Аферистка - Александра Фартушная

— Джек? — выдохнула я, вспоминая отель и пилота.

— Вспомнила, — обрадовался он и отпустил меня, а затем обошел и присел на корточки. — Привет, Рози. Или Эмилия? А может Лилиана? Я не могу определиться, как мне тебя называть. Придумал! Ты шлюха. Мерзкая, двуличная подстилка.

— Что тебе нужно? — спросила я, еле фокусируя на нем взгляд.

— О, много чего, — в его голосе слышались нотки сумасшествия. — Я хочу, чтобы ты страдала. Помнишь, нашу ночь? Через пару недель мне пришла фотография. С твоей подписью. Жена была в ярости, она забрала детей и ушла. А затем подала на развод, с единоличной опекой.

Я молчала, не зная, что сказать. Казалось, это было в другой жизни. Я была беспечна и не думала, что меня найдут. Льюис должен был защищать меня.

— Молчишь? Правильно, — Джек поднялся и приблизился ко мне.

Он резко замахнулся и влепил пощечину. Кожа моментально вспыхнуло, а голова загудела, как барабан.

— Грязная шлюха, — с этими словами он еще раз врезал мне.

Я чувствовала, как из разбитой губы тонкой струйкой течет кровь. Щека горела, словно я обожгла ее в том пожаре. А Джек не унимался. Он лупил меня раз за разом, с явным удовольствием вымещая злость.

— Достаточно, ты испортишь мне товар, — раздался ледяной голос, заставивший меня съежиться.

Шаги гулким эхом распространились по подвалу. Моя голова болталась из стороны в сторону, как у шарнирной игрушки. Я видела идеально начищенные носки туфель. С трудом я смогла посмотреть выше, пока не столкнулась с колючим взглядом Льюиса.

Его лицо не выражало никаких эмоций, а бесцветные, словно лед, глаза мужчины внушали страх. Идеальный во всем, от внешнего вида до манер Льюис скрывал в себе нечто ужасное.

— Моя дорогая, — рукой, затянутой в кожаную перчатку, он поднял мое лицо. — Любовь губит. Видишь, к чему она тебя привела?

— Я хотя бы не пытаюсь сгубить своего племянника чужими руками, — сплюнула я кровь ему под ноги.

— Ты меня раскусила, — он наигранно поднял ладони перед собой. — И кстати, спасибо за коробку. Такие долгие поиски, а удача улыбнулась тебе. Только поэтому ты еще дышишь, я ценю этот факт.

Джек все это время стоял чуть поодаль и скалился. Ему невероятно нравилось смотреть, что я облажалась. Больной ублюдок! Откуда он вообще тут взялся?

— Зачем я тебе? Дело ведь сделано, — если я еще жива, значит, нужна ему.

— Эл, ты же умная девочка. — Льюис улыбнулся, но это улыбка было больше похожа на жуткий оскал. — Финальный аккорд еще не поставлен.

— Ты собираешься убить Тэрона? — от этой мысли меня словно током прошибло.

— Нет, за кого ты меня принимаешь? — он взял стул и придвинул его, садясь напротив. — Я не убийца. Это слишком просто. Мне нравится смотреть, как другие страдают. Это лучший урок, чем смерть.

От этих слов у меня кровь в жилах застыла. Что, черт подери, Льюис собрался делать?

— Ты был мне как отец, я доверяла тебе! — крикнула я, дернувшись вперед. Веревки больно врезались в тело.

— Эл… — Льюис покачал головой. — Я же учил тебя — никому нельзя доверять. Даже мне.

Я помню, но никогда не воспринимала эти слова всерьез. Льюис был очень строг, но он всегда заботился о нас. Хотя мне ли не знать: фермеры тоже заботятся о скоте, прежде чем его забить. Я оказалась всего лишь пешкой в большой игре.

— Что дальше? — спросила я, глядя на него.

Острое лицо Льюиса, цепкий взгляд и хищная улыбка, играющая на тонких губах. Он достал сигарету, поджег ее и выдохнул клуб дыма.

— Ждать, — ответил он и махнул Джеку.

Тот опустил руки на мои плечи и крепко их сжал. А затем прошептал на ухо:

— Ты будешь умолять о пощаде.

Льюис встал, кинул сигарету на пол и затушил ее ногой.

— Она твоя, — бросил он лениво, — Только смотри, чтобы осталась жива.

Льюис ушел, а я бессильно пыталась вырваться, но меня крепко связали. Слезы текли по лицу, перемешиваясь с сажей. Я видела, как мутные капли падают вниз. Льюис умел причинять боль. Смерть покажется мне избавлением.

Джек отвязал веревки, но руки все еще были связаны за спиной. Он присел, снимая путы с ног.

— Зачем ты здесь? — спросила я, отвлекая его и выжидая подходящий момент.

— Я выследил тебя после того, как жена ушла, — он не смог развязать узел и принялся его резать. — А потом на меня вышел Льюис и предложил сделку. Он помогает мне уладить с разводом, а взамен я должен следить за каждым твоим шагом. И сделать все, что он попросит.

Ноги освободились, Джек отбросил веревку и смотрел на меня снизу вверх. В его глазах не было ничего хорошего. Он ненавидел меня за то, что разрушила его семью. Черт, как бы я хотела все отмотать назад и поступить по-другому.

— Прости, — прошептала я.

Он рассмеялся. Дико, злобно, со всей ненавистью.

— Ты думаешь все так просто? — взревел он. — Нет, сука. Ты получишь сполна за то, что сделала.

«Сейчас!» — подумала я и решилась. Со всей силы я врезала ногой ему в лицо.

Джек заорал, из разбитого носа хлестала кровь, заливая бежевый свитер. Он зажал переносицу, пытаясь унять кровотечение. Я вскочила, стул повалился назад и с грохотом упал. Не зная, где выход, я ринулась вперед. Туда, куда ушел Льюис. В подвале не были окон, только тусклый свет и кирпичные стены кругом. Я бежала изо всех сил, со связанными-то руками. Длинный коридор вывел меня к лестнице, а за ней была железная дверь. Я подбежала, и повернувшись спиной, попыталась открыть ее, но ручка не поворачивалась — заперто!

— Черт, — выругалась я, едва сдерживая слезы, и сползла по двери вниз.

На другом конце коридора я увидела тень. Джек.

— Тебе не убежать! — крикнул он и медленно шел, смакуя каждый момент своей победы. — Пришел час расплаты.

Глава 27. Спаситель

Чувство безысходности разливалось в воздухе, оседая горьким налетом на языке. Я смотрела на приближающийся силуэт, четко осознавая — пощады не будет. Слишком долго я играла в эти игры, ходя по краю лезвия. И сорвалась. Джек приблизился, скалясь окровавленной улыбкой.

— Ты сама себе делаешь хуже, — он схватил меня за ногу и принялся тянуть вниз, по ступеням.

Я больно ударилась спиной и попыталась перевернуться, чтобы встать. Но Джек сел на меня, придавив к полу.

«Мне не сбежать» — нужно принять неизбежное.

Он схватил меня за волосы, приподнимая голову.

— Так не