Снежный поцелуй - Алина Кускова

– А затем! Сашенька сказал маме, а та сразу позвонила мне! Бандиты, когда собрались их оформлять, среди свидетелей, кто может удостоверить их отягощенные преступлениями личности, назвали, дочь дорогая, твою фамилию! И адрес явки назвали – соседнюю с твоей квартиру! С какими темными личностями ты связалась, Юлия?! Поверь опытной женщине, возраст еще не приговор! Если заниматься каждое утро физической зарядкой…

– Мама, ты ничего не перепутала?

– Я никогда ничего не путаю! И ты выпутывайся из этой одиозной преступной группировки. Если надо, я с Верой Филипповной поговорю, чтобы отпочкование от банды прошло у тебя безболезненно.

– Не нужно ей звонить. Я сама позвоню Саше. Ты говоришь, что мы ходили с ним в один детский садик?

– Юль, что-то случилось? – спросил Эдик, когда Юлька принялась набирать другой номер.

– Случилось, – сказала она, чувствуя, что именно произошло.

Юля не ошиблась. В местном отделении полиции находились Афонькин и Красавин, которым, чтобы не терять драгоценное время даром, приписывали все нераскрытые преступления за прошедший год. Парни пытались объясниться, но их не хотели слушать, слишком велик был соблазн выполнить план по задержанию преступников и за январь. Но Саша, давний Юлькин знакомый, услышав ее фамилию, все-таки решил парням помочь. И она срочно засобиралась в отделение полиции.

Но перед этим позвонила в дверь подруги. Долго и требовательно. Решила, пусть она прервет романтическое свидание Ланы, но Афонькина с Красавиным спасет. Все-таки парни ей не чужие люди, за них она несколько часов назад собиралась выходить замуж. Лана открыла ей дверь заспанная и в халатике.

– Холодца хочешь? – спросила она, потягиваясь. – А я уже сплю.

– А как же твой врач? – опешила Юлька.

– А, – вздохнула Лана, – он ушел. Посадил меня на диван, померил давление, посмотрел, какая я очнувшаяся и засуетившаяся, и ушел. Сволочь он! Чудо, чудо. Чудо-юдо!

– Кстати, о чудесах, – встрял в разговор подруг стоявший с Юлькой Эдик. – Похоже на то, что мне придется везти вас, девчонки, в полицию!

– Маринка позвонила? Снова разбирать дорожное происшествие? Пусть Ваня с Сергеем разбираются там, я устала и спать хочу.

Пришлось Лане рассказать о том, что случилось, – самое основное, ведь подробностей Юлька сама не знала. Конечно, Лана испугалась за парней и побежала одеваться. Уже через десять минут они втроем сидели в машине, которая отказывалась заводиться на морозе. Лана паниковала, ведь в начале пятого утра в городе и в обычный-то день невозможно было поймать такси! А в предновогоднее утро – тем более. Эдик возился, что-то предпринимал, колдовал, шептал себе под нос и ругался – ничего не помогало.

– Чего сидите? Кого ждете? – прогрохотал рядом с ними бас, и появился сказочный персонаж – Дед Мороз. То есть здоровенный мужик в красном полушубке, как полагается, с белой бородой и сизым носом. Явно не стриптизер. При мешке, полном чего-то позвякивающего, побрякивающего и покрякивающего. – Подвезете?!

Эдик вместо ответа развел руками. Машина-то не заводилась!

Дед Мороз открыл дверцу и плюхнулся на сиденье рядом с Ланой.

– С Новым годом вас всех! – гаркнул он, и… машина завелась.

– Чудеса, – поразилась Лана и принялась расспрашивать сказочного персонажа, от которого за версту несло алкогольными напитками, о прогнозах на будущее. Дед Мороз, волшебным образом заведший машину, выдал один прогноз: Светка будет счастлива! И будет она счастлива в новом году.

– С новым счастьем тебя, девица, – поздравил Дед Мороз и опустил голову на ее плечо.

И тут же захрапел.

– Куда его везти? – растерялся Эдик.

– Сначала нас отвези, – решительно заявила Лана. – Все равно он спит! Какая ему разница, где отсыпаться: дома или в машине? По-моему, в машине даже уютнее. Дома, может быть, еще праздник не закончился, или этот Дед Мороз бомжует.

Юлька не стала с ней спорить.

А машина уже ехала по маршруту, обозначенному заботливой Ольгой Викторовной. Если бы она не позвонила, что было бы?! Бедный Афонькин и несчастный Красавин встретили бы первый день нового года в обезьяннике! Какой пассаж. А ведь как встретишь Новый год, так его и проведешь. Юлька встретила его в полной растерянности. Неужели весь год будет теряться?! Но хватит думать только о себе. Пора подумать и о ближних людях: о Красавине с Афонькиным.

– С нами еще Никодим, – заявили те, когда троицу друзей проводили к задержанным.

– А он-то что тут делает?!

– Спит.

– Вот и пусть спит, – заявила Лана. – Нам одного сонного Деда Мороза вполне достаточно.

– Оформляем вашего Никодима? – обрадовался дежурный лейтенант, он же Саша из песочницы.

– Нельзя его оформлять, – вздохнула Юлька. – На него уже протокол составили в дорожно-постовой службе. Теперь еще и в вашей… Нет, мы забираем его с собой!

– Тогда держите его документы. – Саша протянул Юльке потрепанный паспорт. – А помните, помнишь, как мы с тобой того…

– Чего того?! – нахмурился Эдик, вклиниваясь между ними.

– Ничего, – строго заявил лейтенант. – Все свободны! Конвой тоже. – И при этом он выразительно посмотрел на Эдика.

В здании местного МВД Новый год совершенно не ощущался, потому что, как рассказал словоохотливый Афонькин на обратном пути, начальство запретило обрядовое украшательство и сбор нетрезвых граждан в городе в новогоднюю ночь. Их с Красавиным забрали из-за драки. Стало скучно сидеть и ждать приятеля Никодима – а они смогли дозвониться только до одного. Остальные подтверждали факт знакомства, но забирать друга не спешили. Обзвонили всех, кто был записан в телефонной книге Никодима. И загрустили: праздник, а они сидят и караулят какого-то неизвестного мужика. И постепенно пришли к выводу, что в этом виновата бессердечная Светлана!

– Я сердечная! – возмутилась таким откровениям Лана.

И раз уж разговор зашел о любимой девушке Афонькина, а он в этом признался ее брату, то брат поддержал мирно начавшуюся беседу, сказав, что никакой он вовсе не брат, а любимый мужчина означенной девушки. Афонькин такой наглой клевете не поверил и врезал лжебрату между глаз. Но тот увернулся и подставил шагнувшему на него Афонькину подножку. Иван упал и ударился о «Газель». Красавин убегать и прятаться от разозлившегося Афонькина не стал, посчитав это ниже своего достоинства. Тот поднялся, набросился на него с кулаками, в этот момент от шума и крика проснулся Никодим, перед носом которого лжебратья оставили мобильный телефон. Никодим взял его и позвонил в полицию, обозначив место драки как центральную часть города, и, в общем-то, не ошибся. Прибывший наряд забрал всех троих.

– Привет, ребята! – обрадовался Никодим, сверкнувший синей подглазиной.

– Это я его приложил, – засмущался Афонькин. – А чего он, гад, полицию вызвал?!