С драконами не разводятся, или Факультет злодеев - Юлия Сергеевна Ханевская

— Я не знаю, что мне делать, — признаюсь, подытоживая все сказанное. — Она придумает еще какой-нибудь способ отправить меня обратно к Рэйзору. А тут дело уже не только моего желания, он сейчас настолько зол, что неуправляем в своей ярости. Я просто боюсь его. Но она не видит реальной опасности для меня и…

Тут самое время признаться в своем положении. Я складываю руки на животе и опускаю глаза. Щеки начинают медленно накаляться.

— Рамона, ты беременна.

Он произносит это настолько ровным тоном, что вопросительные нотки в нем практически не улавливаются. В груди что-то взрывается, и я зажимаю рот ладонью, все еще не поднимая глаз.

Это ужасно. Мне не должно быть стыдно, но чувствую я что-то очень похожее.

— Прости, я обязана была сразу это сказать. До того, как ты принял решение позволить мне остаться в академии. Ребенок — магнит, что рано или поздно притянет сюда своего отца. И его ярость может задеть и тебя.

Он идет ко мне через гостиную. В такой неестественной тишине, в которой его размеренные шаги кажутся жутко громкими. Останавливается, протягивает руку и приподнимает мое лицо за подбородок.

Я все же решаюсь посмотреть на него.

Спокойствие. Вот все, что написано на лице лорда Мортена. А глаза… они словно светятся изнутри расплавленным янтарем.

— Марта сказала, какие зелья ты просила ее купить. Не сложно догадаться, для чего они. И еще… я чувствую огонь в тебе, для которого ты слишком хрупка. Почему ты решила, что мои действия изменились бы, знай я об этом с самого начала?

У меня нет ответа. И вообще, я слышу его слова, будто издалека. Потому что нечто подхватывает мою душу, тянет вперед, прямиком в человека передо мной. Еще немного, и растворюсь в нем, как в янтарном море.

— Почтенной леди Амбер пора на заслуженный отдых, — Лоранд неожиданно меняет тему.

Моргаю, разрывая зрительный контакт и возвращаюсь в привычное состояние. Хмурюсь, не понимая, что сейчас было.

— Что ты сказал? — рассеянно спрашиваю я, замечая, что он уже не прикасается к моему лицу и вообще отступил на шаг.

— Твоей бабушке пора уступить место одной очень талантливой практикантке. Оставайся здесь, Марта подаст завтрак. В академии пока еще не безопасно.

Лоранд отворачивается и быстрым шагом идет прочь, оставляя меня растерянно смотреть ему в след.

Рэйзор

— Где она прячется? — сбрасываю с колен девицу и встаю навстречу матери.

Вид у нее отвратительный — волосы взлохмачены, кожа до синевы бледная, под глазами синяки. Но меня это не особо волнует. Никто не заставлял ее переться туда в одиночку, да еще в тайне от меня.

— И ты даже не поинтересуешься, как я себя чувствую?

От степенной аристократки остается одно название. Она зла, как тысяча виверн. Если б Мона вдруг оказалась сейчас здесь, матушка разорвала бы ее на куски. Это слегка остужает меня.

— Прости, мама. И как же твое здоровье? Выглядишь больной.

Жестом приказываю несостоявшейся любовнице пойти прочь. Мать не стала предупреждать о своем прибытии, а ворвалась в кабинет за пару минут до того, как я скинул бы штаны.

Рыжеволосая бестия подмигивает мне, подхватывает пеньюар и шествует мимо леди Грайборг в одних трусиках. Та провожает ее нечитаемым взглядом, а затем метает его в меня.

— Ты не исправим, Рэйз! Я, рискуя здоровьем и репутацией, пытаюсь спасти твой брак, а в этот самый момент…

— Ой, перестань, — перебиваю ее на середине пламенной речи. — Мне нужно сбрасывать напряжение. От того, что я постоянно на взводе, упрямый дракон отказывается возвращаться в полную силу.

Она поджимает губы, проходит в комнату и садится рядом. Отдать матери должное, побег моей ненаглядной все еще остается тайной для общества.

Мне сейчас только ропота в народе не хватает! После полной потери второй сущности, я был в таком раздрае… даже не помню толком, что творил. К счастью, дракон вернулся — вчера у меня получилось обратиться. Но только и всего. Ни полетать, ни нащупать нить истинности, ни выпустить пламя. Жалкая пародия на могущественного зверя.

И все из-за Моны.

Кто бы знал! Кроткая, спокойная, заглядывающая мне в рот малышка, которую очень удобно было иметь в женах. До той проклятой ночи, когда она застукала меня с другой. В тот самый миг ее словно подменили.

— Она беременна, Рэйз.

Я выныриваю из мыслей и медленно перевожу взгляд на мать.

— Что?..

В висках начинает тикать, сердце пропускает удар.

— Что ты сейчас сказала?

Она вздыхает, растирая двумя пальцами переносицу. Затем смотрит на меня и повторяет:

— Твоя сбежавшая жена ждет ребенка. Поэтому я хотела сама поговорить с ней, привести ее в родовой замок. И быть рядом в тот момент, когда вы встретитесь. Ты слишком неуправляем в последнее время, слишком вспыльчив. Один неверный поступок, и мы лишимся наследника.

Я поднимаюсь. Цвета вокруг приобретают красные оттенки.

— Эта сучка утащила с собой моего ребенка?!

— Ну вот видишь! Это я и имела ввиду! Успокойся, Рэйзор.

— Где она? Где она прячется, повтори еще раз.

Ворвавшись сюда, мать сказала что-то про академию, но я прослушал подробности. В тот момент влажный язычок рыженькой девицы вылизывал мне правое ухо.

Я должен немедленно лететь туда, где бы она ни была.

Схватить ее и вернуть домой.

Запереть в комнате, навесив на замок тысячу заклинаний, если потребуется. А потом наказать за побег и отвратное поведение. Но без фанатизма. Мягко. Думаю, отыметь ее во всех позах — будет идеальным решением. Говорят, слияние отца и матери во время беременности благотворно влияет на плод.

Возможно, в процессе не сдержусь и отвешу парочку оплеух. Но больше ничего серьезного.

А к моменту, когда она родит, быть может я и забуду ее проступок. Или она поймет, что должна быть благодарна мне за милосердие и мягкость, перестанет вытворять то, что меня раздражает.

Мать молчит, глядя на меня во все глаза.

Кажется, я замечтался, перестав контролировать выражение лица.

— Где она? — нависаю над женщиной, едва сдерживаясь, чтобы не схватить за плечи и хорошенько встряхнуть.

Она поджимает губы и вздергивает подбородок, что-то для себя решив.

— Я не скажу.

Еще немного, и у меня сорвет все ограничители. Пламя в крови так и пышет, ища выход. Кажется, дракон в этот самый момент передумывает продолжать бойкот и готовится лететь, плевать огнем и искать, искать, искать.