Наследница по кривой - Нинель Лав

— …Выбрали девушке прекрасную лошадку…

— Прежде чем садиться за стол, надо было душ принять! Не всем нравиться запах навоза! — это уже было неприкрытое недовольство.

Но Кира никак не реагировала на слова мужа — это ещё больше раздражало его и приводило в бешенство от собственного бессилия.

— Кстати, пап, ты оказался прав: «восьмёрка» Анатолия, — Кира специально подчеркнула чья это машина, — окончательно сдохла. Мне пришлось вызывать техпомощь и тащить её в сервис. До дачи меня подвезли на шикарной машине.

— Сомневаюсь, что эту старушку можно починить, — Дмитрий Андреевич жалостливо взглянул на дочь — упрёки зятя ему не нравились, но вмешиваться в отношения супругов он считал неправильным. — Хочешь, возьми нашу «Волгу» пока мы с девочками отдыхаем на море. А лучше бы ты поехала с нами!

Кира на минуту задумалась.

— Нет, па, спасибо. Уехать сейчас я не могу, а машина… Может, мне пора уже купить новую, а не «донашивать» за мужем…

— Я вижу, что я здесь лишний! — услышанное удивило и озадачило Анатолия, громко хмыкнув, он встал из-за стола и прошествовал в дом.

Вздыхая, Кира посидела ещё немного с родителями в беседке, вяло поковыряла вилкой кусок торта в тарелке и пошла следом за мужем в их комнату — разговор о разводе надо было начинать.

— Из-за чего снова скандал? Что опять, тебя не устраивает? — устало спросила она, присаживаясь на кровать, на которой аккуратно были разложены вещи мужа. — Моя работа или то, что я приняла решение без твоего согласия.

— Меня не устраивает и то, и другое, и третье! — Анатолий выдержал паузу, во время которой жена должна была осознать свою вину, а он сообразить: что из вещей ему надо взять с собой, а что оставить для стирки. Решив это, он продолжил: — В первую очередь я забочусь о детях — они будут брошены на произвол судьбы! В доме не будет ни обедов, ни ужинов — кто-нибудь обязательно заработает гастрит или даже язву желудка.

— Может, ты не заметил, но девочки уже не нуждаются в няньке. Они выросли! И вполне могут подогреть себе и обед и ужин.

— Здорово у тебя получается! Дети будут готовить, муж работать, а ты ублажать пожилую дамочку и развлекаться на конюшне.

— Я тоже буду работать и тоже буду приносить деньги в семью, а свободное время я хочу проводить так как мне нравиться.

— На конюшне?

— На конюшне.

— Не смеши народ! — фыркнул Анатолий.

Ему всё больше и больше не нравился этот беспредметный разговор — в их семье всё всегда решал он — так было и будет, пока он сам не решит по-другому, Кира лишь соглашалась с его мнением, а тут вдруг такая самостоятельность.

— Мне совершенно всё равно, что подумают чужие люди, — устало произнесла Кира и сжала холодеющие пальцы в кулаки — выяснять отношения она не любила.

— И на моё мнение тебе тоже наплевать?

— По большому счету — да! Все пятнадцать лет брака я только и делала, что уступала тебе во всём, выполняла все твои требования, исполняла твои желания — ты связал меня по рукам и ногам своими условностями, обещаниями, требованиями. Хорошо хоть спать с собой не заставляешь…

— Вот радость то — трахать бревно!

Но Киру, словно прорвало, она не слушала мужа и продолжала говорить:

— К чему привело моё покорство я теперь ясно вижу: ты перестал замечать во мне человека со своими желаниями и со своим мнением. Ты лишил меня права распоряжаться собственной жизнью, принимать решения, заставил отказаться от самой себя, от своих интересов, ради семейного благополучия. И я подчинилась, поставила интересы семьи выше своих собственных. И что? Что я из себя представляю на данный момент? «Кухарка, нянька, прачка!»

— Ты мне ещё стишки почитай!

— Да нет, — махнула рукой Кира, вставая с кровати. — Без толку с тобой разговаривать. Лучше скажи, когда мы разведемся? Когда ты уладишь, наконец, свои бесконечные дела с работой и пропиской?

Анатолий стоял напротив, скрестив на груди руки и прикрыв голубые глаза. Красивые губы его кривились презрительной усмешкой.

— Не терпится от меня освободиться? И кто же будет тебя содержать? По-моему, я плачу тебе достаточно, чтобы ты поддерживала мой статус семейного человека — ты же знаешь, как мое начальство относится к семейным ценностям: жена, дети, а если нет — за ворота! Если разведемся, я лишусь работы, а ты содержания на себя и детей. Подумай хорошенько, прежде чем требовать развод.

— Сначала армия, потом прописка, теперь работа… Сколько еще?

— Ты хочешь новую машину? Где же ты, деньги на машину возьмёшь? — язвительно спросил он, как только жена замолчала. — Я могу помочь… если договоримся.

Кира обречённо вздохнула и с каким-то тайным злорадством подумала о сейфе с деньгами в Шубинской квартире.

— Сама разберусь…

— Уж не у Пашки ли Шубина займёшь? Или кого побогаче нашла? Поэтому освободиться от семьи пожелала?

— Причём здесь Шубин? И не от семьи я хочу освободиться…

— Все при том же! Ты, как я погляжу, совсем ума лишилась! Мужа проводила, детей на родителей скинула, принарядилась и в загул. — Анатолий бочком пристроил футболку в портфеле, сверху в плотном целлофановом пакете положил рубашку с галстуком и распрямился. — Мы с тобой о чем договаривались? Примерная семья! А ты что творишь? Шляешься по ночам неизвестно где! А женишок твой бывший всегда у меня с навозом ассоциируется: запахло от тебя этим тошнотворным лошадиным запахом, я сразу его и вспомнил.

В устах мужа имя «бывшего женишка» звучало так уничижительно, что Кира не выдержала.

— Шубин умер, так что будь добр, воздержись от оскорбительных предположений.

— Откуда ты это знаешь? А? Считается, что ты домом и детьми занимаешься, ни с кем кроме Лариски не общаешься, а вот, поди ж ты, в курсе всех мировых событий.

— Встретила знакомую и разговорились, — попыталась Кира оправдаться, но муж всё равно не слышал её.

— Что тебе не живётся спокойно? А, Кир? Что ты вечно куда-то рвёшься, чего-то добиваешься, всем помогаешь… Разве ты можешь понять, каких трудов мне стоило прожить с тобой столько лет, контролировать тебя, изолировать от подруг и знакомых, направлять твою энергию в нужное русло, отвлекать твоё внимание от мечтаний и идиотских желаний. Сколько моих сил потрачено на создание образцовой семьи! Ты себе и представить не можешь, чего мне это стоило! Сколько бессонных ночей проведено в размышлениях о счастье!

Для Киры это откровение было шокирующей новостью. Она и не знала, что муж контролирует её, изолирует и ещё чёрт