Американская звезда - Джеки Коллинз

Ник попытался собраться с мыслями. Чувствовал он себя дерьмово. Он осторожно тронул разбитый нос:

– Наверное… наверное, он сломан.

– Тогда тебя нужно доставить в пункт «Скорой помощи», – сказал Джои, беря на себя функции распорядителя.

– Какой пункт «Скорой помощи»? – спросила Синдра. – Это тебе не Чикаго, знаешь. У нас в городе только два врача, и, наверное, они встречают Новый год не дома.

– А ты уверен, что нос сломан? – спросила Лорен, преисполненная чувства вины.

Он опять дотронулся до носа:

– Ага, уверен.

Лицо у него было в крови. Она закапала Лорен платье, оставив большие влажные пятна.

– Я не ожидала, что так получится, – сказала она тихо. – Я очень, очень сожалею об этом.

Он постарался обратить все в шутку:

– Стоит и нос сломать ради того, чтобы этот подонок больше не вмешивался в твою жизнь.

Она обдумала его слова.

Да. Со Стоком покончено. На этот счет можно не сомневаться.

– Ему нет больше места в моей жизни, – сказала она спокойно, – и не будет никогда.

– Ладно, – ответил Джои, – все это очень мило, но что нам делать?

– Можно его отвезти в больницу в Рипли, – предложила Синдра. – У них там есть отделение «Скорой помощи».

– А как мы его туда отвезем? – сказал Джои, почесывая подбородок. – Снег идет, морозит, и сегодня новогодний вечер. На чем поедем? На моем мотоцикле?

– Не знаю, – ответила Синдра.

– Мы не поедем в трейлерный парк, – твердо сказала Лорен. – Это слишком далеко. Я сейчас позвоню папе и попрошу заехать за нами. Ник может переночевать у нас.

– Ты в уме? – воскликнул Джои. – Твои родители тоже с ума сбрендят, когда ты объявишь, что порвала со Стоком.

– Ты правду говоришь, – сказала она с мрачной решимостью, – но это моя вина, что он ранен, и я за него отвечаю.

Ник простонал:

– Надо было мне садануть ему в пах.

– А ты уверен, что у него там что-нибудь есть? – холодно возразила Синдра.

Он попытался рассмеяться:

– Значит, надо вот такому случиться, чтобы ты со мной заговорила, а?

Она пожала плечами:

– Не очень-то радуйся.

Лорен быстро ушла, чтобы позвонить родителям. Она стояла у телефона-автомата и нетерпеливо ожидала, когда кто-нибудь ответит. А потом вспомнила, что родители ушли в гости, и это хорошо, она сможет потихоньку провести Ника в дом до всех их возражений. Она позвонила на местную стоянку такси, и ей посчастливилось заказать машину.

Когда она вернулась, Ник был уже на ногах.

– Слушай, я могу идти. Давай не будем подымать суматоху, – сказал он в смущении.

– Ты уверен?

– Да, уверен. – Он взглянул на Синдру. – Скажи там, что я сегодня не вернусь. Хотя им на это наплевать.

– Как будто я стану с ними разговаривать, когда буду дома, – ответила она саркастически.

Добравшись до дому, Лорен сразу же повела его наверх, в свою комнату.

– Как ты себя чувствуешь? – спросила она с тревогой.

– Как последний пачкун. Твой поклонник напал неожиданно. Нам надо было бы выйти наружу, и там бы я ему показал, на что способен.

– Мой бывший поклонник, – поправила она деловито, снимая покрывало с кровати. – Ты будешь спать здесь.

Он попытался улыбнуться:

– С тобой?

Она улыбнулась в ответ:

– Будь посерьезнее. Он сел на кровати:

– О'кей, о'кей, просто спрашиваю.

Она намочила полотенце и потихоньку стала стирать кровь у него с лица.

– Ух!

– Не будь ребенком.

Когда она кончила, он спросил:

– А теперь как? Мне ложиться на твои простыни одетым?

– Я обо всем позабочусь. Он опять усмехнулся:

– Даже разденешь меня?

С улыбкой она покачала головой:

– Когда-нибудь… может быть. А теперь ты сам сможешь раздеться. Ты должен поспать, утром поговорим.

– У тебя платье все в крови. Может, переоденешься, пока родители тебя так не увидели?

Он был прав. Ее новое черное платье было сильно испачкано кровью.

– Да оно мне все равно не нравилось, – сказала она, – пусть оно мне будет прощальным подарком от Браунингов.

– Эй, Лорен, – сказал он, беря ее за руку, – дело того стоило.

– Это ты завтра решишь, когда посмотришься в зеркало.

К тому времени, когда родители приехали домой, она успела постелить себе на кушетке внизу, переодеться в ночной халат и была готова встретить их.

Когда они входили, она услышала, как папа сердито сказал:

– Не угрожай мне, Джейн. Никогда мне не угрожай.

– Я тебе не угрожаю, – ответила Джейн, сдерживаясь, – но вот что я тебе скажу, – тут она увидела дочь и оборвала себя. – Лорен, что ты делаешь дома так рано?

Это было нечто новенькое. Она рано дома? Но уже час ночи!

– На танцах кое-кто пострадал.

– Это не ты? – быстро спросил Фил.

– Нет, со мной все хорошо, – ответила она.

– А кто же тогда? – спросила Джейн.

– Это… это… Ник Анджело. Помните? Он играл со мной в спектакле.

– А что с ним приключилось? – спросила Джейн совершенно без интереса.

– Он подрался. Нет, не он начал, но ему сломали нос и ему нельзя было добраться сегодня ночью домой, в такой снегопад, и поэтому я привела его к нам. – Она почувствовала, что говорит очень быстро, но не могла остановиться. – И сейчас он спит в моей кровати. Мама, все в высшей степени прилично. Я буду здесь, на кушетке.

Отец, по-видимому, очень рассердился:

– Этот парень у тебя, в твоей постели?

– Да, папочка, – сказала она кротко. – Но я же не в ней. Я внизу с вами. Правда?

Фил и Джейн только в ужасе переглянулись.

– Я очень бы желала, чтобы ты ничего подобного без спросу не делала, – кипятилась Джейн. – Я не люблю, когда у нас кто-нибудь ночует. И кто он, между прочим?

– Я уже сказала, мама. Ник Анджело. Он играл Брика в пьесе.

– А, этот. Он так странно выглядит, – ответила Джейн. – Мне говорили, что он живет в трейлере. Это правда?

– А что это меняет? – с вызовом спросила Лорен. Джейн нахмурилась. Дочь иногда бывала очень упряма, вот как теперь.

– Ладно, если тебе хочется спать на кушетке, ничего, видно, не поделаешь. До завтра.