Попаданка 3 - Нина Петровна Ахминеева

То, что глава рода Пожарских явится вместе с нотариусом, я подозревала, поэтому не удивилась. Вполне разумное решение: подобные сделки требуют юридического сопровождения на всех этапах. Хотелось бы, конечно, пообщаться с графом с глазу на глаз, но, в принципе, так даже лучше: и юриста сразу поставлю в известность.

— И в связи с чем радость? Что затеяла? — Раиса вопросительно изогнула бровь. — Между прочим, я до сих пор не знаю, чем твой визит к мэру закончился, — добавила она с упреком.

— Между прочим, — я подмигнула порозовевшей от смущения Рае, — когда я вернулась, кто-то очень крепко спал, — поднявшись, подошла к ней. — Вижу, дневной сон действительно пошел тебе на пользу. Теперь на живого человека, а не покойницу похожа, — поймав укоризненный взгляд подруги, показала ей язык. И уже серьезно предложила: — Давай поступим так: сейчас я пообщаюсь Пожарским, а потом за чаем все обсудим. Идет?

— Идет, — Рая усмехнулась. — Не возражаешь, если посидим в беседке? Вечер сегодня приятный, на воздухе хорошо.

— Конечно нет, — я кивнула, и вышла в коридор.

На первом этаже Раиса свернула в кухню-столовую, а я пошла в гостиную, встречать гостей.

На угловом диване сидели двое мужчин. Солидный седовласый незнакомец, игнорируя стоящий рядом столик, аккуратно придерживал лежащий на коленях чемоданчик и что-то тихо говорил Василию Федоровичу. Оба меня пока не замечали.

— Добрый вечер, господа, — поприветствовала я визитеров.

Мужчины прекратили диалог, встали и синхронно поклонились. В ответ я вежливо улыбнулась. Подошла к дальнему углу дивана, села, дождалась, когда вечерние посетители вновь усядутся, и красноречиво посмотрела на графа Пожарского.

Тот моментально отреагировал:

— Владислава Юрьевна, разрешите вам представить нотариуса, ведущего дела моего рода: Елизар Елизарович Кутепов.

— Рад, необычайно рад знакомству, — произнес юрист. — Но время уже позднее, предлагаю перейти к делу.

Открыв чемоданчик, он принялся доставать документы и подробно рассказывать об имуществе, которое передает мне глава рода Пожарских.

Когда формальности были соблюдены, а подписи там где нужно поставлены, я отодвинула на край стола свою стопку официальных бумаг. Пора переходить к заключительной, но для меня — основной части встречи.

— Василий Федорович, а какие у вас планы в отношении административного аппарата фабрики?

— Про всех не скажу, но работой управляющего я доволен: десять лет на одном месте, никаких серьезных нареканий. Жаль, что придется с Коноваловым расстаться, — граф с досадой поджал губы. — Аналогичной руководящей должности близ столицы, увы, предложить не смогу, а на Урал он вряд ли поедет: зарплата будет та же, но условия — гораздо хуже. Планировал завтра ему сообщить о смене собственника фабрики.

— В таком случае пусть работает на меня. Там же и в той же должности. Если захочет, конечно, — предложила я небрежно.

— Неожиданное решение, — Василий Федорович удивленно качнул головой. — Коновалов, безусловно, согласится. Но зачем он вам? Ваш Павлюченко отказывается уезжать из Сочи? Или вы планируете восстанавливать сгоревшую фабрику, и он необходим здесь?

Ух, какой любознательный! Серьезно думает, что начну откровенничать? Неужели настолько девочкой-девочкой выгляжу?

Естественно, ни на один вопрос отвечать я не стала.

— Как справедливо заметил Елизар Елизарович в начале нашей встречи, время уже было, — сделала акцент на слове и демонстративно посмотрела на часы, — позднее. Однако позвольте задержать вас еще на пару минут. У меня к вам обоим небольшая просьба: в ближайший месяц не придавать широкой огласке тот факт, что теперь фабрикой владею я. Кроме нас троих и управляющего, об этом никто не должен знать.

— К чему подобная таинственность? — нахмурился Кутепов озадаченно. — Сделка юридически чистая, бизнес безубыточный, злые кредиторы наседать не будут. Для чего вам этот месяц?

— Мне так хочется, — я мило улыбнулась.

Хмыкнув, глава рода Пожарских задумчиво потер подбородок. Отвечать он не спешил. Наверняка постарается выторговать для себя «плюшки». Прямо вижу ход его мыслей: конечно, просьба не особо обременительная, но, раз я попросила, для меня это важно, и неплохо бы извлечь хоть какую-то выгоду.

— Владислава Юрьевна, ваше пожелание не так уж и невинно, как кажется на первый взгляд, — выдержав долгую паузу, наконец-то заговорил граф. — Любое производство — дело серьезное. Совсем недавно у вас самой сгорела фабрика, — он со значением поднял брови. — Опять же, с контрагентами порой не все идет гладко. До извещения о переходе права собственности происходящее на фабрике свяжут с моим родом. Зачем мне это?

Да уж, продуманный, чертеняка. Боится продешевить и прощупывает, что готова дать взамен. Ну-ну, размечтался.

Прищурилась и ровным тоном спросила:

— Полагаю, вам выгодно, чтобы у меня не осталось никаких сомнений в доверии к роду Пожарских?

— Разумеется, — без запинки откликнулся Василий Федорович.

— Ну вот вы и ответили на свой вопрос, — я развела руками.

Граф кашлянул, пряча изумление, потер висок. Затем остро глянул на юриста и сдался:

— Владислава Юрьевна, вы можете полностью на нас положиться. До истечения месяца ни одна живая душа, кроме присутствующих здесь и управляющего, не узнает о новом владельце фабрики, — он подтверждающе кивнул и перешел на деловой тон: — После того как поговорю с Коноваловым, он сам с вами свяжется, обсудите дальнейшую работу.

— Чудесно, — я поднялась, давая понять, что встреча окончена. Гости поспешно поднялись следом.

Мы вышли из дома. Едва спустились по ступенькам, как из темноты возник Киса. Бесшумно подойдя, он сел у моих ног.

— А вот и наш сопровождающий, — нотариус заинтересованно оглядел здоровенную собаку. — Отличный охранник! И невероятно умный: встретил у ворот, провел к дому, а теперь пришел провожать! — он восхищенно поцокал языком. — Владислава Юрьевна, ваша собака меня покорила. Если не секрет, в каком питомнике брали?

— Пес действительно отличный, — подключился к разговору граф Пожарский. — И я бы от такого не отказался. Владислава Юрьевна, поделитесь контактами заводчика?

— Такого же пса вы нигде не найдете, — я усмехнулась, погладив мертвую собаку по лобастой голове. А заметив укоризненный взгляд Елизара Елизаровича, пояснила: — Я сделала Кису в единственном экземпляре. Он зомби.

Юрист нервно вздрогнул.

— Ну и хобби, — испуганно пробормотал он. А вот глава рода Пожарских уважительно мне поклонился.

Хм-м, и что бы это значило? Непонятно. Но ясно одно: впечатление Киса произвел неизгладимое.

Тем