Брак по-тиквийски 4. Колдунья - Натали Р.

— Госпожа Ильтен, в поселке чужие!

Йорра раздвинула кусты, давая им пройти. Под сенью деревьев, замаскированная зарослями со всех сторон, стояла маленькая палатка камуфляжной расцветки, рядом Альву резал фрукты. Хорошо спрятались, не сразу и заметишь.

— Кто таковы? — спросила Тереза о чужаках.

— Мы не знаем, госпожа Ильтен. На краю поселка сел неисправный корабль. Небольшая тарелка, — произнесла Йорра так, будто это могло успокоить. — С барахлящим стабилизатором потока, чуть лес не запалили. Может, они починятся да улетят, но мы испугались, сами понимаете.

— Нормальный корабль сел бы для ремонта в космопорту, — озвучил Хэнк то, что пришло в голову Терезе. — Либо контрабандисты, либо пираты. Надо соблюдать осторожность.

Тереза кивнула.

— Давайте оставим детей тут. Помогите им освежевать добычу.

— Я не умею сдирать шкуры с животных, — пробурчал Альву.

— Я умею, — сказала Йорра. — Мы будем вас ждать.

Дома за деревьями казались нетронутыми. Хорошо, коли так, но что-то верится с трудом. У околицы маячил край летающей тарелки. Хэнк внимательно осмотрел ее в оптический прицел — вроде движения вокруг не видно.

К поселку подходили, как к расположению врага. У края разделились: Хэнк мелкими перебежками, укрываясь за кустами и развесистыми деревьями, направился к дому номер 4, а Тереза, нырнув в густые заросли — в противоположную сторону, к даче номер 12.

Уже во дворе она отметила непорядок. Чудовище приветственно замигало всего лишь одним глазом, на стальных пластинах виднелись следы от пуль. Оглядевшись и убедившись, что за домом не наблюдают, она потянула на себя дверную ручку и едва успела отскочить, чтобы дверь не упала прямо на нее.

— Что еще за хренота?

— Ох, — донесся изнутри облегченный возглас. — Госпожа Ильтен, это вы!

Изнутри на нее таращилась Алис. Босая, завернутая в плащ поверх легкомысленного кружевного халатика, с растрепавшейся косой. Бледная, как смерть. Ильтен лежал здесь же, на первом этаже, на тахте старика Калле, прикрытый одеялом. Краски на лице — еще меньше, холодный пот на лбу. Впору подумать, что здесь происходило не вовремя прерванное свидание, если бы не одна деталь. Распростертое в углу тело деда Калле, мертвее мертвого, с кровавой дырой в виске.

— Чужаки? — мгновенно поняла Тереза.

— Пираты, — посиневшими губами выговорил Ильтен. — Они искали женщину с ремкомплектом для фотонного двигателя. Должно быть, тебя. Только я им ничего не сказал. А потом мне стало плохо.

— Я заварила чай господину Ильтену из той банки, третьей слева в шкафу, — шмыгнула носом Алис. — Ему уже немного лучше. Но господин Калле… и господин Кавелиас… — Она внезапно залилась слезами.

Тереза, положив ружье, схватила чайник, налила полную кружку, сунула девушке. Та глотнула, закашлялась. Тихо застонала и принялась рассказывать.

— Я сперва хотела бежать в лес. Но было темно, а я еще и туфли потеряла, пока через забор лезла. И в лес никак, и в поселке страшно: по улицам туда-сюда бандиты ходят, стреляют во все, что шевелится, а у корабля двигатель светится — только к утру остыл. Я спряталась в ливневой канализации у четвертого дома. И так получилось, что все слышала. Ребенок плакал, потом перестал, госпожа Хэнк кричала и тоже перестала. Только я хотела вылезти, гляжу — двое из дома выходят, у одного на плече госпожа Хэнк висит — не то без сознания, не то вовсе неживая, у другого ящик с бутылками. Я скорее обратно! Прошли мимо меня, чуть ли не по голове, переговаривались меж собой — мол, нужного не нашли, так хоть порадовать кэпа бабой и выпивкой, даст судьба, не слишком будет лютовать. После я еще долго сидела, тряслась от холода и страха. А когда все стихло, добралась сюда. — В глазах опять заблестели слезы. — Думала, вы поможете… А тут — господин Ильтен, синий весь, руку от груди оторвать не может. И господин Калле, уже холодный.

— Ты молодец, Алис, — одобрила Тереза, — что не растерялась. И сама сумела спастись, и за моим мужем поухаживала. Но почему вы ментов не вызвали?

— Телефон не работает, — хлюпнула носом девушка. — Эти, когда садились, вышку ретранслятора зацепили. Теперь сигнала нет. А вы как-нибудь по пси-связи не сумеете?..

Тереза вздохнула. Она могла бы собрать передатчик, но с собой нет пластин, их надо заказывать в Тильгриме. Если уж так, то за безопасниками проще было бы съездить. Однако время дорого.

— Ничего, — сказала она, успокаивая сама себя. — Разберемся как-нибудь без ментов… Что?! — Она резко повернулась к окну.

Во двор входил Хэнк. Хлопнул калиткой, совершенно не скрываясь. В руках ружье, за поясом два тесака, и выражение застывшего лица, как у берсерка: «всех убью, один останусь».

Литр чая Хэнк выдул, не останавливаясь. Кадык ходил ходуном в горле. Все смотрели на него выжидающе. И вроде, когда он поставил чашку на стол в очередной раз, в мозгах прояснилось. Вот господин Ильтен, измученно откинувшийся на диванную подушку, вот госпожа Кавелиас — так ее теперь называли все соседи — почему-то босиком, вот госпожа Ильтен… Сфокусировав на ней взгляд, он вспомнил. Именно к ней он шел. Это было его последней осознанной мыслью перед тем, как в глазах разлился кровавый туман.

— Вы со мной? — хрипло спросил он.

И она поняла с полуслова.

— Разумеется. Но не раньше, чем вы придете в себя.

Он пер, как танк, держа в уме лишь направление, вцепившись в ружье закаменевшими пальцами. Миновал дверной проем, не заметив, что вывернутая дверь валяется на полу, и был остановлен жестким окриком госпожи Ильтен:

— А ну стоять! Ружье — в пол. Куда это вы собрались?

Он не смог ответить внятно. Был насильно усажен за стол и напоен чаем. И сейчас — отпустило. На самую капельку, всего настолько, чтобы начать узнавать людей и в голове появились какие-то мысли.

— Они убили моего сына, — проговорил он глухо. — Убили Реппе. У него шея сломана. И Лики нигде нет. — Он скривился и заплакал — неумело, как плачут только зачерствевшие вояки, когда что-то разбивает их прежде неуязвимую броню.

— Лику забрали на корабль, — тихо сказала Тереза. — Мы пойдем за ней. И всех убьем, обязательно. Только сперва составим план.

Хэнк вытер лицо пятерней.

— У нас всего два ружья. И нас двое. Какой план?

— Разумный, — терпеливо уточнила Тереза. — Чтобы это мероприятие не превратилось в героическое самоубийство. Вы старший командир или эмоциональный юнец? Думайте. Есть ножи, грабли и лопаты, есть детские луки…

— Не