Расплата за измену. Изысканный развод графини - Дия Семина

— Чёрт возьми, так это правда? — простонал сын.

Он тут же выбежал из дома, сел в автомобиль, прекрасно зная, кто откроет ему все чёрные тайны жестокой мамаши…

Глава 25. Недостойное предложение Дороти

— Леди Эресби, приносим свои извинения. Ваш адвокат предоставил все материалы, и смог доказать следствию вашу невиновность и незаинтересованность в этом инциденте.

Молодой инспектор Скотланд Ярда заполняет бумаги, чтобы отпустить уставшую даму после допросов. Он выглядит уверенно, и когда поднимает взгляд от бумаг, долго смотрит в глаза Дороти, заставляя её нервничать. Но она не привыкла уступать, и в очередной раунд «гляделок» решила ответить:

— У меня лучший адвокат, это первое, второе, я ни в чём не виновата. Кроме одного, я слишком добрая натура. Проявляю сострадание и сочувствие, оказываю помощь, а люди этим пользуются, потом меня и наказывают обвинениями. Взять хоть бы моего мужа. Старый мужчина, родная дочь перестала с ним общаться, не приезжала, не нанимала ему сиделку, Джейн ждала смерти отца! А я просто хотела выкупить у него картину из жалости помочь наличными деньгами, увидела в каком положении оставлен лорд Эресби, моё сердце сжалось от боли, и я решила о нём позаботиться. Ведь даже слугами нужно жёстко руководить, чтобы они проявили усердие! И в результате я плохая, меркантильная, а она, эта мерзавка Джейн бездушная, холодная особа. Она предстала как несчастная жертва, которую я обокрала в наследстве. И ведь ничему меня жизнь не научила, эти Бэкеты точно так же со мной поступили. Сами хотели расправиться с Инес, а свалили все на меня. Пусть бог воздаст им за грехи!

— Госпожа, приберегите эти речи для суда. У вас их будет два, а может, и больше. Я вам верю, но поверят ли присяжные. Ведь в газетах о вас столько грязи…

— Это всё с лёгкой руки леди Джейн, она проплатила гнусные статьи этих писак. Сейчас стоит мне выйти на порог участка, и они тут же начнут фотографировать и задавать омерзительные вопросы.

Дороти неожиданно даже для себя начала горько рыдать. Молодой человек закончил писать, просушил чернила и подал бумаги на подпись Дороти.

— Я могу вас проводить через чёрный ход, на своей машине отвезу в особняк Эресби.

Женщина всхлипнула, замерла, но с дрожащих ресниц всё ещё капают огромные слезинки.

— Правда? Вы так любезны. Этим людям хочется крови, я идеальная жертва на потеху публики. Понимаю и Инес, она бедняжка, страдает от свекрови и мужа. Они оба невероятно жестокие.

Стоило её произнести фразу: «Идеальная жертва», как у мистера Томаса в глазах вспыхнул огонь интереса, но Дороти этого не заметила, продолжая играть эту незавидную роль, перестаралась.

Инспектор проверил роспись, слегка кашлянул, и продолжил деловой разговор:

— А в наших кругах появились слухи, что сама королева благоволит леди Гвинет Бэкет, так что сейчас у вас лишь передышка. И вот неприятная новость: подпишите эту бумагу, тут написано, что вы осведомлены о разбирательствах по делу, и обязуетесь оставаться дома в пределах Лондона, по постоянному адресу.

— Это арест?

— Домашний, именно поэтому я сам отвезу вас домой, проверю всё и приеду на следующий день, потрудитесь оставаться дома. Не заставляйте меня пожалеть о том, что я вас выпускаю по требованию суда. Если нарушите правила, вернём вас в камеру. Кстати, круг вашего общения сужен до меня, ваших служащих и адвокатов. Больше вы ни с кем не имеете право общаться, даже в переписке. Особенно с господином Эндрю Бэкетом. Вы меня поняли, леди Эресби, мне очень не хочется причинять вам страдания.

Молодой инспектор так сладенько улыбнулся, словно мечтает причинить ей что-то такое, о чём в приличном обществе стыдно упоминать. Дороти в ответ вздрогнула, этот парень молод, дерзок и издевается, он намеренно её злит и провоцирует?

Она, наконец, заметила его «акценты», но, как всегда, не поняла, к чему он клонит и решилась пройтись по проверенному сценарию, ведь мужчинам нужно только одно, и она это может предложить:

— Тогда, может быть, вам и спать в моей постели, инспектор Томас, — Дороти тоже умеет делать намёки, с такой интонацией произнесла фамилию, кричащую о простом происхождении полицейского, да ещё и с намёком на отношения, у которых никогда не будет продолжения, ведь она выбилась в знатные круги, а он их только охраняет.

— Инспектор Джонатан Томас! Если придётся ради службы и во имя Её Величества, то я готов и на такие жертвы.

Он не заставил себя ждать, тут же и вернул шпильку, больно уколов самолюбие Дороти.

Бумаги подписаны, узница вздохнула, протёрла платочком влажные глаза и позволила себя вывезти из участка. Всё прошло тихо и мирно. Репортёры действительно толпились у входа, но автомобиль увёз леди Эресби неузнанной.

— Вы же понимаете, Дороти, что если с девочкой, а точнее сказать, с юной графиней что-то случится, то вас могут и укоротить на голову. Гильотина или повешение, а может, расстрел? Это негласное правило для таких, как мы с вами. Вы незнатная пустышка, которой повезло.