Бывшие не влюбляются - Теона Рэй

— А что с той молитвой из книги? — вспомнила я. — Когда мы попробуем упокоить призраков?

— Читать ее нужно над могилой усопшего. А до кладбища мы пока не доберемся.

— И как долго нам тут находиться?

— Пока не наступит день. С приходом светлого времени суток призраки становятся куда медлительнее, чем обычно.

— Старушки, которых я встретила на аллее Смелых, таковыми не выглядели. Очень даже бодрые бабули, даром что мертвые.

В дверь что-то ударилось, и я подпрыгнула от неожиданности.

— Чтоб их!.. — вытерла со лба испарину. — Мы, конечно, можем и дальше тут сидеть, но упустим Гилборнов! Ты ведь сам хотел найти их до того, как они…

— Они идут, — резко оборвал меня Ретт. Соскочил с подоконника и помог мне подняться. — Спрячься, а я отворю засов. Гилборны не дураки, они знают, где сейчас самое безопасное место.

— Один из них оборотень!

— Только не днем, да и полнолуние прошло. Давай, прячься!

Я бросилась к жертвеннику и спряталась между ним и престолом. Затаилась, задержала дыхание. Ретт откинул засов и быстро скрылся за шторой, прикрывающей окно с видом на парапет.

Мы слышали бегущие шаги и сопровождающие их хрипящие крики. Призраки будто разом разучились говорить, могли только стонать и выть, выть и хрипеть…

Лэнд, хромая, ввалился в зал. Джо – тощий бледнолицый мужчина лет шестидесяти, запер дверь на засов.

Оба упали на пол, тяжело дыша.

— Какого черта они взбеленились?! — орал Лэнд.

— Демон их знает, — процедил Джо. — Ни разу за шесть лет не происходило ничего подобного. Бывало, временами приходилось от них удирать, но как только напьются энергии диких животных, приходят в себя. Но что сейчас творится…

— Их кто-то разозлил, — догадался Лэнд.

— Девка та, которую ты видел. Аделаида, кажется?

— Она самая.

— И че приперлась только? Сама в лапы пришла. А ты мог бы и не отпускать ее, идиота кусок! Давно уже были бы в Лэстене!

— Как? До поезда еще неделя!

Джо нечего было ему ответить. Он подтянулся на руках и привалился к стене. В дверь снаружи методично долбились головами призраки, царапали ногтями стекла, и помещение заливал зубодробительный скрипуче-звенящий звук.

Я нашла Ретта взглядом. Он стоял за лиловой пыльной шторой, вытянувшись струной, и почти не дышал. Подмигнул мне, улыбнулся – мол, все под контролем.

А я сходила с ума от ожидания того, что он собрался делать. Не выйдет же безоружный прямо к преступникам? Те хоть и тоже не имели с собой оружия, насколько я могла заметить, но…

Ретт мимолетным движением вытащил из-за спины пистолет. И откуда он у него?!

В два шага преодолел расстояние от стены до Гилборнов, и те оказались под прицелом.

Шок, появившийся на их лицах, невозможно передать словами. Лэнд сжался весь, побледнел, а его брат уставился на Ретта разъяренным взглядом.

— Ублюдское ты отродье, — прошипел Джо едва слышно. Он попытался встать, но Ретт в ту же секунду толкнул его ногой в грудь и быстро отскочил.

— Я тоже рад встрече, — Ретт довольно улыбнулся. — Шесть долгих лет я не видел твоей рожи… Не думал, что буду настолько счастлив наконец ее лицезреть. Лэнд, — Ретт кивнул брату главаря, — давно ты здесь?

— Три месяца, — проблеял тот.

— Заткнись, придурок! — рявкнул Джо на брата.

— Оба заткнитесь, — Ретт поморщился. — Ада, милая, подойди ко мне.

Контрабандисты уставились на меня, появившуюся из-за престола. Я старалась не выглядеть испуганно перед ними, но колени все же подкашивались. Если Ретт не сумеет сдержать этих двоих, если что-то пойдет не так, нас просто убьют.

— Ада, — Ретт протянул мне пистолет, не снимая мужиков с прицела. — Я свяжу их, а если что-то пойдет не так, если хоть один дернется – стреляй.

— Слушаюсь, — изо рта вырвался не голос – мышиный писк. Я прочистила горло и кивнула: — Стрелять, я поняла.

Тяжелый пистолет оттягивал руки. Я видела оружие впервые, да еще и так близко, и уж тем более никогда не держала его в руках. Пистолеты, винтовки и всё прочее было доступно исключительно военным… И, видимо, детективам.

Гилборны могли заметить, как дрожат мои руки. Я не сводила взгляда с контрабандистов и даже была готова нажать на курок, если те хоть чуточку пошевелятся.

Или я убью их, или они меня и Ретта. Что я выберу – очевидно.

Ретт сорвал с карниза штору, за которой прятался ранее. С треском ткань рассыпалась в его руках, превращаясь в толстые полосы. Через несколько минут Джо был связан по ногам и рукам, и, ругаясь, на чем свет стоит, валялся у двери. Ретт принялся за Лэнда – примотал его руки к спине, связал ноги. Потом, для надежности, оттащил братьев друг от друга – один остался лежать у двери, другому нашлось место у престола.

— Бросишь нас здесь? — хохотнул Джо. — Давай, выйди из церкви! Попробуй, чё ты? Эй, трус!

Ретт забрал у меня пистолет и улыбнулся ободряюще:

— Ты в порядке? — шепнул он.

Я неуверенно кивнула.

— Здесь я вас не брошу, — сообщил Ретт пленникам. — Отправитесь со мной в Лэстен, где вас осудят по всей строгости закона. Будьте уверены, что остаток жизни проведете в тюрьме. И нет, призракам я вас не отдам – не желаю вам легкой смерти.

Ретт выглянул в окно, обернулся ко мне:

— Не могла бы ты спуститься в подвал и проверить, нет ли там веревок более крепких, чем лоскуты штор?

Я вопросительно вскинула брови. Ретт объяснил:

— Мы должны связать их достаточно крепко, чтобы уйти ненадолго.

— Прямо… туда? — я с опаской покосилась на дверь. — Мы идем на кладбище?

Ретт кивнул.

Силы духа мне бы не помешало. На негнущихся ногах я нашла вход в туннель, уводящий вниз, и вскоре шарилась по пыльным стеллажам. Срывала паутину, чтобы та не лезла в лицо, и все время спотыкалась о различный хлам. Стеклянную банку не заметила, случайно пнула ее, и та, откатившись в сторону, разбилась о железный сундук.

— Все в порядке! — крикнула я, чтобы Ретт услышал.

В кромешной темноте невозможно было отыскать моток веревки, но мне почти удалось. Ладонями я нащупала гвозди, молоток, и едва