Кровавая схватка - Линдси Дж. Прайор

— От тебя странно пахнет.

София уставилась на источник голоса.

Большие серые глаза ликана уставились на неё в ответ.

— Правда? — заметила София, поворачиваясь лицом к ребёнку.

Девочка, которая неистово хихикала, когда Джаск поднимал её над головой, кивнула, не обращая внимания на потенциальную оскорбительность этого заявления.

— Может быть, это потому, что я человек, — добавила София.

— Как тебя зовут?

— А тебя?

— Ты первая.

— Фия.

Глаза маленькой девочки расширились.

— Ф-И-Я, — объяснила София. — Ты ведь умеешь писать по буквам, верно?

Маленькая девочка кивнула.

— Я пишу по буквам каждый день.

— Так как тебя зовут?

— Тули.

— Красивое имя, — она посмотрела поверх головы. — Где твоя мама?

— Смотрит игру.

София воспользовалась случаем, чтобы убедиться.

— А твой отец?

— Играет.

— Это Джаск?

Маленькая девочка прижала ладони ко рту, чтобы скрыть хихиканье. Она покачала головой.

— Джаск — не твой отец?

— Не-а, — сказала она, снова качая головой.

— Корбин?

Маленькая девочка улыбнулась, показав Фии намёк на выступающие клыки, указывающие на их вид, и кивнула.

И София улыбнулась в ответ по нескольким причинам.

— Тули, иди сюда!

Тули оглянулась через плечо, когда светловолосая женщина сократила расстояние между ними, протянув руку, чтобы Тули взяла её — женщину, которую София сразу узнала по обеденному залу и по квадранту с Джаском и Корбином.

— Я разговариваю с Фией, — заявила Тули. — Она человек.

— Я знаю, кто она, — заявила женщина, её рука напряглась, которую она держала её вытянутой в призывном жесте.

— Я не собираюсь ничего с ней делать, — заявила София, не в силах не почувствовать себя оскорблённой беспокойством в глазах женщины.

— Тули!

Снова позвала женщина, её взгляд тревожно перебегал с Софии на дочь.

Вздохнув, Тули отстранилась.

Женщина мгновенно подхватила её и усадила к себе на бедро.

— Я сказала ей, что от неё странно пахнет, — прошептала девочка на ухо матери.

— Она пахнет по-другому, вот и всё, — сказала женщина.

Она снова посмотрела на Софию, в её глазах ясно читалось извинение за откровенность дочери.

— Прости.

София пожала плечами.

— Мне говорили и похуже. Поверь мне.

Ликан быстро взглянула на неё.

— Значит, ты нашла одежду, — сказала она, немного успокоившись оттого, что держала на руках своего ребёнка. — Джаск попросил меня принести тебе кое-что из вещей.

София ухватилась за подол и расправила его в знак признательности.

— Спасибо.

— Я Солстис, — сказала она. — А ты, очевидно, Фия.

— Ф-И-Я, — по буквам произнесла Тули.

— Иди и поиграй на лужайке, — проинструктировала Солстис девочку, а затем опустила её обратно на пол.

Тули одарила Софию ещё одной улыбкой, прежде чем помахала рукой и ускакала прочь.

— Она милый ребёнок, — заявила София. — Прямолинейный, но милый.

— И всё же я бы предпочла, чтобы ты с ней не разговаривала.

Очевидно, не так уж и приятно.

София опёрлась бедром о ближайшую столешницу.

— Тогда, полагаю, ты знаешь, кто я такая.

Солстис настороженно выдержала её взгляд, прежде чем кивнула.

— Я думала, это вампиры должны бояться серрин, — заметила Фия, — а не ликаны.

— Я знаю достаточно о таких, как ты, чтобы знать, что вы рядом с кем угодно представляете опасность. У Джаска есть причины позволять тебе бродить вокруг, но я просто прошу тебя держаться подальше от наших маленьких.

София выдохнула, удивлённая тем, насколько оскорблённой она всё ещё себя чувствовала, и не в последнюю очередь тем, что Солстис до сих пор смотрела на неё, как на какое-то чудовище. Но даже она знала, что на свете нет большего монстра, чем полноценная серрин.

— Она подошла ко мне.

— Мы здесь не привыкли к незнакомцам. Она будет заинтригована. Не говоря уже о незнакомом человеке. Но это безопасная среда, и мы хотели бы, чтобы так оно и оставалось.

— Тогда поговори со своим лидером стаи; это он держит меня в плену.

— Не без веской причины.

— Причина, которую ты знаешь?

Солстис настороженно нахмурилась.

— Я знаю, когда не следует задавать вопросов.

София скрестила руки на груди.

— Ого, вы, девочки-ликаны, действительно под каблуком, не так ли?

Настала очередь Солстис выглядеть оскорблённой.

— Не под каблуком. Это называется доверием.

— Ты можешь называть это как тебе нравится. Я назову это диктатурой. Последнее слово по-прежнему за Джаском, верно?

— Он отличный лидер. Сильный лидер.

— Но не тот, кто может защищать тебя всё время. То, что произошло с ОКТВ, только доказывает это.

Солстис храбро шагнула к ней.

— То, что случилось с нашей стаей, было подстроено. Джаск поступил правильно, защитив нас, но не принимай это за слабость. Я видела, как ты смотрела на него за завтраком. Тебе нужно относиться к нему с большим уважением.

— Он точно этого не заслужил.

— Прими дружеский совет: действуй осторожно, Фия. Его глаза могут быть красивыми, но то, что за ними, нет.

Она отвернулась и пошла прочь, пробираясь обратно сквозь заросли.

София знала, что ей следовало оставить всё как есть, что ей не следовало продолжать. Но она ничего не могла с собой поделать.

— Ты ведь с Корбином, верно?

Солстис оглянулась через плечо, но продолжила идти.

— Так с кем Джаск?

Солстис не оглянулась, направляясь обратно через раздвижные двери в соседнюю комнату.

— У твоего альфы есть пара, верно? Я видела её одежду в его комнате, — София последовала за ней к входной двери. — Только не говори мне, что она ушла от него. Может, сбежала с вампиром? — добавила она, надеясь, что её лёгкая реплика заставит ликана отреагировать.

— Она мертва, — сказала Солстис, поворачиваясь к ней лицом. — Эллен мертва.

ГЛАВА 10

София стояла перед пристройкой, не уверенная, был ли холодок, пробежавший по её коже, вызван сравнительно быстрым падением температуры по сравнению с влажностью в помещении, или холодом другого рода.

Дело было не только в том, что Солстис сказала перед уходом — дело было в печали, которая просочилась в её глаза, когда она это произнесла.

Кем бы ни была Эллен, она тоже имела для неё значение.

И независимо от того, что она подразумевала под этим замечанием, София почувствовала болезненный укол стыда.

Она хотела спросить, когда и как. Может быть, даже просто извиниться вместо того, чтобы стоять там в изумленном молчании. Не то, чтобы всё это имело значение. Не то, чтобы ей вообще было до этого дело.

Но в ущерб себе, ей было до этого дело.

Она прижала пальцы ног к холодному, шершавому камню, а потом спустилась обратно к воротам. Не уверенная, куда идти, что делать в свете этого откровения, она посмотрела налево, на пристройку, которую пыталась осмотреть ранее. Она решила предпринять ещё одну попытку… по крайней мере, ей нужно