Медиум поневоле - Анна Герд

— Что же, Саша, — кивает в сторону двери, — будет следовать за тобой на постоянной основе, если нужно подключим Валеру.

На этих словах хлопает себя ладонями по коленям и поднимается. Ээээ не так быстро! Я вскакиваю следом.

— Ну нет! Никаких Саш и Валер! Мне дедушки Матвея хватает! — рявкаю я.

Максим подходит вплотную и почти ласково говорит: — Тогда отвечай на вопросы и не упирайся.

Я плюхаюсь обратно в кресло, скрещиваю руки на груди. И пытаюсь вспомнить заданные ранее вопросы.

— Хорошо, задавай!

— Уже задал — он тоже устраивается в кресле, закидывает ногу на ногу, откидывается на спинку. На лице выражение торжества.

«Уууу гад» думаю и все же пытаюсь вспомнить, что, собственно, спрашивал парень.

— С Ильёй случайно на кладбище встретились, положительный парень, вряд ли он причастен. — говорю, как думаю.

— С Артёмом я искала встречи, он бабник вот и повелся на красивые глазки, — пожимаю плечами. Максим хмурится, ну-ну, нечего тут сердиться. Может глазки — это единственное оставшееся мне оружие, магии нет, стражей нет.

— Деда он не любит, и держит на него то ли обиду то ли, злость затаил. Не разобралась пока. — от двери изумлённо хрюкнули.

— На счёт фирмы дела там идут плохо, долги поставщикам, займы в банке, сокращение работников, в заднице фирма в общем. До Павла пока не добралась.

— Тебя стоит приковать наручниками к этой доске! — не выдерживает парень. — Запереть дома и заварить дверь! — говорит вроде спокойно, но так-то ещё страшнее. Слишком спокойно, не похоже на шутку.

— Но-но! — грожу пальцем.

— Все? Вопросов больше нет? — в ответ Максим лишь прищуривается.

— Что? — вроде все рассказала, ничего не пропустила.

— Ты зачем полезла в это? — он сидит в кресле все так же расслабленно, даже слегка вальяжно, говорит спокойно. Но есть ощущение, что это все обманка, он вцепился в меня и я не уйду пока не отвечу на все вопросы, заданные и нет.

Ну вот как ему объяснить, с тоской смотрю на доску, сказать, что мне нужно двигаться, действовать, участвовать в чем-то значимом, сделать что-нибудь важное, чтоб понимать, что я жива, я существую, а не лежу изломанная у башни солнца глядя на небо изумленными глазами.

Но я выбираю облегчённую версию:

— Ты знал, что дедушка Матвей знает почти все русские поговорки и пословицы? — начинаю издалека.

— Это причина? — вот почему он общается со мной так, что я ощущаю себя неразумным дитём, рядом с умным и взрослым дядей!

— А ещё он поет: романсы, баллады, колядки, арии, военные песни, застольные, гимны, серенады и частушки. Матерные частушки. — последние достали особо, неужели Тамара Ильинична их тоже в книгу занесла? Надо бы уточнить.

— Он поет, когда я завтракаю, читаю, сплю, чищу зубы, делаю уроки, принимаю ванную, делаю уборку. — я распаляю себя все сильней, оправдывая своё неуместное с точки зрения Макса участие в расследовании.

Если быть до конца честной, Матвей Иванович в последнее время угомонился, как увидел, что я занялась его делом, так и не достает больше. Но стимулом начать, было его не музыкальное пение, так что тут я не кривлю душой.

Максим смотрит, непроницаемо сцепив руки в замок, а вот Саша старается за двоих, его глаза широко распахнуты и рот слегка приоткрыт. Словно ему показали сиреневого слона, как ребенок ей-богу.

— Допустим, — наш серьезный мистер детектив все-таки сжалился. — Но ты не ответила на последний вопрос.

— Какой? — говорю невинно, что же ты такой въедливый Максим свет Андреевич.

— От кого убегала сегодня?

— Кроме тебя? — улыбаюсь, думая подластиться, не тут-то было, он серьезен как швейцарский гвардеец в Ватикане.

— Кроме, меня — кивает Максим и смотрит настороженно и внимательно.

— От мужика какого то, незнакомого, — интуиция подсказывает что врать Максу не стоит. — Комиссия у нас в академии, а я на глаза попалась.

— Чего хотел? — спрашивает так невзначай и даже смотрит в сторону, вижу красивый профиль, любуюсь. Находка для художника.

Задумываюсь, да в принципе ничего он не хотел. Чего рванула самой не понятно. Странный он, насторожил меня чем-то.

— Ничего не хотел, улыбка у него слишком красивая, вот и сбежала. — понимаю, что так и есть.

Как на счёт моих вопросов? — интересно будет ли он также откровенен как я.

— Оглашение завещания прошло не без скандала, выяснилось, что монеты украдены, поднялся шум. Все в разной степени на них рассчитывали. — отчеканивает угрюмо.

— Вклады очень скромные, около ста тысяч, разделить на всех получатся копейки.

— Рита Лебедева моя знакомая, подвозил ее пару раз. — тон все тот же спокойный, немного с ленцой.

На этом месте я настораживаюсь, врёт? Ну врёт же! Или нет?

— На фото Светлана.

М-да исчерпывающе. Ответил, так ответил.

— Яд определили? Насколько он доступен, интересно, — задумчиво треплю кончик косы.

— Рецептурный сердечный препарат, большая концентрация, вызвавшая остановку сердца. — поясняет Максим

— Разовая доза или накопительная? — спрашиваю.

Макс вскидывает бровь и внимательно смотрит на меня.

— Разовая, ты умеешь задавать правильные вопросы, — он снимает закинутую ногу и ставит локти на колени поддаваясь вперёд.

— Про Игоря что-то известно? — у меня не получилось ничего про него узнать, соцсетей нет, место работы его дед не вспомнил.

— С Игорем встреча завтра. — Макс встает, давая понять, что разговор окончен.

— Можно мне поприсутствовать? — придумываю какие доводы привести, чтоб меня взяли на это рандеву.

— Нет.

— Тогда про Светлану не расскажу. — пускаюсь на шантаж. — А ведь мне есть что рассказать. — фу, как это низко Алекс, топорно и грубо, где твои изящные, даже слегка извращенные методы, где?

— Ладно, демоны с тобой завтра заберу тебя из академии в два часа — обреченно машет рукой.

Меня будто стулом по голове приложили! Закрываю глаза, вдох выдох, счёт до десяти и обратно. Демоны значит, в этом мире говорят черт с тобой! Демонов прилетают в нашем. Почти кричу про себя. Кто же