Полцарства за любовь - Аурелия Хогарт

Лорен знала что. Для нее желание интимной близости неизменно было связано с любовью. Но никогда ведь не знаешь заранее, окажется ли любовь взаимной. Или — что еще хуже — не захотят ли просто использовать твои чувства, как это произошло в ходе последней любовной истории. Поначалу все выглядело очень романтично, а обернулось банальным обманом.

Все верно, дорогуша, однако не ты одна трепетала от волнения в процессе перевязки. Вспомни, как Остин смотрел на тебя!

Внутренний голос возник и исчез в мозгу Лорен, заставив ее прерывисто вздохнуть.

Так-то оно так, но этот взгляд мог основываться на обычной благодарности. Остину изрядно досталось в минувшие двое суток, вот он и обрадовался, что кто-то отнесся к нему по-человечески. Неизвестно, посмотрел ли бы он так, если бы у него все было в порядке.

Вот и узнай, дорогуша! Помоги парню — и сразу все станет ясно.

Чем же я могу ему помочь? — подумала Лорен.

Всем, что в твоих силах, дорогуша. Ведь ты хочешь его?

Хочу, вздохнула Лорен. Пожалуй, не помню, когда я так сильно кого-нибудь хотела.

Вот честный ответ! Исходя из этого, и действуй!

Замечательно, усмехнулась Лорен. Кто бы еще сказал, как мне в таких условиях продолжать работу над мюзиклом…

На следующее утро Остин проснулся совсем в другом настроении. Ему уже не пришлось вспоминать, как он очутился в этой спальне и что за шум доносится из-за окна. Мало того, шум показался привычным. Общее состояние организма тоже порадовало. Возможно, подействовали антибиотики, но плечо болело меньше, кроме того Остин испытывал явный прилив сил. Причина была проста: ему приснилась Лорен.

Сон оказался таким приятным, что Остин еще долго находился под впечатлением от увиденного. А его пробудившаяся интимная плоть, похоже, и вовсе не желала, чтобы он выходил из состояния сладких грез.

Поддавшись настроению, Остин вновь закрыл глаза и, словно по мановению волшебной палочки, увидел фрагменты ночных сновидений.

Как будто Лорен подходит к нему, кладет ладони на грудь и шепчет, обжигая дыханием: «Возьми меня… прямо сейчас… пожалуйста…». Он спускает с ее плеч халатик и видит, что под ним ничего нет. Покрывая тугую обнаженную грудь поцелуями, он усаживает Лорен на стол, устеленный выдранными из книжки страницами — дело почему-то происходит на кухне, — властно раздвигает стройные бедра, входит в горячую влажную глубину и сквозь звон полетевших на пол тарелок слышит стон наслаждения.

— Божественно… — хрипловато слетело с губ Остина. — Божественно!

Но в следующее мгновение он открыл глаза.

Ты не имеешь права предаваться подобным мечтаниям, зазвенело в его голове. Еще ничего не кончилось, перспектива угодить за решетку никуда не исчезла. Оставь девушку в покое, ты, банковский громила! И не смей прикасаться к ней, пока не вернешь себе честное имя.

Остин сел на кровати. Провел ладонью по лицу. Кровь еще пульсировала в разбухшей плоти, но настроение уже изменилось.

Действительно, время идет, он еще не придумал, как выпутаться из ситуации, но уже предается эротическим фантазиям.

Идиот!

Когда Остин спустился к завтраку, Лорен и дед Бен уже находились на кухне.

Ответив на его приветствие, Лорен сразу отвела глаза, чему он даже порадовался, так как сам избегал встречаться с ней взглядом.

Оживленным был только дед.

— О, я тоже люблю такие рубашки! — воскликнул он, увидев Остина в ковбойке. — В них очень уютно себя чувствуешь, правда?

Остин подавил улыбку. Похоже, Бену даже невдомек было, что эта ковбойка является частью его собственного гардероба.

Так как Фейт сегодня не работала, то отсутствовал и горячий завтрак. Лорен приготовила сандвичи с ветчиной, сыром, салатом и помидорами, сдобрив все это майонезом. Дед сварил кофе.

Остин тоже внес вклад в общий труд — после завтрака вымыл посуду.

Затем Лорен отправилась к себе работать. Дед же потребовал, чтобы Остин приступил к выполнению обязанностей его персонального помощника. Тот выразил готовность и спросил, что нужно делать. Вместо ответа дед с заговорщицким видом поманил его во внутренний дворик, и там, под сенью увитой плющом беседки, они полдня резались в покер.

В воскресенье дед Бен пожелал прогуляться в кресле на колесах.

Услышав это, Лорен с беспокойством взглянула на Остина, после чего сказала деду:

— Не рановато ли нагружать человека? Остин еще не отдохнул как следует с дороги.

— Нет-нет, со мной все в порядке, — возразил тот. — Я и сам с удовольствием прогуляюсь. Интересно взглянуть на ваше ранчо.

— У-у… — поморщился дед, — это когда-то было ранчо, а сейчас одно воспоминание. Но посмотреть можно — как на музейный экспонат. Правда, один действующий объект имеется — курятник.

Лорен вынуждена была сдаться, но для подстраховки отправилась вместе с ними.

Дед устроил Остину экскурсию. Ехал в кресле, которое толкал Остин, и болтал не умолкая — заметно было, что он радуется возможности поговорить.

Лорен отметила это про себя, но довольно хмуро. Работа у нее не клеилась, потому что с утра до вечера — и даже ночью — она думала об Остине. За минувшие дни успела порядком им увлечься, но больше всего боялась, как бы ее чувства не переросли в любовь. На прогулку же отправилась еще и потому, что ей безразлично было, где находиться: сидеть за пианино или дышать свежим воздухом. В обоих случаях в мозгу теснились мысли об Остине. В ее спальне он присутствовал незримо, а здесь вполне реально. Можно было даже полюбоваться, как играют его мышцы, когда надо подтолкнуть или развернуть кресло-коляску.

Возле курятника к ним присоединился дрыхнувший в тенечке Стерди и уже не отставал, ни пока гуляли по саду — где дед с гордостью демонстрировал Остину систему орошения, — ни пока двигались вдоль края каньона, любуясь шумящей внизу речкой.

В одном месте колесо кресла застряло в узкой каменной расщелине, но не успела Лорен ахнуть, как Остин одной левой приподнял его прямо вместе с дедом и освободил. Нечего и говорить, что на Лорен это произвело впечатление. Правда, она не заметила взгляда, который Остин тайком бросил на нее, словно проверяя, оценила ли она его ловкость.

В тот же день, вечером, при активном участии Стерди Остин вымыл «олдсмобиль», а в понедельник утром заправил его горючим, которое доставила Фейт. Накануне Лорен позвонила ей и попросила по дороге на ранчо купить и привезти канистру бензина.

Затем Остин устроил Бена на переднем пассажирском сиденье и повез в университет.

Он немного сомневался, стоит ли ехать именно на «олдсмобиле», документы на который отсутствовали. Однако Лорен успокоила его, сказав, что дорожная полиция в Унчито-Фоллзе обленилась от безделья, так как происшествий здесь практически не бывает. Но даже если случится чудо и Остина остановят, дед Бен, которого все прекрасно знают, заговорит полицейских до полусмерти. Если же Остин будет один, пусть просто скажет, что работает на ранчо Чаттунга.