Сашка. Буду счастлива вопреки! - Алинга Полурэ

С расцарапанной до крови щекой он смотрелся немного зловеще.

В толпе кто-то зароптал, и Артур продолжил:

— Поймите, для моей бывшей жены, которая к тому же безобразно напилась, ничего страшного не произошло. А для моей супруги Александры и ее мамы могут быть неприятные последствия, которые мы с вами не допустим, ведь правда? Думаю, у каждого из вас есть какая-то мечта — дача, поездка на море, оплата университета для ребенка, расширение жилплощади. Есть шанс ее исполнить. Просто не надо о сегодняшнем вечере никому рассказывать, все просто, согласны?

Гости подумали и закивали головами. Тетя Зина произнесла:

— Да мы бы и так не стали трепаться, верно?

— Думаю, с вознаграждением это будет надежнее, — заключил Артур.

Глава 105

— Это ваша дочь? — услышала я второй раз за день вопрос.

— Нет, я няня.

— А это моя Арина, — незнакомец подтолкнул ко мне поближе светловолосую девочку, которую я уже видела с ним в автобусе.

— Привет, я Арина, — важно сказала малышка.

— А я Саша, — ответила я девчушке. — А это Даша.

— Иван, — представился мужчина и пожал мне руку. — Вы уже выбрали, что поесть?

— Даша выбрала, а я что-то не хочу.

— Мне тоже еда во «взрослых» кафе больше нравится, — обрадовался Иван. — Как вы смотрите на то, чтобы девочки поели, и затем спуститься в игровую комнату? Она у них тут неплохая.

— Да, давайте, — согласилась я.

Дашу и Арину посадили за один стол, они с аппетитом занялись едой, а мы с Иваном устроились, тут же, с краю.

— Вы из Березовска?

— Нет, у меня здесь бабушка. Вот, приехала пожить с ней пока, — ответила я неопределенно, не вдаваясь в подробности. — А вы?

— Да, мы отсюда. В садике трехдневный карантин, поэтому сегодня гуляем. Арина, аккуратно! Ты кофточку пачкаешь, не видишь, что ли? Ешь, не отвлекайся.

— А я няня у Даши. Они ждут очереди в садик, поэтому пока наняли меня. Сегодня вот первый раз вышли на улицу с ней, сначала дома все сидели, привыкали друг к другу.

— И как, нравится вам работа?

— Да, очень нравится. Люблю детей, — призналась я.

С одной стороны мне с ним было интересно, его легкость в общении подкупала, с другой стороны, я ощущала в теле небольшую дрожь, и голова начала побаливать. Я была немного перенапряжена.

— Ну что, девочки, вы поели? — бодро спросил мой новый знакомый.

— Да! — хором ответили Даша и Арина и как по сигналу отодвинули тарелки.

— Кто пойдет со мной в игровую комнату, поднимите руки!

— Я! Я! — взвились вверх обе маленькие правые ладошки.

А он умеет ладить с детьми, с неким восхищением отметила я.

Иван провел нас на этаж ниже, где действительно располагалась огромная игровая комната, вход в которую стоил сущие копейки. Девчонки бросились к бассейну с шарами, затем на резиновые надувные горки, потом на шведские стенки, где резвились десятки других детей. Казалось, девочки хотят перепробовать все игры и аттракционы.

— Мы ненадолго, — предупредила я Ивана. — Мне скоро укладывать ее спать.

— Понимаю, мне тоже, — кивнул он головой.

— Какая большая игровая! — похвалила я, стараясь поддержать разговор.

— Да, и самое главное — они находятся здесь в полной безопасности.

И только он успел произнести эти слова, как сильно запахло горелым, громко завыла сирена и механический голос произнес:

«Внимание! Сработала пожарная сигнализация! Всем срочно покинуть свои места через аварийные и аварийно-спасательные выходы! Пользоваться лифтом категорически запрещено!»

Глава 106

В зале началось движение. Несколько мужчин стали подходить к гостям и брать контакты. Если кто-то начинал сопротивляться или что-то высказывать, они говорили что-то вроде:

— Артур Игоревич вас деньгами не обидит… С женщиной все будет нормально… Полагаю, что на этом договорились с вами.

Еще двое несли Катю к Артуру в машину. Я и не знала, что за одним из столов находятся сотрудники службы безопасности его компании.

— Саш, — подошел Артур ко мне. — Я повез Катю в частную клинику к знакомому врачу. Все будет нормально. Заявление она писать не будет, — быстро взглянул он на мою маму, — я скоро вернусь. Прости, что все так.

Я слабо кивнула, а мама бросила на него презрительный взгляд и отвернулась.

Артур ушел, гости подходили ко мне и выражали сочувствие. Какая-то женщина спросила:

— Это правда, что ли, бывшая жена?

— Правда.

— Ты из семьи, что ли, его увела?

— Никого она не уводила! — возмутилась мама. — Еще чего не хватало! Отойдите, женщина.

А Маринка посмотрела на нее так, что я побоялась, что сейчас начнется еще одна драка.

Постепенно я стала успокаиваться. Мама, Маринка, тетя Зина, девочки из института подсели поближе ко мне, за стол молодых, и стали неуверенно клевать из тарелок.

— Вы ешьте, пожалуйста, — предложила я. — Все, что есть на столе, берите, накладывайте, алкоголь наливайте, угощайтесь. Извините за испорченный вечер.

— Да ладно, Сашуль, дело-то житейское. Больше тебя жалко, взяла и испоганила она тебе свадьбу, — ответила тетя Зина.

Артур вернулся через пару часов. В руке у него был чемодан. Он хотел подойти ко мне, но увидел маму рядом со мной и передумал. Он обратился к гостям.

— Екатерина в больнице, ее жизни ничего не угрожает. Писать заявление она не будет. По легенде она выпила лишнего на свадьбе, споткнулась и упала, ударилась затылком. Я еще раз повторю: надеюсь, что за пределами этого зала никто и никогда об этом случае не узнает. Теперь о приятном.

Он показал на чемодан.

— Все, кто дал контакты безопасникам, подходите ко мне по одному. Я привез наличные денежные средства.

Первым потянулся персонал ресторана, затем, смущаясь и оттягивая свою очередь, неуверенно стали подходить гости. С каждым из них Артур о чем-то говорил — я не слышала, сидя в другом конце зала — а потом доставал из чемодана пачку купюр и вручал под роспись. Маринка подходить не стала, сказав, что и так не собирается болтать.

— Саш, неужели ты не видишь, с кем ты связалась? — вдруг сказала мама.

— Ты о чем? — вскинулась я. — Вообще-то он тебя сейчас защищает. Эта Катя могла бы написать на тебя заявление в полицию и подать в суд. Хороший адвокат настоял бы на каком-нибудь превышении самообороны. Тебя бы затаскали по инстанциям.

— Ой, не нагнетай, — отмахнулась мама. — Лучше бы он свою женушку усмирил. А то она, значит, врывается, людям свадьбу портит, он стоит, разинув рот, а потом деньгами откупается, видимо, привык так проблемы решать.

Мне стало ужасно обидно за Артура.

— Мам, он не стоял, разинув рот. Она его, вообще-то, пнула и лицо ему расцарапала.

— Вот это да! Уж не