Каменка - Олия Акими

– Что такое? – Громким шепотом спросил Алекс, устремляя пристальный взгляд на Артема.

– Гибридка здесь! – Проговорил тот.

– Что?!

– Я тебе говорю, она во дворе, на той стороне дома, кружит по двору…

– Черт, – громче обычно выкрикнул Алекс и посмотрел на меня. – Собирайся. – Сердито произнес он. Артем тоже недовольно взглянул на меня и перепрыгнул через балкон.

Мысленно попрощавшись со своим былым пристанищем, я перелезла через балкон, где Алекс уже подхватил меня и, ни говоря ни слова, запихнул в машину.

Мы устремились навстречу ночи – машина бесшумно двигалась сквозь заросшую поляну вдоль дома, где я жила. Жесткие, черные ветки врезались в лобовое стекло, проносились вдоль пассажирских окон и оседали на бампере. Я сидела на заднем сидении и сквозь тонированные стекла пыталась разглядеть небо – звезд не было видно, что крайне редко для летнего города, его затянули темные необъятные облака.

В некоторых местах на улицах стояли высокие одинокие фонари – и лишь они прокладывали едва заметным проблеском света дорогу – Артем не стал включать фары – мы должны были выбраться незаметно. Я последний раз взглянула на окна своей комнаты – они были черными и пустыми, будто за ними находилась всплывающая пропасть.

Мы проехали продуктовый, куда я ходила за покупками, и красная машинавырулила за угол дома прямо на пустырь. Артем рывком взглянул на заброшенные постройки и перевел взгляд на Алекса. По их лицам было понятно, что они буквально общаются без слов – Алекс кивнул и терминатор хмыкнул. Я пыталась понять смысл их безмолвного разговора и решила, что речь шла о мяснике в том самом доме, где я побывала шесть лет назад. Он все еще находится там и Артем наверняка его почувствовал. От него ничего не скроешь.

Сидя в одном платье, с оголенными ногами и руками, я почувствовала как незаметно подкрадывается холод – сначала остыла спина, затем конечности – руки стали сине-белыми, с проступавшими сосудами и капиллярами. Дрожь пришла сама собой.

Мне было страшно. Я отдавала себе отчет – насколько. Моя душа напоминало решето, изрезанное ножами любви и ненависти. Но больше пугала безвыходность ситуации – я ничего не могла сделать. Хотела того или нет, я была существом, отравляющим мир и от меня надо избавляться. Даже Алекс, любя, брезгует моей жизнью. За то время как мы сели в машину и выехали на дорогу, они ни разу не обернулся и не проронил ни слова. В салоне царила удушающая атмосфера – трое в один момент, в одну секунду переплетались мыслями и думали об одном и том же, не желая нарушить гробовое молчание. Я спинным мозгом чувствовала, что Алекс грыз себя изнутри, стараясь быть решительным и непреклонным – он был Герасимом из повести, которому по чьей-то воле необходимо во что бы то ни стало утопить свою любимую собачку. И лучше, чтобы в эти секунды он не целовал меня и не обнимал, лучше утопить сразу, без сомнений и лишних движений – одним решающим мою судьбу движением.

Я почувствовала вибрации на груди – перед тем, как выскользнуть из окна – я повесила на шею шнурок с телефоном. Кто-то звонил. Я мысленно молилась, чтобы этим человеком не была моя мама – она запросто могла проснуться ночью и не застать меня в постели.

Алекс и Артем обернулись и посмотрели на меня испепеляющими глазами. Отстегнув телефон со шнурка, я заглянула на экран – это была Женька. Что я подумала в тот момент, когда увидела ее номер? Ничего.. все мысли разом вылетели из головы, обнажая черную дыру моего космоса.

– Але? – Едва слышно произнесла я, нарушая тишину.

– Лара, ты не спишь? – Как ни в чем не бывало произнесла Женя все тем же голосом с хрипцой.

– Пока нет, – прошептала я, пытаясь уловить хоть один намек на то, что Женька каким-то образом относится к числу «гибридов». Но подтверждения слов Алекса и Артема я так и не нашла – подруга вела себя также как и обычно.

– Не думала, что ты так поступишь со мной, – с нескрытым недовольством проговорила она, – я ведь только ради тебя и поехала на гонки, а ты… а твой парень…вы оба два сапога пара. Ушли и не попрощались.

– Прости, – ответила я, потихоньку приходя в себя, – нам надо было срочно уехать.

– Зная тебя, ты бы так не поступила, – рассержено прохрипела она и громко выдохнула. . – Я ж права была – он вертит тобой как хочет, а ты, детка, не врубаешься в это совсем. Запудрил тебе мозги…

– Женя, ты ничего не знаешь…

После нескольких фраз, я точно была уверена, что она действительно ничего не знает. Алексу и Артему был нужен лишь предлог, чтобы беспрепятственно выманить меня ночью. Отличная работа – ни лишних движений, ни свидетелей…

– Ты просто не забывай и про своих друзей. Я не видела тебя сто лет, подруга, уделила бы ты и мне немного внимания. Я, в общем-то за этим и звоню. Не знаю, помнишь ли ты, но у меня завтра день рождения.

– Конечно я помню.

– Я планирую всех наших девчонок собрать в два часа дня… Ты придешь?

– Я не знаю…

Да елки-палки, Лара, что с тобой? Он тебя и на день рождение ко мне не отпустит? Ну это уже слишком. Дай я с ним поговорю! – Решительно потребовала она.

– Что? – Будто снежный ком сейчас врезался в меня и я словно очнулась, вышла из глубокой задумчивости.

– Что? – Немного удивленно спросила она.

– Что ты сейчас сказала? Дать ему трубку? – Мой голос вырвался с новой силой – твердый и уверенный, сметая на своем пути все ранее существовавшие предположения. – Женя, откуда ты знаешь, что он рядом?

Последовала долгая пауза.

– Мм, – низко промычала она, – просто дай ему трубку и все. – Радость из ее голоса ушла и приобрела необычайно небрежную тональность.

Я медлила – просто для того, чтобы дать ей возможность оправдаться – сказать что-то, что заставило бы меня поверить, что она не замешана во всем этом.

– Лара, – грустно произнесла Женька, – это ты ничего не знаешь. И самое главное, ты не знаешь и даже не представляешь, в какой опасности ты. Дай ему трубку, я предложу ему себя вместо тебя. Так надо.

Я сглотнула, пытаясь продавить ниже по горлу скопившийся плотный ком. Опять все по кругу – кому теперь верить?

Я передала трубку Алексу и отвернулась в окно. Теперь мне наплевать – я не хочу больше играть