпках? — обида душит, комом стоит в горле. На кого я похожа? Мне становится стыдно, чувствую себя грязной, рядом с самым читсым человеком на земле.

— Куда мы едем?

— Прекрати ныть! — достает из бардачка влажные салфетки, тянет мне, — вытри слезы.

Салфетки черные, потекла вся тушь и подводка. Пока я вытираю сопли и слезы, не замечаю как мы доезжаем. До его дома.

— Зачем ты меня сюда привез?

Ответа нет. Он выходит из машины, открывает мою дверь, помогает выбраться, словно я не способна сама, потом закидывает меня на свое плечо, как мешок картошки.

— Что ты делаешь? Поставь меня.

— Дед спит и не дай Бог ты его разбудишь!

Мы проходим внутрь, от того что я вишу вниз головой, голова начинает кружится. Он быстрыми шагами поднимается вверх по лестнице, потом идет по коридору, и наконец ставит меня на пол. Я еле ловлю равновесие. Открывает дверь в спальню и проталкивает меня внутрь. Включает свет.

— Добро пожаловать, — нахально улыбается и мне совсем не нравится, то что он говорит следом, — теперь это твой дом.

Я в панике. Какой, такой дом? Мой?

— В каком смысле?

— В прямом, — он идет в душ, моет руки, я следом.

— У меня есть дом…..

— Алиса….. - тянет меня за руку на себя, — поцелуй меня…

— Нет……то есть…

Он врывается в мой рот, кусает, делает больно. Я вскрикиваю, когда он посасывает язык, тянет. Это ужасная боль, от которой на глаза выступают слезы.

— Тебе острых ощущений не хватало? — опять целует, грызет мои губы, — ты зачем ходила в клуб? в таком виде?

Пока он пожирает мой рот, моя юбка рвется пополам.

— Что ты делаешь? — он опять целует, грызет мой язык, и рвет топик. Это же Наташины вещи! Я руками прикрываю грудь, Дэмис смеется и толкает меня назад. Он — один шаг вперед, я — назад. На ходу расстегивает рубашку, снимает, кидает ее куда-то в сторону, брюки вместе с боксерами летят туда же.

— Ты…

— Тише, ты же хотела острых ощущений, для кого так вырядилась?

— Ни для кого! Не неси ерунду!

— Снимай эти чертовы босоножки!

— Нет.

— Алиса.

Я ногами упираюсь в кровать. Приплыла. Дэмис абсолютно голый стоит передо мной, пальцем толкает меня в грудь. Я падаю на кровать. Стараюсь не смотреть на его огромный орган, который камнем стоит, весь налиттый кровью, сверкает перед моим лицом. Боже, спаси меня от искушения.

— Снимай. босоножки, — он не отрывает взгляда от моей груди. Я в черном, кружевном нижнем белье, а чувствую себя голой.

Наклоняюсь, снимаю босоножки. Сердце готово выпрыгнуть из груди.

— Что ты собираешься…

— Меньше вопросов, — он толкает меня на спину, наваливается сверху, оказывается у меня между ног, — поднимись выше.

Я слушаюсь, не хочу злить его больше. Мамочки, спасите меня. Помогите. Упираюсь ладонями ему в грудь. Тяжело дышу, кажется задыхаюсь. Его дурманящий запах въелся мне под кожу, я ощущаю его повсюду. Это меня волнует, возбуждает, и в то же время пугает. Я боюсь, мне страшно. Он наклоняется ниже, ему мои ладони ни по чем. Целует страстно, вылизывает мой рот, мое лицо.

— Сладкая, моя……… МОЯ? — молчу, боюсь слово сказать, да и как я отвечу, если он не отрывается от моего рта? — ты моя Алиса? — кричит мне в ухо, и рвет лифчик.

— Ахххххх, — я прикрываю руками груди.

— Моя? Отвечай.

— Да! Да!

— А какого черта ты поперлась туда? — облизывает мои губы, бабочки просыпаются в моем животе, Боже, почему это меня так заводит? — для кого ты надела это белье? — одним движением руки мои трусики отправляются к лифчику. Боже, пусть он сделает все, без проникновения. Как тогда, на озере. Я….я потерплю… то есть там нечего терпеть, боли нет. Ну пусть если хочет, только без проникновения.

— Дэмис…пожалуйста… что ты собираешься делать?

Пьяными, или злыми, не понятно, как одурманенный, он смотрит на мою промежность. Потом проводит рукой по складочкам.

— Горячая и мокрая, — придвигается ближе, сгибает мои ноги в коленях.

— Дэмиссссс. — паника накрывает меня с головой, когда чувствую его нежную плоть на своей. Дыхание срывается. И у меня и у него.

Толчок, и он входит, глубоко до основания, впивается в мой рот, глушит крик. Больно.

— Детка… супер, какая ты кайфовая, так и знал, — целует нежно, не двигается.

Я ногтями впиваюсь в его спину, царапаю до крови. Боль не выносимая. Дышать не могу, покрываюсь потом, слезы автоматически катятся по щекам, он вылизывает мои слезы, зацеловывает лицо.

— Прости, шас перестанет болеть. Расслабься, — с этими словами он начинает двигаться.

Медленно и нежно, меня отпускает сильная боль, но расслабиться не получается.

— Алиса, моя красивая, моя… — его трясет, то ли от волнения, то ли от наслаждения, я не понимаю, он покрывается потом, мы дышим часто и громко, будто кросс бежим. задыхаемся, он учащает свои движения, кажется еще глубже входит. Толчок за толчком, выбивает из меня кислород, — малышка моя….- смотрит в глаза и целует, нежно и ласково, и я его целую, это безумие,