Жестокий обман - Кейн Моника

Когда я оглядываю нашу группу, у всех раскрасневшиеся щеки, руки подняты вверх, глаза закрыты, на лицах улыбки. И я присоединяюсь к ним, наслаждаясь этим моментом в полной мере. Я не думаю ни о том, что будет дальше, ни о своей конечной цели, ни о том, что мне нужно еще выпить и выкачать из них информацию.

Вытянув руки к потолку, я полностью расслабляю их, кричу в ритме песни, прыгаю вверх-вниз, когда Кира обнимает меня за плечи, а ее смех звучит у меня в ушах. Нас охватила одна и та же эйфория, и это ощущение лучше, чем я могла себе представить. Я пропустила годы такой жизни с моим дядей, так что я наверстаю упущенное прямо сейчас. К черту.

Музыка оглушительно ревет, волосы прилипли ко лбу, вокруг сотни людей, и в один совершенно ясный момент все встает на свои места.

Мне весело.

По-настоящему весело.

Такие развлечения, которые должны быть у девушек моего возраста с их друзьями.

Вот что такое жизнь. Такой могла бы быть моя жизнь, но не стала. И никогда не будет.

Час спустя мне до смерти хочется выпить холодной воды, а ноги словно залиты цементом. Остальные члены группы все еще продолжают веселиться, поэтому я ловлю взгляд Джорджии и жестом даю ей понять, что собираюсь охладиться наверху, в VIP-секции. Она показывает мне большой палец вверх, все еще погруженная в ритм.

Мой взгляд устремляется к ближайшей к нам стене. Я машу рукой Михаилу, чтобы он знал, что я готова к перерыву. Сквозь сухой ледяной туман и свет стробоскопа я не уверена, кивнул ли он в ответ или нет. Я пробую еще раз, но на этот раз теряю его, так как толпа смещается в мою сторону. Кайф от выпивки прошел, и теперь я устала и готова отдохнуть.

Я бросаю последний взгляд через плечо на своих новых друзей на танцполе, а затем отправляюсь в том направлении, где в последний раз видел Михаила. И врезаюсь в стену мускулов, или, может быть, он врезался в меня, я не уверена. Знаю только, что огромные руки поднимаются и обхватывают меня за талию.

— Прости, красавица, — ухмыляется незнакомый мужчина. Он совсем не выглядит сожалеющим. — Наверное, мне нужно больше внимания уделять тому, куда я иду.

— Да, наверное, — огрызаюсь я, убирая его руки с моей талии. В этом парне есть что-то странно знакомое, но кто знает, может быть, все гады сделаны из одного теста. — Если позволишь… — Он хватает меня за запястье и притягивает к себе.

— Куда ты убегаешь? — Он крепко прижимается к моему телу. — Что? Ты слишком хороша, чтобы танцевать со средним Джо, вроде меня?

Беспокойство давит мне на грудь. Что-то не так в этом разговоре. Я не пытаюсь ответить. Подняв ногу, я сильно ударяю острым концом каблука по его обтянутой кожей ноге.

— Какого черта? — Он застонал от боли. Вывернувшись из его хватки, я расталкиваю толпу и пробиваюсь к VIP-секции.

Не удивительно, что в этой толпе Михаил потерял меня из виду. Я не хочу доставлять ему неприятности, но в то же время понимаю, что мне нужно немедленно убираться с этого танцпола.

Вышибала кивает в знак приветствия, когда я, чертыхаясь, взбегаю по лестнице в VIP-секцию и направляюсь прямиком к нашей кабинке. Я благодарна за кувшин с водой со льдом, который я нашла на столике, и выпиваю два стакана. Моя жуткая встреча с тем мужчиной еще свежа, и при одной мысли об этом у меня мурашки бегут по коже. Женщины тысячелетиями терпели нежелательное внимание со стороны придурков, но когда парень ведет себя так агрессивно, это заставляет немного вздрогнуть.

Я снимаю каблуки и разминаю ступню, пытаясь успокоить ноющую подошву, но лицо мужчины продолжает мелькать в моей голове. Действительно ли он мне знаком, или это копия какого-то другого человека, который не понимает намеков? Что-то здесь другое, более ощутимое.

Задыхаясь, я встаю и спешу к туалету, ненавидя тяжелое ощущение, которое навалилось на меня, и то, что комната слегка кружится. Я открываю дверь в женский туалет и направляюсь к раковине. Плеснув воды на лицо, я надеюсь успокоить свою разгоряченную плоть. Закрыв глаза, я делаю глубокий, сосредоточенный вдох, успокаивая свою нервную систему. Когда нервы успокаиваются, я отталкиваюсь от раковины, готовясь снова выйти в холл. Но не могу пошевелиться. Теплая стена блокирует меня, а темная тяжелая ткань опускается на глаза, перекрывая зрение.

— Нет, пожалуйста, не надо! — кричу я в ужасе.

Нападающий, не обращая внимания на мои мольбы, проникает под платье, спускает стринги с бедер и задирает платье до самых бедер.

Сердце бешено колотится в груди. Кто мог сделать такое? Тот мужчина? Даже не пытаясь ответить, я поднимаю ногу и сильно пинаю острым концом каблука по его обтянутой кожей стопе. Я захлебываюсь рыданиями, но с трудом выдавливаю из себя слова. Мне кажется, что я сейчас задохнусь.

— Пожалуйста, — умоляю я. — Пожалуйста, не делай больно…

Мои слова заглушает еще один сильный шлепок, уже по другой заднице.

Я молю о помощи, но повязка с глаз одним движением срывается. По какой-то причине я все еще держу глаза закрытыми, не желая смотреть в глаза чудовищу.

И только тогда я слышу в ухе глубокий злой голос.

— Здравствуй, жена.

ГЛАВА 19

Даниил

Я так охренел, что могу закричать. Но не на Бьянку. На себя. Я, блядь, должен был лучше знать, чем идти на поводу у Лео. Сегодня вечером все было не так. Клуб забит до отказа, и танцпол наполнен беспокойной энергией. Эта толпа ищет неприятностей. Каких — трахающихся или дерущихся — еще предстоит выяснить, но неприятности все равно будут.

Мы с Лео наблюдали за тем, как проходит их девичник, по мониторам наблюдения из кабинета менеджера. В один момент она оказалась в поле моего зрения на переполненном танцполе — танцполе, на который им не следовало выходить, — а в следующий момент она исчезла, поглощенная толпой. Когда я увидел ее снова, она была уже в VIP-зоне, без охранника, и выглядела взволнованной.

Я потерял ее. Всего на минуту, но этого было достаточно, чтобы кровь запела в ушах, а по позвоночнику побежали мурашки. Как и предсказывал