Тайна замка Вэррисар, или Последствия сделки с вампиром - Ирина Иви

О да! Я понимала. Я-то надеялась, что Венсар согласится меня обучать этому и тогда мои шансы на побег возрастут… Но Венсар дураком не был.

Наши встречи с Венсаром учебой не ограничивались. Я продолжала пить его кровь. Только теперь он не применял внушение, а я должна была сознательно прокусывать ему запястье или шею и пить. Это было следующей ступенью, приближающей меня к обращению.

— Вот что, моя прелесть, — как-то заявил мне Венсар. — Мне чрезвычайно приятно с тобой целоваться, но пора тебе переходить на следующий уровень.

Поначалу, услышав это, я обрадовалась. Поцелуи Венсара повергали меня в такую бездну наслаждения, что я потом с трудом приходила в себя. И они вносили смуту в мою душу. Ведь глупое сердце мое продолжало тянуться к Кайрэну, но когда я целовалась с Венсаром… Ох! В эти моменты я уже и сама не понимала, люблю ли я Кайрэна или мне безумно нравится Венсар.

Но когда Венсар объяснил мне, что я должна буду делать на этом самом «следующем уровне», от радости моей не осталось и следа.

Не смогу я так! Находясь не под воздействием вампирского гипноза, прокусить руку и пить кровь… Меня передернуло от отвращения. Да меня же стошнит!

К тому же была еще одна причина, по которой я решительно не хотела пить кровь осознанно.

Когда я пила кровь Венсара под гипнозом, я же до конца не осознавала себя в эти минуты и не понимала, что делаю. Это как бы освобождало меня от ответственности. Мол, это не я творю такие непотребства, а вампир зачаровал меня на это, как хорошее оружие. Таким образом я довольно-таки успешно успокаивала свою совесть. А теперь что?!

— Тебе меня не заставить! — решительно заявила я Венсару. — Нет, нет и нет.

— Вот как! — усмехнулся вампир и в то же мгновение я оказалась в кольце его рук.

Потянув меня за волосы, он заставил меня откинуть голову и впился в мою шею острыми клыками. Все мое тело пронзила острейшая боль. Я закричала. Несколько долгих, мучительно долгих мгновений боль не отпускала меня. А потом в глазах потемнело, и я потеряла сознание.

Пришла в себя я на диване все в том же кабинете, где проходили наши с Венсаром занятия. Сам вампир сидел за столом и невозмутимо читал какую-то книгу. Я попыталась сесть, но мне не удалось даже пошевелиться. По телу разлилась мучительная слабость, место укуса горело огнем.

— Ну что, Шэйлис? Будешь делать так, как я сказал?

— Нет…

Несколько дней продолжалось у нас это противостояние. Каждое утро первым, что я видела после пробуждения, было лицо Венсара, склонившегося надо мной. Ласково улыбнувшись, он задавал мне один и тот же вопрос:

— Будешь пить мою кровь, Шэйли?

На что я привычно уже шептала «нет» и бессильно закрывала глаза.

Да, силы мои не возвращались. Более того, их становилось все меньше и меньше. Занятия наши прекратились. Целыми днями лежала я в кровати, не в силах пошевелить ни рукой, ни ногой, все тело болело и ныло. Я молила Миреллу, чтобы она избавила меня от этих мук, позволив потерять сознание. Ведь когда-нибудь эта пытка кончится?! Но сознание оставалось при мне. Подозреваю, что без вампирской магии тут не обошлось — чтобы как следует прочувствовала, прониклась, так сказать, своим положением и смирилась. Но смириться я не могла. Ну не буду я сама пить кровь! Да одна эта мысль вызывала во мне рвотные позывы!

Ни есть, ни пить мне не давали, и я спрашивала себя, сколько же так продержится мое измученное, обескровленное тело?

Обескровленное потому, что на каждый мой отказ Венсар отвечал укусом, после которого я корчилась от боли. И после каждого его прихода мне становилось все хуже и хуже.

Не знаю, на какой день это произошло. Как-то утром, с трудом очнувшись от сна, я как всегда увидела Венсара, сидящего подле меня. Наклонившись к моему лицу, он прошептал:

— Ну что, крошка Шэйли? Каким будет твой сегодняшний ответ?

Я зажмурилась, чтобы не видеть этих холодных зеленых глаз, в которых не было ни капли жалости. Облизала пересохшие губы, собираясь, как всегда, сказать «нет». И вдруг замерла.

Видимо, выпитая до этого кровь вампира уже каким-то непостижимым образом действовала во мне, ибо я ощутила потрясающе вкусный, дразнящий аромат крови, бегущей по венам. Крови Венсара. Ноздри мои затрепетали, глубже втягивая этот с ума меня сводящий аромат. От голода и жажды, мучивших меня уже столько времени, рассудок мой окончательно помутился, и я с силой, невесть откуда взявшейся в моем изможденном теле, обхватила Венсара за шею и притянула к себе. Возникло отчетливое ощущение появившихся у меня острых клыков, но я не стала задаваться вопросом, как это вообще возможно. Я впилась этими клыками в шею вампира. Струйка горячей крови потекла мне в горло. Застонав от удовольствия, я еще плотнее прижалась губами к шее Венсара.

Кровь моя уже бурлила, а тело переполняла энергия, когда чьи-то руки с силой оторвали меня от этого сладостного источника жизни.

— Достаточно, Шэйли. На сегодня хватит. Больше крови ты пока не можешь принять.

Я чувствовала себя пьяной. Изо всех сил пытаясь сконцентрироваться, я с горем пополам сфокусировала разбегающиеся глазки.

Венсар. Из глубокого укуса на шее сочится темная кровь. Я сглотнула. Вытерла губы рукой и в ужасе уставилась на окровавленную ладонь. Провела языком по зубам, вспоминая, как мне почудилось, что у меня появились клыки. Клыков не было, но зато была кровь. Кровь Венсара.

— Мирелла, помилуй.

Я все-таки сделала это. Венсар победил. Под воздействием обескровливания, голода, жажды и малой толики вампирской крови, текшей в моих жилах, я сама набросилась на Венсара, чтобы выпить его крови.

Венсар внимательно смотрел на меня. Спокойно, без злого торжества и радости от того, что вышло так, как он хотел. Просто наблюдал за моей реакцией.

С того дня что-то во мне надломилось. Я покорно выполняла все задания Венсара, которые он мне задавал на наших занятиях, внимательно слушала его рассказы. И добровольно пила его кровь, не испытывая при этом ни положительных, ни отрицательных эмоций. Не знаю, достигла ли я того самого «следующего уровня», но Венсар начал поглядывать на меня с беспокойством.

— Крошка Шэйли, ты как неживая, — пробормотал он однажды, наблюдая, как я старательно вычерчиваю пером фразу за фразой красивым каллиграфическим почерком.

Раньше я терпеть не могла это занятие