Помощница Его Злодейшества - Кира Крааш

– Чтобы он помог мне с твоей кроватью…

У Князя Тьмы от такого заявления дернулся глаз.

– А что с моей кроватью? – вкрадчиво поинтересовался мужчина.

– Она не влезает, – пискнула я.

– Куда? – помрачнел Рейнард.

– В твои покои…

– Тааак… – протянул мужчина и приложила ладонь к лицу, массируя глаза.

– Еще б она влезала, – подала голос Матушка чаща ехидным тоном. – Странно что на этот премерзкий артефакт раньше какая окалина не упала.

– Вырублю. – напомнил Рейнард.

– Пф… – ответило дерево.

– Что с моими покоями? – ровным тоном поинтересовался мужчина. Ух, какая выдержка! Не даром он всю местную нечисть в узде держит.

– Ремонт… – лаконично ответила я, сцепив пальцы в замок и опустив голову с самым покаянным видом.

– Я так и понял, – произнес мужчина, и я подняла на него глаза.

Герцог улыбался одними уголками губ, и мне казалось, что даже эта тень улыбки делает его лицо светлее.

– Пойдем, – сказал Рейнард, легонько подталкивая меня меж лопаток. – Покажешь мне свой… ремонт.

Я кивнула, и мы отошли от дерева на некоторое расстояние. Достаточное, чтобы черное пламя вспыхнуло, но не спалило Матушку чащу, и не достаточное, чтобы чтобы не услышать ее последние напутственные слова:

– Ты не обязан идти по назначенному тебе пути, мальчик. Ты можешь выбрать жизнь.

Я обернулась на голос, но с удивлением обнаружила, что живое, одушевленное дерево превратилось в самое обычное. Ни лица на коре, ни величавого шевеления ветвей, ни шумного шелеста листьев в безветренную погоду.

– Что с ней? – ахнула я и подняла глаза на Рейнарда.

Мужчина тоже смотре на дерево, вот только взгляд его не предвещал ничего хорошего. В черных глазах клубилась магия, злость, усталость и какая-то странная, неизвестная мне эмоций.

– Ушла, – отозвался Рейнард отворачиваясь от Матушки чащи.

– Куда? – округлила глаза я.

– Ты же не думаешь, что у древнейшего демона нашего мира всего одно вместилище? – жестко усмехнулся мужчина.

– Демона? – разочарованно переспросила я.

– Да. Чистокровнейшего, надо сказать. Но насколько я ее знаю, она очень ассимилировала с нашим миром и довольно добродушна и безобидна.

– Пытается женить тебя, – вспомнила я.

– У всех свои недостатки, – пожал плечами Рейнард. – Так что там с моими покоями?

– Стоят, – лаконично ответила я и первая шагнула в полыхающий черным пламенем портал.

В надежде удрать от разговора, конечно же.

62

Рейнард

Я даже не ожидал, что у девушки, которая сначала пережила бешенную скачку на виверне, потом блуждание по дремучему лесу, а затем сон на ветвях, окажется столько энергии, чтоб от меня удрать. Я лишь на мгновение задержался, перед тем как шагнуть в пламя, а когда вышел в холле собственного замка, задорный перестук каблучков звучал уже вне зоны моей видимости.

Горгул посмотрел на меня с каким-то таким по-настоящему мужским сочувствием, но поняв, что я заметил его взгляд, вытянулся по струнке и стал с невероятным энтузиазмом изучать потолок. Я зачем-то тоже поднял голову и с удивлением обнаружил, что древняя, мрачная, классическая черная люстра сверкает, как новенькая монетка. Хрусталь ослепительно сиял, играя светом черного пламени.

Увиденное, прямо скажем, вогнало меня в некоторую задумчивость. Во-первых, я еще больше убедился, что бытовой маг в хозяйстве – это ужасно полезно. А во-вторых, задумался о том, что с моей довольно мрачной жизни кое-кто начал смахивать толстенные слои пыли.

Мысли сами перескочили к многозначительным фразам, оброненным Матушкой чащей, и я снова шагнул в черное пламя прямиком к сердцу замка.

– Нашел? – с порога спросил меня замок, и каменный ажурный шар принялся тревожно крутиться вокруг своей оси на неприличной для такого антиквариата скорости. – Нашел Корнелию?

– Нашел, – коротко кивнул я.

– Уффф… – выдохнул замок, замедляясь. – Она в порядке?

– Похоже на то, – пожал я плечами, чуть нахмурившись.

Была ли Корнелия в порядке я был не уверен. С одной стороны, физически она явно не пострадала – вон, как резво уцокала от меня. с другой стороны такие потрясения для простой девушки могли оказаться весьма тяжелыми.

– И зачем тогда пришел? – своим обычная, противным тоном поинтересовался замок.

– Поговорить, – ответил я, окинув глазами помещение. Раньше оно не отличалось особым уютном или порядком, но теперь здесь была поистине лекарская чистота. А еще стояло уютное кресло, явно позаимствованное из какой-то гостиной, журнальный столик и, совсем уж неуместное, – ваза с цветами. – Что это?

– Это место Корнелии, – важно ответил замок.

– Никогда не замечал за тобой любви к зелени, – заметил я.

– Ты вообще мало чего вокруг себя замечаешь, – раздраженно произнес замок, сердито крутанув ажурный шар.

Спорить с очевидным было глупо, я действительно мало интересовался бытовыми вопросами. Стены замка крепки – и я это все, что меня интересовало. Гарнизон сыт и всегда готов к бою – остальное не имело значения.

А теперь я смотрел на вазу с цветами в собственном подвале и думал, что может быть и имело. Может быть вообще все здесь имело значение, просто я никогда не задумывался об этом. Принимал наследие, как должное.

Слепо верил на слово.

– Скажи мне, кто появился в этом мире первым: ты или печать в подземелье?

Черное пламя в каменном сердце на мгновение замерло, а затем вновь затрепетало.

– Я не знаю, как разорвать печать, – глухо ответил замок.

– А я спрашивал не об этом.

– Я пришел в ваш мир раньше, – нехотя ответил замок.

– Тогда ты должен помнить, что происходило здесь, во время войны с демонами, – произнес я.

– Еще бы не помнить, – хмыкнул замок. – Было довольно весело.

– Ты можешь рассказать мне, что на самом деле происходило здесь тогда?

Черный огонь полыхнул ярко, зло, прорываясь сквозь свою ажурную клетку. Но затем опало и раздалось бессильное шипение:

– Не моя тайна. Не