Ржавчина - Виктория Юрьевна Побединская

«Август О’Доннел».

Глава 20. Август

Я встаю, когда все еще спят. В темноте осеннего утра кухня выглядит как свалка. Разлитый кофе, грязная посуда в раковине и завершающий аккорд – полное ведро мусора по центру комнаты, из которого торчат почерневшие банановые шкурки и коробки от пиццы. Вот и скажи, что в этом доме две женщины.

Стряхивая рассыпанные крошки, подхватываю со стола стопку счетов. На верхнем остался круглый след от кружки, а из-под него красным горит штамп просрочки. За дверью начинает хныкать Ноэль. Пока никто не проснулся, я засовываю счета в рюкзак и выскакиваю из дома. И уже по дороге набираю Ли сообщение: «Если бой с Льюисом все еще в силе, я согласен».

В автобусе царит радостное возбуждение. Все обсуждают предстоящий на неделе матч. Сета официально назначили капитаном.

– Я хочу собрать всех парней завтра. Без тренера. У нас впереди игра с командой Хэмптона, и ты понадобишься мне там как никогда.

Я молча киваю.

Всю дорогу до школы Сет распинает каждый период прошедшей игры чуть ли не по минутам – броски, штрафные, подборы, результативные передачи, – размахивает руками так активно, что попадает Солу в глаз. Чертит в блокноте игровые схемы, растолковывает парням ошибки и грозится вырвать им гланды через задницу, если те снова их допустят. Меня он не трогает. Если что и захочет сказать, сделает это лично. А я так горд им, что просто наблюдаю и стараюсь не улыбаться, как идиот. Хотя очень хочется.

– Что для нас самое главное? – кричит он.

– Сраная победа! – выкрикивает Двойка. Несмотря на то, что он не является членом команды, все равно в курсе всех дел. И тогда весь автобус подхватывает смехом и десятком голосов.

***

Два дня спустя мы стоим, построенные в шеренгу, а тренер Уайт дает интервью для местной газеты. С его слов, этот сезон обещает стать поворотным для команды «Вудсайд Хай», и победа почти у нас в кармане.

Сегодня у нас выездной матч со школой Святого Патрика из Хэмптона. Мы ждем в туннеле вместе, в две колонны, каждая у своей стены. Игроки команды-противника самоуверенны и спокойны. Они считают, чтобы выиграть этот матч, им надо просто выйти на поле. Но так было раньше.

– Эй, недоумки, слышали, вас наняли играть вместо прошлых неудачников за еду.

Кто-то из них бросает в нашу сторону смятый пакет от попкорна. Кулаки Сета сжимаются. Весь он – пружина, готовая сорваться и разорвать их на части. В этом его слабость, ведь матчи выигрываются в голове. Тренер предупреждал, что противники будут постоянно нести про нас всякую чушь, чтобы вывести из состояния равновесия, поэтому я дергаю его за локоть, заставляя приблизиться, и шепчу:

– Эй, у нас нет денег на досрочное освобождение, если что. Забыл?

Ноздри Сета раздуваются, как у дикого быка. Я до боли сжимаю его запястье, чтобы он, наконец, обратил на меня внимание.

– Плевать на них, – практически шиплю. – Посмотрим им в глаза, когда выиграем.

И, наконец, отпускаю руку, чувствуя, как напряженные жилы под моими пальцами расслабляются.

Мы выходим в зал, и на секунду я прикрываю глаза от яркого света и шума. Группа поддержки уже исполняет приветственный танец, пытаясь зажечь толпу. Наши цвета – зелёный и фиолетовый, но трибуны сегодня сплошь красно-белые. Так как мы не дома, наших болельщиков тут ровным счетом ноль. Размахивая помпонами, впереди прыгает подружка Анны, и я машинально поднимаю взгляд, чтобы найти Принцессу, но увы. Глупо было полагать, что после того, что парни устроили, она придет, и даже странно, что часть меня в тайне надеялась.

Начинается игра, и мяч оказывается у нашей команды. Все идет по плану. Тренер скачет вдоль линии поля, считая, что мы разыгрываем его комбинации, хотя это стратегии Ржавого города, Иви с подружками подбадривает команду, но спустя пятнадцать минут я понимаю, что-то не так. Потому что замечаю в зале почти все руководство «Вудсайда».

Когда после второй четверти начинается перерыв, нас собирают в раздевалке. Все потные и запыхавшиеся, мы рассаживаемся вдоль стен.

– Какого здесь вообще происходит? – вскидывается Сет.

– Что-то не так? – наклонившись, спрашивает Сол.

Я лишь пожимаю плечами. Довер зажимает одну ноздрю и сморкается за лавку. А потом все замолкают, потому что входит тренер, за ним пятеро охранников, а следом и директор школы. Суровый и белый, как свежевыкрашенная стена.

– Все те, чьи имена я назову, за дверь, – произносит он строго. Я хочу спросить, а как же игра, но не решаюсь даже рта раскрыть. В раздевалке повисает угрожающая тишина.

– Джейсон Довер.

– А я что сделал?

– Томас Риверо.

Мы с Солом переглядываемся.

– Сет Гарсия… – и вдруг я понимаю, он методично называет тех, кто был в тот день на площадке с Эриком Фрайзером. И когда список оглашен полностью, приказывает: – Тренер, подготовьте замену, потому что эти игроки с сегодняшнего дня исключены из команды.

Дальше начинается полный хаос. Раздевалка взрывается от ярости. Сет, отталкивая стоящего перед ним секьюрити, кричит о том, что это незаконно. Довер бросается на охранника, пытающегося Сета оттащить. Остальные конвоиры протискиваются внутрь, пытаясь сдержать парней, словно они преступники. Только я сижу на месте, не двигаясь.

Потому что мое имя так и не назвали.

***

Каждый баскетболист знает, нет ничего хуже, чем атака, которую ты не заметил. Поэтому спустя пару лет тренировок развивается чутье. Без него не выжить. Сейчас моё сигналило красным.

– Ты не можешь утверждать, что это она!

Мокрый после игры, я едва стою на ногах, но раздевалка гремит и шумит, и на этот раз не о нашей победе.

– Некому больше, Рыж. Некому.

– А если ты ошибся?

Я не оглох и не ослеп и умом не тронулся, ведь сам понимаю, никто, кроме нее, не мог этого сделать, факт. И то, что я – единственный, чье имя не назвали, буквально кричит в подтверждение. «Девчонка запала на Рыжего». «Или он на нее запал».

– Вот только не говори, что повелся, – рычит Сет. Все взгляды направлены в нашу сторону. – Не говори мне, что поэтому ее защищаешь!

Он резко подходит, не разрывая зрительного контакта. Я не двигаюсь с места ни на дюйм, всеми возможными способами затыкая голос разума, делая вид, что это не более, чем совпадение.

– Потому что, какого черта, Рыж, только ты один?

– Полегче, кэп, – Сол пытается тормознуть Сета. Зря, знаю же, только сам нарвется.

– Кэп? – резко оборачивается он, крепко сжимая кулаки. – Я больше