Мой герой - Джулиана Маклейн

При этой мысли у Дамьена появилось какое-то напряжение в шее и плечах. Сможет ли он это сделать? Объяснить Гарольду, как ему заниматься любовью с Аделью?

– Я была удивлена, – прервала она его мысли, – что Гарольд предложил вам показать мне конюшни после того, как мы довольно много времени провели вместе.

– Гарольд вполне доверяет мне.

– Но как он может доверять мне? Он ведь не знает меня так хорошо, как он знает вас. Ему даже не пришло в голову, что я могу соблазниться вашей широко известной привлекательностью. Неужели он считает, что я так предсказуемо непорочна?

Он улыбнулся и предпочел оставить ее вопрос без ответа.

– Это очень странно, – продолжала она, – но хотя мы помолвлены и собираемся пожениться, иногда я не знаю, как Гарольд на самом деле относится ко мне. Как вы думаете, он ревновал бы, если бы видел сейчас нас, скачущих к чайному домику?

Чувствуя, что ей необходима уверенность в том, что касалось ее жениха, Дамьен понял, что хотел бы видеть больше тонкости со стороны Гарольда. Адель заслуживала того, чтобы ее обожали. А если бы она чувствовала, что он ее обожает, она не задавала бы подобных вопросов.

В то же самое время его совсем не радовала мысль о том, что Гарольд может обожать Адель.

– Уверен, что ревновал бы, – ответил Дамьен.

Хотя, если быть до конца честным, он был в этом совсем не уверен. Гарольду, наверное, и в голову не приходят такие мысли. Вероятнее всего, он сидит в своей лаборатории, согнувшись над пробирками, и интересуется только тем, что происходит внутри этих пробирок. И это раздражало Дамьена постоянно.

Он убеждал самого себя, что это не означает, что Гарольд не любит Адель. Гарольд просто был таким, как всегда.

– Постепенно он станет спокойней и уверенней, – проговорил Дамьен, – я знаю его очень хорошо, знаю, что у него в душе, и поверьте мне, когда я говорю, что он очень хороший человек. Дайте ему время. У вас впереди целая жизнь для того, чтобы узнать его так хорошо, как знаю я.

Теперь она поерзала немного в седле.

– Я знаю, что он хороший человек. Вы правы, мне не следует торопить события. Не следует ожидать, что у меня могут сложиться интимные отношения с человеком, которого я так мало знаю.

Хотя она и Дамьен встретились совсем недавно, между ними установились невероятно близкие отношения. И сейчас оба они старались спрятать эти отношения как можно глубже.

Объехав озеро, они оказались у тропинки, которая вела к дому.

– А он не заперт? – спросила Адель.

– Я знаю, где лежит ключ. Мы с Гарольдом часто бывали здесь, когда были моложе, и он еще не увлекся своей химией. Мы много часов провели здесь, ловя рыбу. – Он указал на бревно, на котором они сидели. – Отец Гарольда очень любил дальние прогулки, он часто приглашал друзей на охоту.

– А ваши отец и мать? Вы хорошо помните их?

Дамьен остановил лошадь, слез с нее и подошел, чтобы помочь Адели.

– Мой отец был очень похож на Гарольда. Такие же рыжие волосы и еще многое другое. Юстасия – сестра моего отца.

– А ваша мать?

– Моя мать... у нее были разнообразные интересы, но я в них не входил. Не помню, чтобы я любил ее, и, честно говоря, я помню о ней очень мало. Я стараюсь не вспоминать о ней, так как воспоминания вызывают у меня обиду и негодование.

– У вас совсем не сохранилось приятных воспоминаний о ней?

Одетые в перчатки руки Адели покоились у него на плечах, а он обеими руками взял ее за тонкую талию, и она спустилась на землю.

Какое-то мгновение они стояли неподвижно, глядя друг на друга, а он обдумывал последний вопрос Адели.

– Думаю, что сохранились. Я помню, как она держала меня на руках и пела мне песенку, когда я был совсем маленьким.

Но он не любил думать об этом. Ему больно было вспоминать о ее нежности, в горле у него появлялся какой-то твердый ком.

– А с отцом вы были близки? – продолжала спрашивать Адель. – Понимаете, я выросла в очень дружной семье, и мне трудно представить себе жизнь ребенка, у которого совсем нет близких.

Он наконец убрал руки с ее талии и пошел привязывать лошадей.

– Думаю, что был. Мы были совсем разными, но как-то находили возможность для контактов. Я знал, что он все, что угодно, сделает для меня. И тоже был предан ему.

– Так, как вы преданы Гарольду?

– Да, – ответил он, хотя вопрос этот заставил его почувствовать себя неловко.

– А когда вы с Гарольдом стали такими близкими друзьями?

В памяти у него возникла картина давно прошедшего времени, события, произошедшего в день, когда прошло еще не так много времени после гибели его родителей, наверное, не больше месяца. Он случайно напоролся на группу дравшихся мальчишек, и оказалось, что парни избивали Гарольда. Дамьен отлупил его обидчиков. В этот день он почувствовал себя очень нужным, полезным кому-то, после недель стыда и угрызений совести, когда он обвинял себя в смерти родителей.

С кровоточащим носом и полными слез глазами, Гарольд посмотрел на Дамьена, сидевшего на земле, привалившись спиной к стене, и сказал:

– Ты мой самый лучший друг, Дамьен. Ты всегда будешь моим самым близким другом.

Стоя возле чайного домика, Дамьен рассказал Адели об этом дне, и по выражению ее глаз он видел, что она все понимает. Он рассказал еще кое-что о своем детстве.

Вспомнил, как Гарольд всегда чувствовал, когда Дамьен тосковал без родителей, и старался отвлечь его шутками и играми. Он смотрел вниз, на землю, вспоминая много разных мелочей...

Заржала лошадь, и они оба подошли, чтобы успокоить ее. Затем Дамьен достал ключ от домика, который находился в банке, спрятанной в дупле дерева, и вернулся к ней. Открыв дверь, он сделал рукой жест, приглашая Адель зайти в залитый солнцем домик.

Она медленно вошла в большую круглую комнату, каблуки ее стучали по деревянному полу. С любопытством осматривая обстановку, она взглянула через окно на озеро, затем подошла к большому, тоже круглому столу, вокруг которого стояло двенадцать очень красивых стульев.

Дамьен снял шляпу и закрыл дверь.

– Этот дом построен в 1799 году, потому что принц Эдвард, лорд Кентский когда-то, когда он был еще юношей, сказал, что в круглом здании дьявол не сможет загнать вас в угол.

– И вы верите в это? – Она повернулась к нему спиной, внимательно разглядывая висевшие на стене небольшие картинки, на которых изображены были различные пейзажи.

Оценивающим глазом оглядев ее красивую женственную фигурку, он ответил:

– Нет, не верю. Думаю, он может загнать вас в угол где угодно.

Она кивнула, соглашаясь с ним, посмотрела вокруг, потом улыбнулась ему.