Песнь личной служанки повелителя - Алекс Найт

— Да ладно, Деймос, не злись. Между нами ничего и не было. Просто разъясняли последние моменты, — заявил Доран.

И теперь Деймос медленно перевёл взгляд к нему. В нем поселились предупреждение и почти звериная злоба.

— Если я узнаю, что ты тронул её хоть пальцем, убью, — проскрежетал Деймос.

Доран мгновенно побледнел. Никто из нас не сомневались, что Деймос выполнит угрозу.

— Лира, за мной, — приказал повелитель, резко развернувшись, и покинул покои.

Только когда он вышел, я смогла вздохнуть, точнее силой вогнать воздух в лёгкие. Как в тумане я подобрала вещи с пола и двинулась за гармонтом.

— Не забудь о нашем разговоре, — донеслись вслед слова Дорана.

Глава 21

/Деймос/

Я стремительным шагом нёсся в свои покои. Ярость разливалась по венам жидкой магмой, в груди поселилась тупая боль, а в голове теснились сотни мыслей. Лира и Доран. Ни за что бы не поверил, если бы не увидел своими глазами. А ведь я бы и не узнал, если бы не появление той служанки. Испугалась за Лиру, как же. Скорее решила насолить. Но лучше бы я и дальше оставался в неведении. Потому что это мерзко, потому что это больно. Подослана она Дораном, или они любовники, даже не знаю, что хуже…

Двери ударились о стены, когда я рывком распахнул их.

— Заходи, — бросил через плечо семенящей за мной Лире.

Она вошла в покои с опаской, в померкших карих глазах поселился страх. Стоило ей зайти, как я захлопнул двери. Ладонь порывисто вцепилась в хрупкое плечо девушки. Она приглушенно вздохнула, когда я прижал ее к двери. Испуганная, трогательная. Похоже, она уже успела выпить свой настой, потому что цвет волос и глаз померк, лицо посерело. А мне было все равно. Внешность практически не имела значения с самого начала. Теперь же стала дополнением к ее характеру.

Лира заставила меня пережить незнакомые мне до этого чувства: страх, нежность и ревность. И похоже, я уже миновал точку невозврата, потому что первый вопрос, который сорвался с губ, был:

— Вы с Дораном любовники?

Лира отрицательно замотала головой.

— А ты бы хотела, с ним? — приходилось буквально выталкивать из себя слова.

Никогда не испытывал такой жгучей злобы. Она оседала горькой остротой на языке, отравляла мысли, стоило только вновь вспомнить Лиру в объятиях этого слизняка Дорана. А она вновь замотала головой. Даже скривилась от отвращения. Лира казалась искренней, но слишком много сомнений роилось в моих мыслях.

— Ответь нормально! — рыкнул я, сильнее сжав её плечи. — Я слышал, как ты вскрикнула при нападении. Ты ведь врешь о немоте. Врешь обо всем!

Она вновь замотала головой, из глаз брызнули слезы. Лира подняла сумку с вещами, словно пытаясь защититься от меня, словно боялась, что я ударю.

— Демоны, — я отпустил её и резко отвернулся. — Как я могу тебе верить?

Начал расхаживать по комнате, пытаясь смирить ярость. Душу буквально выворачивало наизнанку ревностью и злобой просто от мысли, что она врёт мне, что за невинной внешностью скрывается расчетливая натура.

За спиной послышались шаги. Лира решилась подойти ко мне. Она протягивала мне свой блокнот. Я забрал его, вчитался в неровные строчки. Хуже она уже не могла сделать.

«Ты не можешь мне верить. Просто отпусти».

Ярость утихла, сменившись глухой подавленностью. Отпустить… Вот чего она хочет. Может, все это спектакль, а та служанка — подруга Лиры? Так она силится избавиться от моего внимания?

— Снова пытаешься сбежать? — я коснулся кончиками пальцев нежной щеки с росчерками слез. — Я уже сказал, что не отпущу.

Она громко вздохнула отвернувшись. Как же с ней сложно. Как сложно пересилить её неприязнь. Ярость отступила, в голову вернулись и здравые мысли. Доран мог просто попытаться надавить на Лиру. Да что угодно. А я сделал свои поспешные выводы. Настолько разозлился, когда увидел её в объятиях альва. Или… Уже сейчас я пытаюсь её оправдать. Я по-прежнему слишком мало знаю о Лире, о её жизни. Сомнения же никуда не делись. Они и не уйдут…

Лира испуганно отступила, когда в моей руке появился кинжал. И отступала, пока не наткнулась спиной на дверь. Снова выставила вещи как щит, пытаясь защититься. И громко вздохнула, когда я полоснул лезвием по своему пальцу. Подступив к ней вплотную, я отбросил её вещи в сторону. Поддел ворот платья, резко дёрнул вниз, разрывая его. Лира вскинула руки, пытаясь прикрыться.

— Опусти руки, — проскрежетал я, плотно стиснув челюсть.

Лира подчинилась. Опустила руки и отвернулась зажмурившись. Почти чёрная кровь смотрелась зловеще на бледной коже девушки. Я вырисовывал магическое плетение, вкладывая в каждый мазок свою волю. И когда знак был завершен, он блеснул алым светом, объяв на мгновение тело Лиры магическим барьером.

— Больше ни один мужчина к тебе не прикоснётся.

Лира тихо всхлипнула, дрожащей рукой перелистнула свой блокнот, чтобы начеркать:

«Кроме вас?».

— Тебя, — в очередной раз исправил ее я. — Да, кроме меня.

«И долго мне носить это клеймо?» — она все ещё не смотрела на меня, а, протянув блокнот, отвернулась, украдкой стерев слёзы.

— Обещаю, что после свадьбы сниму его.

Лира резко повернула голову ко мне. В карих глазах читалось изумление.

— Нашей свадьбы, — пояснил я, отвечая на немой вопрос.

«Вы меня совсем не знаете», — торопливо написала она.

— Ты, — вновь исправил ее я, горько усмехнувшись. — Думаешь, не знаю? Ты своенравная, упрямая, умная, добрая, заботливая… красивая.

Она неопределённо указала на себя, видимо, имея в виду последствия приёма настойки.

— Думаешь, для меня что-то изменилось? — я провел ладонью по щеке Лиры, стирая слёзы. — А твои тайны я разгадаю, дай мне время.

Тело девушки окаменело, в глазах мелькнул испуг. Ничего, со временем она откроется мне.

«Я могу идти?» — написала Лира, давая понять, что не желает продолжать этот разговор.

Снова в груди вспыхнуло раздражение. Не так я собирался сообщить о своих намерениях. Хотел подготовить, ведь ей тяжело свыкнуться с обычаями гармонтов. Но забрав её невинность, я уже буду считать Лиру своей супругой, как и все гармонты. Я думал, она обрадуется этой новости, думал, её отпугивает перспектива стать любовницей. Но Лира не обрадовалась.

— Иди в купальню. Я распорядился