Нефритовый остров - Элизабет Лоуэлл

Арчер без стука вошел в комнату Кайла, потормошил брата и помахал перед его носом свежим номером газеты. Кайл не просыпался. Арчер встряхнул его еще раз. Тот приоткрыл один глаз, взглянул на часы и без единого слова повернулся к Арчеру спиной. Он, как и их сестра Онор, считал, что раннее утро следует встречать с крепко сомкнутыми ресницами.

– Ну нет! Сегодня ты от меня не отвертишься. – Арчер одним быстрым движением сорвал с брата одеяло. – Ты со мной поговоришь! Я уже три часа пытаюсь дозвониться, и все без толку.

– Сейчас шесть утра.

– В Вашингтоне встают рано. Особенно сейчас, когда в Китае во все горло вопят о похищенных культурных ценностях.

– Я лег спать в два часа ночи, в три ты меня разбудил…

– И чего я добился?

– Я тебя прогнал и снова заснул.

– Ну так что же ты хнычешь? Проспал целых четыре часа!

– Мало.

– Придется потерпеть. Пока ты там развлекался с Танами, известие о нефритовом похоронном костюме Фармера достигло Китайской Народной Республики. Народ возмущен.

Кайл, спавший обнаженным, почувствовал, что замерзает. До одеяла было не дотянуться. И Арчер, судя по всему, не собирался отступать. Выругавшись сквозь зубы, Кайл соскочил с кровати и пробежал в ванную, хлопнув дверью.

Арчер улыбнулся и пошел готовить младшему брату в награду чашку крепчайшего кофе.

В холодный душ Кайл никогда не верил. Уж если вставать до рассвета, то самое лучшее – побольше горячей воды. Он уже вовсю блаженствовал среди пара, когда в ванную комнату ворвался Арчер и бесцеремонно отключил горячую воду, оставив только холодную.

Через несколько секунд Кайл выскочил из-под душа, изрытая проклятия.

– Вытирайся. – Арчер набросил брату на голову большое полотенце. – Кофе готов. На кухне.

– А поесть?

– Ты меня, случайно, не путаешь с прислугой?

– Лучше не спрашивай, с кем я тебя путаю!

– Ладно, читай газету, пока я тебе сожгу несколько яиц!

– Если сожжешь, сам и будешь есть.

– Читай! – повторил Арчер с раздражением ясноглазой ранней пташки по отношению ко всему остальному сонному человечеству.

Кайл натянул на себя какую-то старую рубашку и брюки. Прошел на кухню. И стены, и мебель здесь были яркого, жизнерадостного лимонно-желтого цвета. За окном ветер, низкие облака и солнце боролись за власть над Сиэтлом. Арчер, стоя у плиты, разбивал яйца в чашку. Босиком, в старых джинсах и синей рабочей рубашке, старший из братьев Донован выглядел моложе своих лет – он недавно отметил тридцатипятилетие.

– Кофе, – зевая, проговорил Кайл.

– Открой глаза, малыш. Он перед тобой, на столе.

– Сам ты малыш. Я ведь носил вчера твой смокинг, разве нет?

– И мои выходные туфли!

– Они мне жали.

– Выходные туфли должны жать. А как насчет прочих аксессуаров? Ты чем-нибудь пользовался или просто поносил?

– Просто поносил.

– Ладно. Думаю, нам сейчас покойники совсем ни к чему. Кайл тоже так считал. Однако в этот ранний час он не мог подавить раздражения.

– Тогда пусть не принуждает нас вступать в тесные контакты!

– Давай пей свой кофе, пока я его не выпил.

Кайл прошел к длинному столу, занимавшему середину кухни. Перед одним из высоких металлических стульев – такие можно увидеть в кафе – дымилась большая чашка кофе. Наверняка там крепчайшая горькая жидкость, которую так любит Арчер, но в такую рань сойдет и это.

Однако, взглянув в чашку, он сразу понял, что предстоит серьезный разговор: брат приготовил ему кофе со сливками. Увидев же, как Арчер натирает сыр и режет грибы для омлета. Кайл по-настоящему встревожился.