Сердца небес - Кэтрин Вилтчер

— Она все еще тоскует, да? Плохо дело… Эмилио Сантьяго всегда был психопатом. Я знаю, это больно слышать, но ты оказала нам всем услугу.

— Все ваши дела плохи, — огрызаюсь я.

Рик пожимает плечами.

— Плохи для одних. Хороши для других.

— Что случилось с телом Мануэля? — говорю я, отказываясь втягиваться в дискуссию об этике с разыскиваемым преступником.

— Данте взял на себя ответственность после того, как выписался из больницы. Он доставил его самолетом обратно в Колумбию и организовал частные похороны.

По какой-то причине это меня шокирует. Мануэль жил и умер ради Данте, в то время как Данте всегда относился к нему с таким презрением.

Рик читает выражение моего лица, как по книге.

— Любой мог бы подумать, что под всей этой броней у него есть сердце, — его насмешливый голос следует за мной по коридору. — Наслаждайся своей ванной, Ив. Увидимся утром, если Данте не кастрирует меня посреди ночи за то, что я с тобой разговаривал.

— Спокойной ночи, мистер Сандерс, — вежливо говорю я, появляясь в дверях. — Наслаждайтесь остатками вина. Я прослежу, чтобы он прислал вам счет, но только после того, как вас кастрирует.

Смех Рика сопровождает меня вверх по лестнице в спальню Данте.

* * *

Ванна, которую я готовлю для себя, глубокая и роскошная. Лишь от вида ее ваша кожа тает и мурашки пробегают по коже головы. Я скольжу в воду, погружаясь по самую шею, наблюдая, как моя алебастровая кожа приобретает розоватый оттенок. Я все еще лежу тут, когда час спустя появляется Данте.

— Ты что, никогда не стучишь? — сонно бормочу я, щурясь на него сквозь пар. Его элегантная серо-белая ванная комната отливает серебром. Зеркало над раковиной стало полностью непрозрачным.

— Ты когда-нибудь перестанешь доставать меня фигней? — он останавливается у ванны и сняв ботинки, расстегивает джинсы.

— Нет, если я могу с этим помочь… И что, черт возьми, по-твоему, ты делаешь? — говорю я, и мой голос повышается от возмущения.

— А ты как думаешь?

Его рубашка идет следом. Теперь Данте стоит передо мной совершенно голый и снова выглядит как чертов бог, с оливковой кожей, рельефными мышцами, и более чем впечатляющей эрекцией.

Я облизываю губы в предвкушении.

— О, нет, ты этого не сделаешь, — говорю я, выплескивая на него воду. — Это первая тишина и покой, которые у меня были за весь день.

— Круто, — говорит он, наклоняясь и целуя меня в макушку. — Ты отказала мне в купании раньше, так что можешь наверстать упущенное сейчас. Подвинь ноги.

У меня есть доля секунды, чтобы подтянуть колени к груди, прежде чем он опускается всем своим огромным телом в ванну. Слышен густой звук воды, выплескивающейся через бортики на белую плитку внизу.

— Обернись.

Ворча, я делаю, как он говорит, и опускаюсь между его ног, прижимаясь задницей к его члену. Он обхватывает меня руками за плечи и вместе погружает нас глубже в воду.

— Черт, как же хорошо, — вздыхает Данте, ослабляя хватку на мне, чтобы переплести наши пальцы.

— Куда ездил? — спрашиваю я, отдаваясь всей его силе и мужественности. Я чувствую себя в такой безопасности в его объятиях. Я невесомо парю на воде, но он прямо тут, позади меня, прижимает меня к своему телу.

— У меня есть второй офис на южной стороне острова.

— На базе?

— Да.

— Тебе удалось разобраться..?

— Да.

Я играюсь с идеей вспомнить Петрова, но мне слишком нравится эта расслабленная версия Данте. У меня нет никакого желания щелкать выключателем, спрашивая его о чем-то, о чем он явно не хочет говорить.

Он проводит по воде ладонью, прежде чем опуститься ниже, и обхватить мое лоно, возвращая себе то, что принадлежит ему по праву. Мое дыхание становится прерывистым, когда Данте пальцами мучительно медленно описывают круги по моему все еще чувствительному клитору.

— Твоя сладкая киска скучала по мне, mi alma? — бормочет он.

Я откидываю голову на его твердую грудь и издаю ответный стон.

Он громко смеется.

— Именно так я и думал.

Я двигаю бедрами для большего трения, отчего еще больше воды перетекает через край ванны.

— Нужно ли мне позволить тебе кончить? — он насмехается.

— Да!

— Что да?

— Да, пожалуйста!

— К счастью для тебя, я снова чувствую себя великодушным.

Давление на мою киску усиливается, и мои мышцы судорожно сжимаются вокруг его пальцев.

— О, черт!

Мгновение спустя движение воды отражает ударные волны, пробегающие по моему телу. Я даже не могу сосчитать, сколько оргазмов он подарил мне сегодня, а данте все еще не закончил со мной.

— Оседлай меня, — хрипло приказывает он, проводя рукой по моему животу, чтобы обхватить грудь.

Каким-то образом я заставляю свои конечности двигаться, когда все больше воды выплескивается за борт. Он никогда раньше не просил меня трахнуть его вот так. Впервые я буду задавать темп.

Раздвигая бедра так широко, как только могу, я беру его член в одну руку и направляю его между своих нежных половых губ. Я нахожусь в этой ванне уже несколько часов; вода в лучшем случае тепловатая, что делает его пульсирующее тепло еще более соблазнительным. Я рассматриваю его, сантиметр за восхитительным сантиметром.

Данте хватает меня за затылок и прижимает наши лбы друг к другу. Я чувствую его горячее дыхание на своем лице. Кисло-сладкое. Бурбон.

— Ты гребаный ангел, — стонет он, когда полностью входит в меня.

— Но объезжаю как дьявол, — выдыхаю я, останавливаясь, чтобы насладиться ощущением того, как его тело доводит меня до предела, и кладу руки на край ванны, чтобы сохранить равновесие.

— Рай и ад, mi alma. Ты привносишь все это в избытке.

— Давай отправимся туда вместе, — шепчу я, приподнимаясь, а затем двигая бедрами вперед, снова принимая каждую его частичку.

* * *

На следующее утро я просыпаюсь, преисполненная решимости. Высвободившись из объятий Данте, я тянусь к своей серебряной сумочке на прикроватной тумбочке. Моего айфона давно нет, конечно же, он упал в Тихий океан, когда мы пролетали над ним. Данте должно быть знал об устройстве слежения ФБР внутри чехла.

Я ищу что-то другое. Кое-что, что поможет мне распутать золотую нить, которую Рик подарил мне прошлой ночью. Я вздрагиваю от малейшего шума, перебирая банковские карточки и остатки косметики в поисках визитной карточки с черным и золотым тиснением…

Здесь нет.

Быстро соображаю.

Неужели я потеряла ее? Не сознательно, это точно. От Петрова у меня мурашки по коже, но выбрасывать визитку российского миллиардера, который думает, что он у меня в долгу? Без