Мечтая о Риме - Тревор А. Уильямс

Вопреки всему, что она говорила себе о Коррадо, от этих слов ее пробрала дрожь. Умел же он говорить комплименты, которым веришь. Джо не впервые задавалась вопросом: за какие ужасные прегрешения в прошлой жизни ее обрекли находиться рядом с таким желанным, но недоступным мужчиной? У Анджи в Вудстоке хватало друзей среди лошадников. У некоторых даже зубы напоминали лошадиные. Если бы вместо Марио она увлеклась кем-нибудь из тех парней, многие проблемы попросту не возникли бы, включая и нынешнюю. Джо снова вздохнула и сделала глоток отменного шампанского.

Их места находились в середине первого ряда.

– Это же лучшие места. – Она с удивлением посмотрела на Коррадо. – Ты наверняка знаком с нужными людьми.

– По правде говоря, я один из попечителей благотворительного фонда, и к нам так относятся отнюдь не за красивые глаза. В частности, за несколько минувших лет я пожертвовал фонду достаточно денег, что позволило им купить эту виллу.

Вскоре освещение притушили. Пока Джо ждала начала концерта, ее внимание привлекли желтовато-зеленые вспышки в темном воздухе. Для нее, интересующейся летающими насекомыми, это было дополнительным сюрпризом волшебного вечера. И хотя светлячки относились к жукам, а не к бабочкам, их появление в римском небе было настоящим чудом. Когда включили свет на сцене и светлячки пропали, Джо огорченно вздохнула.

Концерт открыла дама весьма гламурного вида в серебристом платье-футляре и с декольте, которое не подчинялось законам гравитации. Коррадо шепотом пояснил, что это телевизионная знаменитость, известная по всей Италии. Ведущая повторила то, что Джо уже слышала от Коррадо: принципы, на которых строилась работа этой благотворительной организации, были схожи с принципами той, где работала она. Итальянцы собирали деньги для очистки океанов и сохранения исчезающих видов животных и растений. Допив шампанское под завершающие фразы ведущей, Джо поставила пустой бокал под стул. Если устроители пригласили телевизионную знаменитость и предлагали гостям шампанское, билеты на такой концерт должны были стоить кругленькую сумму. Сегодняшний вечер существенно пополнит бюджет благотворителей.

Программа концерта была составлена с большим вкусом. В первом отделении выступал струнный квартет, виртуозно исполнявший известные вещи знаменитых композиторов. Хотя Джо и не являлась страстной поклонницей и знатоком классической музыки, она узнала и с удовольствием прослушала большинство исполняемых произведений. В антракте слушателям вновь предложили шампанское и невероятно вкусные канапе. Может, Коррадо собирался после концерта отправиться на обед, но Джо решила, что с нее хватит здешнего угощения. Съев третий бутербродик с королевской креветкой, зажаренной по-японски, она тронула Коррадо за руку:

– Закуски выше всяких похвал, но я уже насытилась. Как ты знаешь, женщина может съесть без вреда для фигуры лишь определенное количество икры и морского лосося.

– Месяц назад я ходил сюда на концерт и знаю, чего ожидать. Нужно было заранее тебя предупредить. Однако говорить, что ты насытилась, преждевременно. Ты еще не пробовала профитроли. Прибереги для них место в желудке. Они того стоят. Обещаю.

«Интересно, с кем он ходил на тот концерт?» – шевельнулась ленивая мысль, которую Джо тут же прогнала. И все же она последовала совету Коррадо и попробовала профитроли. Здешние почему-то были вдвое крупнее тех, что она ела раньше. Их подали в тягучем шоколадном соусе. Внутри профитролей находилась щедрая порция крема. Джо почти физически ощущала, как у нее на боках прибавляются фунты веса. Съев пару штук, она предъявила Коррадо шутливую претензию:

– Я разгадала твой замысел. Ты намеренно меня раскармливаешь, чтобы я потом с трудом влезла в платье подружки невесты.

Коррадо посмотрел, как она слизывает шоколад с пальцев, и улыбнулся:

– До сих пор меня упрекали в том, что я норовлю снять с женщины платье. Это что-то новенькое. – Увидев изменившееся лицо Джо, он поспешил извиниться: – Прости за нелепую шутку. Я не рассматриваю тебя в таком ключе. Честное слово!

– Меня не касается, как и с кем ты проводишь время.

Но мозг Джо уже работал, анализируя слова Коррадо, хотя подсознание и требовало выкинуть эти мысли из головы. Посчитав, что шампанское придаст ей смелости, она сделала большой глоток и сказала:

– Раз уж мы заговорили на эту тему, позволь узнать, что мешает тебе рассматривать меня в таком ключе?

Коррадо опустил глаза, не торопясь отвечать. Пауза затянулась. Джо начала сожалеть о заданном вопросе. Зачем было касаться столь щекотливой темы? Коррадо все-таки ответил, и голос его звучал на редкость серьезно.

– Возможно, ты удивишься, но в минувшие дни я много думал на эту тему. Есть три причины, по которым я всеми силами стараюсь не рассматривать тебя в таком ключе. Первая: достаточно скоро мы станем родственниками и будем часто видеться. Если бы у нас возникла недолгая интрижка с неминуемым расставанием, это плохо повлияло бы и на нас, и на Анджи с Марио.

Джо утвердительно кивала, однако Коррадо этого не видел, глядя в землю. От нее не укрылось, что он все-таки считал ее привлекательной и пытался не поддаться искушению. Оставалось дождаться и посмотреть, к чему это приведет. После теперь уже недолгой паузы Коррадо заговорил снова:

– Причина вторая: я знаю, что ты не из таких женщин. Ты красива, умна, сексапильна, у тебя прекрасная фигура. Словом, очень желанная женщина. Но я знаю: ты ищешь большего, нежели просто сексуальное удовлетворение. А ничего другого я предложить не могу, о чем известно нам обоим. Поэтому никакое сближение между нами невозможно.

Джо мысленно повторяла прилагательные, употребленные Коррадо при описании ее. Значит, она все-таки была для него привлекательной и не имела отталкивающих черт. Коррадо вновь замолчал, и потому Джо сама спросила:

– Ты упомянул о трех причинах. И какая третья?

На этот раз он поднял глаза. Выражение его лица было серьезным, хотя и с оттенком нежности.

– Ты мне очень нравишься. Ты добрая, остроумная женщина. С тобой очень приятно общаться. Словом, такими прекрасными друзьями не бросаются. Это главная из причин. Я хочу сохранить тебя в числе своих друзей. – Его лицо потеплело, но Джо успела заметить промелькнувшую тревогу. – Если, конечно, я устраиваю тебя в качестве друга.

У Джо защипало в глазах. Она потянулась к руке Коррадо и крепко ее сжала:

– Это самое прекрасное объяснение в… отсутствии любви, которое я слышала. Конечно же я хочу, чтобы ты оставался моим другом. И мне было очень приятно общаться с тобой в эти дни. Ты мне очень, очень нравишься, но, выражаясь твоими словами, все это очень непросто… Ты, Коррадо, можешь стать мне старшим братом, которого у меня никогда не было. Мы же можем навсегда оставаться друзьями?

– Решено, – улыбнулся он. – Друзья навсегда.

Джо почувствовала, как его пальцы сомкнулись вокруг ее пальцев, и закусила губу, борясь с подступающими слезами.

Во втором отделении выступал виртуозный испанский гитарист. В школе Джо училась играть на гитаре, но не продвинулась дальше весьма посредственного исполнения песни Боба Дилана «Knock, Knock, Knockin’ On Heaven’s Door». Бóльшую часть аккордов она успела забыть. Уму непостижимо, как этот испанец может играть без всяких нот, едва касаясь гитарных струн. Но его игру она слушала вполуха. Мозг продолжал тщательно анализировать ее реакцию на слова Коррадо.