Все время мира - Сара Пурпура

Тренер, в свою очередь, молча наблюдает за нами, однако выражение его лица не сулит ничего хорошего.

Мяч наш, и О'Коннор пасует его Татчеру, который продвигается на несколько ярдов, а затем делает идеальную передачу мне.

Я получаю мяч и гляжу по сторонам: никого, кому можно было паснуть дальше, так что я бросаю его, и мы получаем первый тачдаун.

Майлс чертыхается и возвращается на свою позицию на первом ярде.

На этот раз О'Коннор пасует плохо, и Брайан перехватывает мяч. Он несется вперед, как поезд, никому не передавая мяч, хотя его товарищи требуют от него пас.

– Майлс, кидай этот чертов мяч! – Тренер разряжается громоподобным криком, но Брайан не слышит и его.

Он хочет принести очки сам, чтобы сравняться со мной. Это вызов мне.

Хорошо, он получит то, чего хочет.

Я устремляюсь за ним, Брайан забегает в зачетную зону своей команды, и там я хватаю его и роняю на землю, принося еще два очка моей команде.

Когда Майлс поднимается на ноги, он в бешенстве.

– Если ты травмируешь меня перед матчем, я тебя уничтожу, – Брайан тычет в меня пальцем и снимает шлем.

– Это издержки игры. Ты играешь так же против меня, – отвечаю я. – Нам нужно подготовиться к игре, Майлс.

– Ты мог меня травмировать, урод!

– Разве я действовал против правил? – спрашиваю я, уверенный, что ничего не нарушил, в отличие от него.

Майлс знает об этом.

– Если ты боишься сломать ноготки, то можешь пойти домой, Майлс. Надевай шлем. Все было по правилам, – вмешивается тренер.

Мы возвращаемся на свои позиции. Взгляд Брайана не сулит мне ничего хорошего.

Я понимаю, что он постарается выбить меня перед следующим матчем, так что я решаюсь на рискованный шаг. Если у меня получится, то я застолблю за собой место в команде на воскресную игру. Конечно, есть риск, что идея провалится и я выставлю себя на смех, но когда речь идет о футболе, мое бесстыжее тщеславие берет верх.

Я подхожу к товарищу по команде и знаком прошу отдать мне мяч.

Ребята удивленно смотрят на меня. Я бросаю взгляд на тренера. Мистер Дэвис скрещивает руки на груди и ждет. Хочет посмотреть, какого черта я собрался делать.

Я смотрю на свою цель… дроп-гол. Вот что я придумал.

Я видел такое лишь однажды, в документальном фильме о Нью-Ингленд Пэтриотс. Его забил Даг Флути в 2005-м.

Сегодня я хочу быть Дагом Флути.

Я делаю несколько вдохов, чтобы лучше сконцентрироваться на мяче. Я чувствую, как взгляды всех прикованы ко мне, и даже чирлидеры остановили свою тренировку. Значит, Анаис следит за мной.

Я бросаю мяч на землю и, когда он отскакивает, бью по нему в сторону зачетной зоны соперников.

С затаенным дыханием мы все смотрим за полетом мяча, и, когда тот влетает точнехонько между стойками ворот, мои товарищи начинают ликовать вместе со мной, разрывая мертвую тишину, поглотившую все поле.

Еле-еле выбравшись из объятий торжествующих товарищей, я пытаюсь разглядеть Анаис. Я вижу, как она улыбается, и понимаю, что готов хоть каждый день пробивать этот чертов дроп, лишь бы снова и снова видеть ее улыбку.

– Что за гребаное шоу ты тут устроил?

Майлс подходит ко мне с угрожающим видом, но я не двигаюсь с места.

Несколько партнеров по команде пытаются удержать его, а тренер выходит на поле и направляется к нам.

– Даже не думай повторять его, кретин, – не унимается Майлс.

– Это еще почему? – с невозмутимым видом спрашиваю я.

Бороться за звание лучшего квотербека года смешно. Ребячество, да и только. Этот надутый пузырь был самым популярным парнем в школе до моего приезда, но самое классное, что в действительности мне ничего не стоит сбросить его благородный зад с трона. Это происходит без больших усилий с моей стороны, что еще сильнее приводит его в бешенство.

Его проблемы. Мне нет дела до его душевных терзаний. У меня свои. Важно, чтобы его действия не сказались на команде, но если он продолжит в том же духе и будет пытаться покалечить меня каждый раз, когда мы выходим на поле, я, разумеется, не останусь в долгу.

– Мы не можем рисковать плей-оффом только из-за того, что тебе захотелось выпендриться. Это – моя команда, ублюдок. Я не позволю тебе все испоганить.

– Баста. Закончили на этом, – рычит тренер. – Марш в душ!

Боже, какой же жалкой была эта сцена. Мы сидим друг напротив друга, а нас распекают перед всей командой.

– Вэрд, Майлс. Что мне с вами делать? – спрашивает нас тренер, но мы оба молчим. – Вэрд?

– Мне нечего сказать, тренер.

– Ладно. Майлс?

– Мне тоже, тренер.

– Отлично. Значит, в следующих двух матчах мы обойдемся без вас, – произносит наш наставник.

После его слов поднимается разочарованный ропот.

– Попросите прощения, и закончим на этом, – вмешивается Стюард. – Мы изо всех сил боремся за попадание в плей-офф. Как черта вы творите?

Я знаю, что мой сокомандник прав. Потеря двух важных игроков нанесет серьезный удар по команде, и будет чертовски обидно спустить все вчистую, учитывая, как здорово мы начали чемпионат.

На этот раз я решаю внять голосу разума и поступить мудрее, так что первым протягиваю руку Брайану. Тот презрительно смотрит на нее, но я делаю вид, что не замечаю этого, и считаю до… пяти.

Этого хватит?

– Давай отложим наши обиды в сторону ради команды, – начинаю я, однако Майлс не выказывает намерения мириться и переводит взгляд на тренера.

– Я так и буду сидеть на скамейке запасных?

– Если будет нужно, – отрезает тот.

Майлс бледнеет. Он подавлен, но он хитер и понимает, что если сейчас перегнет палку, то вылетит из команды. И все-таки Брайан не отступает.

– Пока не появился этот клоун, я был основным квотербеком команды и наши дела шли превосходно, тренер.

И это я – клоун. Тьфу!

Примирительно протягивать руку этому дебилу – это уже перебор. Позор. Хрен с ним!

– Ну, я не против, – я принимаюсь расшнуровывать свои бутсы.

Мои товарищи по команде с изумлением смотрят на меня. Такая покладистость для меня – большая редкость, но и я умею подмазываться, когда нужно.

Тренер, похоже, оценил мой жест и одобрительно кивает, а затем строго смотрит на Майлса.

– Решение, кого выпускать на поле, как будут проходить тренировки и какая у нас тактика – это мое дело, Майлс. Советую тебе не перечить, или вылетишь из команды. Тебе все ясно или нужно повторить?

– Я все отлично понял, сэр, – лицо