Путь к сердцу - Аманди Хоуп

— Приехали, — проговорил он, увидев, что я, наконец, проснулась. Вынул откуда-то, словно фокусник, мой саквояж с инструментом и поставил его мне на колени.

— Держи. Пройдёшь по этой улочке, — он указал в тёмный переулок. — И сразу окажешься на задворках лавок центральной площади. Ювелирная на углу, легко найдёшь.

С неохотой выбравшись из тёплого укрытия, спрыгнула с повозки, потянулась, попрыгала, приходя в себя. Взяв саквояж, чмокнула Шкета в щёчку на удачу.

В ответ на его удивлённый взгляд, подмигнула задорно и двинулась в нужном направлении.

— Стражники из Тайной канцелярии делают обход раз в два часа, — вдогонку предупредил парнишка. — Буду мяукать при их приближении.

— Как это? — я даже остановилась.

— Вот так, — и он изобразил такое противное «мняяяявуууууу», какое и не у каждого кота по весне получается.

— Не март ведь, — улыбнулась в ответ.

— Ну, не ухать же мне совой в городе, а на свист могут стражники среагировать. А хорошему коту, как в народе говорят, и в декабре — март.

Махнула в ответ рукой, давая понять, что всё уяснила и, похихикивая, отправилась на дело, в тайне надеясь, что его предупреждение не понадобится. Справлюсь по-быстрому и назад, было бы неплохо успеть вернуться пока в особняке не легли спать. И накинув капот, спустится вниз, якобы попить водички, да так, чтобы меня кто-нибудь из гостей увидел, и мог подтвердить, что я в эту ночь точно провела под этой крышей, даже если и не спала праведным сном.

Нужное помещение нашла довольно быстро. Дверь черного хода, как и положено, оказалась закрыта, но мне понадобилось совсем мало времени, чтобы открыть её.

Проникнув внутрь, замерла, прислушиваясь. В лавке царила полнейшая тишина, если стражники и не спят, то ведут себя очень тихо.

Внутри родилось давно забытое волнение, кровь быстрее побежала по венам. Люблю эти ощущения, когда все чувства обострены, разум ясный, тело гораздо на такие выкрутасы, на которые в спокойном состоянии не способно, даже если приложить большие усилия. Сердце стучит быстрее, в эйфории возможно многое.

Постояла ещё какое-то время в темноте, привыкая к призрачному свету, пробивавшемуся через небольшое окно и, не издавая ни единого звука, двинулась по коридору в зал.

В торговом помещении тоже царила тишина. Оставила на прилавке саквояж и пробралась в небольшую кладовку у входа, где должны были находиться охранники. Открывшаяся картинка меня порадовала. Стражники спали прямо у стола с остатками угощения. С облегчением выдохнула, не знаю, что бы я делала, если бы обнаружила их бодрствующими — с двумя такими громилами мне одной маленькой не справиться.

Возвращалась в зал уже совершено спокойно. Подхватив сумку с инструментами и, даже не глядя на разложенные на прилавках украшения, прошла внутрь, в кабинет, туда, куда тянули меня все чувства — к сейфу.

«Вот он, красавец» — нежно провела рукой по твёрдой холодной поверхности.

Зажгла принесённую с собой свечу, установила так, чтобы на замочное устройство удобно падал свет. Скинула плащ, придвинула стул и уселась напротив огромного железного ящика, с упоением его рассматривая.

Думая, что дело будет быстрым, я глубоко ошибалась. По телу пробежал озноб предвкушения, пальчики сами потянулись к замку. Прежде с подобными устройствами я не встречалась. Появилось такое же зудящее чувство, какое возникало, когда граф Чарльз в детстве привозил мне различные головоломки, а я не успокаивалась, пока их не разгадывала. Замок сейфа был из того же разряда.

Первые пару часов работы я ещё с азартом вертела железячками и, высунув язык от усердия, пыталась разгадать сложный механизм. Следующие пару часов энтузиазм поутих, родив тихую злость. А когда услышала очередное «мняяявууууу» от Шкета, чуть не запустила стулом в этот гадский ящик.

В который раз потушив свечу, уселась прямо на пол и закрыла глаза. Надо успокоиться и взять себя в руки, пока стражники идут обходом возле ювелирной лавки.

Именно эти несколько минут бездействия удивительным образом вернули мне внутреннее спокойствие и, как ни странно, в голове родилось решение проблемы. Выждав ещё некоторое время, уже спокойно зажгла свечу и, теперь размеренно и четко, сработала. Механизм победно щёлкнул, приведённый в действие моими манипуляциями, и я замерла, немеряно гордясь собой. Смакуя это волшебное время победы, и блаженно улыбаясь.

Глава 11

Однако, долго предаваться самолюбованию не было времени. Потому быстро выгребла всё, что в сейфе было (несколько мешочков с деньгами и обтянутые бархатом коробочки с особо ценными ювелирными изделиями) в свой саквояж. Рассматривать подробности совсем не осталось времени, скоро уже и рассвет.

Вынула из кармана карточку с изображением лисы и кинула в пустой железный ящик, но немного подумав, забрала. Он и так догадается кто позаботился об имуществе ювелира, а мне пока не нужна лишняя реклама.

Закрыла сейф и, вернув все детали механизма на место — теперь это уже было не сложно, услышала характерное: щёлк. Убрав все следы преступления, надела плащ, подхватила саквояж, затушила свечу, пятясь отошла к двери, окинула придирчивым взглядом — не забыла ли чего. Удостоверившись, что всё в порядке, таким же способом, как и вошла, удалилась.

Времени на дело ушло гораздо больше, чем планировала, на улицах уже погасили фонари, занимался рассвет.

Почти бегом добралась до двуколки, в которой, свернувшись калачиком под двумя одеялами, дремал мой мальчишка. При моём приближении он проснулся и, как только я забралась внутрь, мы отъехали.

Основательно потяжелевший саквояжик передала Шкету — не гоже с таким грузом по дорогам шастать. Свернув в незаметный переулок, он притормозил двуколку, выскочил и исчез в проходе между домами.

Вернулся довольно быстро, даже замёрзнуть не успела, и мы тронулись в обратный путь к особняку виконта. Всю дорогу я была возбуждена, много говорила, в подробностях описала все сложности механизма сейфа и гордо объяснила, как я с ним справилась. Шкет внимательно слушал, восхищался в нужных местах и посматривал на меня так умудрённо-ласково, как молодой папаша на малое дитя, получившее долгожданную игрушку. Правда, меня нисколько его взгляды не смущали, подросткам свойственно думать, что они умнее, мудрее, больше знают.

К концу пути мой запал потихоньку начал спадать. И в тот момент, когда настало время выбираться из тёплого кокона и вылезать из повозки, совсем поутих.

Тепло попрощавшись со своим подельником, посеменила по заснеженной дорожке к особняку. Словно помогая мне скрывать следы, неожиданно пошёл снег. Припустила ещё быстрее.

Меня обогнала повозка с молоком, а у самого