Мой хитрый Лис. Принцесса в Академии Оборотней - Алина Рейн

На секунду я зависла, однако потом покачала головой.

— Нет, но предпочитаю быть готовой ко всему.

— Будешь должна, Ди. Мы, знаешь ли, не привыкли прятаться, как нашкодившие коты.

Фыркнув, прямо как Эван в зверином обличии, я поспешила к двери. Прятаться они не привыкли. А я может не привыкла рассовывать углам спальни двух парней разом, пытаясь спровадить при этом третьего, а всеми мыслями уходить к четвертому. Ну а кому сейчас легко?

— Доброе утро, — Алек неловко взъерошил волосы, попутно окидывая меня взглядом. — Милая пижамка.

Далась вам всем моя пижама! Запахнув халат плотнее, я поблагодарила парня:

— Спасибо.

— Не пустишь? — он многозначительно покосился на дверь.

Пришлось посторониться. Я готова была пустить Алека в гостиную, но никак не дальше.

— Я хотел поговорить, — произнес он, пересекая порог моих королевских покоев и удивленно рассматривая обстановку.

Да, в волчьем крыле было в разы проще. Длинная серая комната, четыре кровати, столько же шкафов и письменных столов. Единственным украшением спальни в общежитии были занавески, и то, если их не забывали стирать. Духов, с их чистоплотностью, там не водилось.

— Ясно. И о чем?

Он оторвал взгляд от широкого дивана и обернулся.

— О нас. Что-то случилось, а я никак не могу понять, что именно. Ты отдалилась, и такое чувство, что сторонишься меня.

Сторонюсь, и продолжу сторониться, потому что некоторыми подробностями своей теперешней жизнь я не могла поделиться.

— Даже не знаю, что тебе сказать.

— Ладно, — быстро согласился Алек. — И не говори, говорить буду я. Просто слушай. Я совершил глупость. Нет, даже не так. Я крупно облажался, когда решил, что смогу быть тебе другом. Я не смогу, только не снова.

Наверное, он ждал какого-то ответа, но я просто не понимала, чего от меня хотят. Не сможет быть другом? Жаль, конечно. Однако сейчас между нами роилась туча секретов, которые и так мешали нормально общаться. Да и Алек последнее время вел себя странно, чего я не ожидала от простого парня из обычной семьи. Одно только его заявление о том, что мне полагаются послабления в связи со статусом, подействовали как ушат ледяной воды.

И да, первое время я переживала из-за нашего разрыва, но, если смотреть правде в глаза… мое сердце перестало замирать от одного его вида.

Видимо, Алеку надоело молчание, потому что он устремился к приоткрытой двери в спальню, отчего я едва не вздрогнула.

— Стой, ты куда?

— Мне нельзя посмотреть, как ты живёшь? — спросил он, уже переступая порог.

Сердце билось, как спятившее.

— Можно, только…

А если он учует запах?! Я чуть не вбежала следом, и сама невольно принюхалась, но ничего, что бы напоминало мне о близнецах, не ощутила. В человеческом облике и обоняние у нас почти человеческое.

Но оказалось, переживать нужно вовсе не из-за запаха!

Хвост! Толстый, мохнатый пятнистый хвост торчал из-под кровати и практически на виду, а еще его кончик подрагивал, будто Эван издевался надо мной и всей ситуацией в целом! Я украдкой подпихнула его обратно, пока Алек продолжал говорить:

— Уютно.

— Да, вполне.

— И смотри, нигде нет шестерок твоего отца. Это я и пытаюсь сказать, мы можем… — он обернулся, оторвав взгляд от девственно-чистого зеркала. Слова Шарлотты пропали без следа. — Можем попробовать снова. Диана, никто не будет маячить в поле зрения, когда я буду тебя целовать. Никто не подслушает наши разговоры. Никто вдруг не вылезет из-под кровати, когда мы решим… заняться сексом.

Я вновь покосилась на то место, где только что был хвост Эвана. Не вылезет? Ну, даже не знаю…

— Уверена, в академии достаточно тех, кто сообщит отцу о переменах в моей личной жизни.

— Только если узнают, — уверенно выдал парень. — Я не хочу терять тебя, но появляется такое чувство, будто это происходит.

Я поёжилась, впервые в жизни ощущая неуверенность под взглядом теплых карих глаз.

— Не знаю, что тебе сказать. Я ведь смирилась, Алек.

— Понимаю, — он вдруг приблизился, заглядывая в глаза, и слегка сжал мои плечи. А я распознала едва уловимый свежий аромат хвои и трав, так похожий на его. Раньше я млела от этого запаха, а сейчас… Не понимала, что чувствую. — Я дурак. Мне нет оправдания. Я не боролся за нас, хотя должен был.

Но тут в ванной что-то упало, разбилось, и оборотень заметно напрягся, прожигая дверь огненным взором.

Срочно нужно было его отвлечь! Во что бы то ни стало. Быстро взяв его за руку, я спросила, привлекая внимание:

— Так что ты там говорил?

— Не понял, — нахмурился Алек, — у тебя в ванной кто-то есть?

Есть! И черта с два я теперь подарю ему любимое полотенце!

— Нет там никого, — я попыталась его удержать, но Роузвуд уже шагал в сторону двери, а потом рывком распахнул ее.

Я ожидала… разборок. Вряд ли они начнут кричать друг на друга, это не в стиле мужских выяснений отношений, но к мордобою морально подготовилась, набрала в грудь побольше воздуха, чтобы, если что, приняться разнимать Ивара и Алека, которые явно и без меня друг друга недолюбливали.

Но меня ждал сюрприз.

Я не была готова к тому, что светлая комната, наполненная ароматом мыла и ванильного кондиционера для волос, окажется совершенно пуста. Только опрокинутая баночка увлажняющего крема с вытекшем на плитку содержимым, давала понять, что за стук привлек внимание оборотня.

Алек потупил взор, разворачиваясь.

— Прости за это. Просто, как не соберусь подойти к тебе, постоянно рядом крутятся эти… Озаро

— Между нами ничего нет, — тут же отозвалась я, радуясь, что теперь уж точно говорю уверенно и четко.

— Я знаю, — он неловко взъерошил каштановые волосы и несколько чуть волнистых прядок упали на гладкий лоб. — В общем, я сказал, а ты услышала. Понимаю, тебе нужно время. Спрошу снова что ты думаешь о нас через пару дней.

Кивнув, я готова была уже попрощаться, чтобы решить одну важную задачу, которая занимала все мое внимание: куда, черт возьми, делся Ивар?!

Растворился в воздухе? Стер себя без остатка моей мочалкой? Смылся в слив для воды? Куда?

Вот только Алек, который уже собрался уходить, резко развернулся и накрыл губами мои губы. Быстрый поцелуй, его язык едва коснулся нежной кожи, и парень тут же прервал его, довольно улыбаясь.

— Это чтобы тебе легче думалось, — голос стал вкрадчивым, проникающим прямо под кожу. Я неловко переступила с ноги на ногу. — До встречи.

Едва за ним закрылась дверь, как из-под