Детектив для попаданки - Илана Васина

быть из-за денег. Вдобавок, из него легко вить веревки, чтобы жить ярко, со вкусом. С ним ты намерена путешествовать, а потом осесть где-нибудь во Флориде или Калифорнии. Да, он животное, но безумно богатое и щедрое. Описала в красочных эпитетах его недостатки и специфику некоторых... пристрастий. Потом прозрачно намекнула, что желаешь после развода и очередного замужества оставаться моей любовницей.

Удивленно смотрю на Акима. Его слова просто в голове не укладываются! Конечно, я знала уже: Катя – так себе жена, но оказалась, что душонка у нее еще червивее, чем выглядела поначалу!

- Потом я сделал то, о чем до сих пор жалею. Я ответил тебе, что наш разговор записан на мой телефон и что после развода со мной ты должна оставить Матвея в покое ради его жены и детей. В ином случае я покажу ему эту запись. Мы оба понимали, что после услышанного он бы с тобой не остался. Ты разозлилась. Крикнула, если я сейчас же не сотру этот файл, ты покончишь с собой. Я был уверен, что это блеф, ответил: скатертью дорога! Ты выбежала за дверь. А через час мне позвонили из больницы. Сказали, что жена на полной скорости въехала в дерево.

Он утягивает меня из центра просторной комнаты на двухместную кровать. Не расплетая объятий, мы садимся на сиреневый плед. Точнее, Аким устраивается на кровати, а я сажусь на него, обвивая его своими бедрами и сцепив у него за спиной лодыжки.

- Я волновался за тебя. Чувствовал виноватым отчасти. Хотел дать тебе время прийти  в себя, привыкнуть к мысли о разводе, а потом развестись. Но ты начала меня удивлять. Каждый день. Иногда мне казалось, что тебя подменили на сестру-близняшку. Хотя тело было твое. Каждая родинка на нужном месте. Каждый изгиб совпадал. А твое поведение, реакция на меня, на мать, на Рекси – все изменилось! Ты больше не та Катя, которую я знал. Ты другая. Совсем, совсем другая. Нежная. Тепеливая. Добрая. Сострадающая. Отдающая себя другим.

Вдруг он проводит пальцем по шее. От уха к уху под подбородком, затем спускается к плечу. Очень нежно и не спеша. Мне приятно, вслед за его пальцем по коже бегут сладкие мурашки. Но как-то это неожиданно. Вопросительно заглядываю в его глаза.

- Видишь, даже твое тело реагирует по-другому. Прежняя Катя уже хохотала бы – это ее щекотная зона. А ты молчишь. Потому что ты не Катя. Кто ты, любовь моя?

Глава 21

Закусив губу, молчу. Кто я для него, правда? Мимолетное утешение, посланное в миг величайшего разочарования? Ветерок, случайно обласкавший сердце и упорхнувший вскоре в небытие? Или половинка его души, притянутая к нему злой, неведомой силой, чтоб подразнить ощущением цельности и вновь спровадить во тьму одиночества?

С языка уже почти срывается исповедь про мою прошлую жизнь в теле Карины. Но в последний момент ловлю подступившие слова, так и рвущиеся наружу, и заталкиваю их обратно в клетку. Запираю на замок. Тайна не только моя. Тело и вовсе чужое. Откровенничать не имею права. Нельзя.

Мое молчание тяготит нас обоих. Аким, сам того не замечая, хмурится. Разглаживаю подушечкой указательного пальца морщинку, залегшую между густых бровей – я так давно об этом мечтала! Стираю ее поцелуем, легким, как трепет ресниц. Но мой взгляд скользит чуть ниже и снова сталкивается с тем же неизменным вопросом в сетчатке его глаз: кто ты? Шепчу в ответ:

- Я просто девушка, которая тебя любит.

Это целое признание, самое первое и самое искреннее в моей жизни, но ему этого мало. Он отодвигается от меня лишь на сантиметр, а близость наша, всего секунду назад сцепившая наши сердца прочной, как стальной канат и нежной, как шелк воздушной нитью, куда-то исчезает. Он вдруг вытягивает из кармана штанов телефон и обещает:

- Я прямо сейчас сотру файл с записью нашего разговора. Того, что перед аварией... Если боишься остаться на бобах и только из-за этого не ушла к Матвею...

Как будто холодный смерч внутри прогулялся – ежусь от колючих иголок обиды. Он сейчас заподозрил меня во лжи из-за того, что недоговариваю? Опять предполагает, что я играю роль, чтобы не лишиться хотя бы мужа? Но как сказать ему правду? Как? Почему все так сложно?

Слезаю с его колен, сажусь рядом на кровати. Его пальцы скользят по экрану, в поисках нужной папки. Он показывает мне файл, включает прослушку. Слышу свой, точнее Катин возмущенный голос:

- Ну и что с того? Подумаешь! Думал на тебе свет клином сошелся? Думал, затащишь меня в эту дыру и я стану идеальной женушкой, стоящей весь день у плиты? А вот и нет! (торжествующе) Всего лишь один трахтибидох - и у меня есть ключ от комнаты с сокровищами! Твой братец теперь послушная глина в моих руках и готов исполнить малейший мой каприз!

Прошу его:

- Выключи! Не хочу слушать эту грязь.

Он выключает звук, и я продолжаю говорить, уставившись на ручку шкафа в другом конце комнаты:

- Можешь стереть файл, если тебе будет легче. А можешь не стирать. Мне все равно. Матвей уже в прошлом, он мне не нужен.

В этот момент кто-то тихонько стучит в дверь и мы слышим виноватый голос Алены:- Ребят, простите, но там вот-вот ваша очередь подойдет. Стоун терапия. Для лучшего эффекта сначала бы надо в сауну. Идете?

Аким решительно хлопает меня по коленке и заявляет:

- Ну что, не будем обижать маму отказом!

Хватаю заготовленные заранее комплекты для сауны, свой и мужа, и перед тем, как выйти оглядываюсь. В центре комнаты, на пестром экологическом коврике уныло стоят наши сумки. Мы по-прежнему не разобрали вещи.

Спускаемся на первый этаж, Алена шествует впереди, показывает дорогу. Проходим в небольшой коридорчик, щедро утыканный дверями, одну из которых, в самом конце, свекровь открывает перед нами и гостеприимным жестом предлагает войти.

Здесь небольшая комнатка, обитая деревом - предбанник. Две лавки вдоль стен, две полки да крючки. Показав нам, где что находится, Алена деликатно исчезает. Аким поворачивает задвижку, и мы оказываемся отрезанными от других в тесном узком пространстве.

Мне не по себе. Между мной и Акимом невидимый барьер из невысказанной тайны, и мы оба это ощущаем. Он сбрасывает с себя одежду, закрепляет полотенце на бедрах, хватает свой комплект и растворяется за темной стеклянной дверью. Слышу, как шипит вода, брызнувшая на горячие камни. А потом еще и еще. Может, он быстренько помоется,