Свобода любить - Кейт Доули

Она несколько раз глубоко вдохнула и принялась собирать документы.

– Миссис Пирсон? – раздался у двери знакомый голос.

Вот только сразу вспомнить, где она его слышала, Беатрис не смогла.

– Лучше мисс Керуин, – ответила она, и в ее голосе внимательный слушатель уловил бы нотки отчаяния.

– Пока что миссис Пирсон. – Кажется, гость был очень чутким человеком. – Мы уже виделись с вами, но напомню, меня зовут Эдриан Льюэнс. Я поверенный мистера Пирсона.

– Что привело вас ко мне? – холодно спросила Беатрис.

– Ваша просьба о разводе. Вы утверждаете, что отказываетесь от положенной вам доли состояния мистера Пирсона. Вы уверены в том, что делаете?

– Я очень расстроена, как вам, наверное, уже рассказали, но все же в своем уме. Я не имею никакого права на состояние мистера Пирсона. Только поэтому от него и отказываюсь.

– Но вы не заключали брачный контракт, поэтому все, что было нажито в браке, теперь вы можете поделить пополам. В том числе и прибыль предприятий. А это очень, очень большая сумма, миссис Пирсон, или, если вам так угодно, мисс Керуин!

– Мне не нужны эти деньги, – медленно повторила Беатрис.

– Но мистер Пирсон просил меня настоять на том, чтобы вы получили причитающуюся вам долю и приняли от него содержание в размере десяти тысяч фунтов в месяц.

– Очень щедро, но я не могу их принять.

Давайте оставим этот разговор.

– Мисс Керуин, вы не понимаете, хотите вы или нет, но, содержание вы будете получать. Мистер Пирсон просил заметить, что он должен содержать свою жену, пусть даже и бывшую.

– Я уже сказала, что не приму этих денег.

– Вы можете делать с ними, что хотите. – Льюэнс пожал плечами. – У меня только одна просьба: когда средства начнут поступать на ваш счет, не переводите их обратно, если только не хотите дать банку подзаработать на этом.

– Я не буду их принимать, – глядя ему в глаза, ответила Беатрис.

Льюэнс не выдержал ее взгляда и первым отвел глаза.

– Можете отдавать их куда угодно, только не отсылайте обратно. И так вся общественность взбудоражена сначала этим странным браком, а потом скоропалительным разводом.

Не стоит усугублять общественное мнение неразумными поступками.

– Так, значит, для Шейна до сих пор главную роль играет то, что говорят в салоне Анабеллы Стейтон… Или другой дамы, похожей на нее до мелочей?

– Не будьте столь строги к мистеру Пирсону. Все же он общественная фигура. Ему априори не должно быть все равно, что о нем говорят. И потом, никто бы не сказал ни слова, если бы он не стал содержать вас.

– Значит, это просто жест доброй воли? – Беатрис недобро усмехнулась. – А мистер Пирсон никогда не задумывался, что я могу вообразить, будто он хочет окупиться от меня и этим очистить свою совесть?

– Я не знаю, о чем думает мой клиент, – мягко обошел щепетильный вопрос Льюэнс.

– Передайте мистеру Пирсону, что я не буду пытаться вернуть ему деньги, – вздохнув, ответила Беатрис. – Но оставляю за собой право не пользоваться ими.

– Это ваше право, – согласился с ней Льюэнс. – С вами приятно работать, мисс Керуин.

Он поклонился и пошел к двери, но неожиданно остановился и, обернувшись к Беатрис, добавил:

– Мне жаль, что ваш брак распался.:

– Если бы вы знали, как мне жаль, – тихо сказала Беатрис и отвела глаза, чтобы поверенный не увидел в них слезы.

Когда же она справилась с волнением, Льюэнс уже исчез. Нужно было продолжать разбирать бумаги и собирать свои вещи. Еще было столько дел! И прощальная вечеринка, которую она должна была устроить, но не хотела посещать.

– Эта женщина способна кого угодно свести с ума! – воскликнул Шейн, когда Льюэнс рассказал ему о разговоре с Беатрис. – Она специально делает все, чтобы разрушить мое представление о ней! Но это ей не удастся!

– Если вы вдруг захотите узнать мое мнение, – усмехнувшись, сказал Льюэнс, – то я должен заметить, что ваше представление о ней превратно.

– Я не хочу знать твое мнение по этому поводу, – ответил Пирсон, сердито глядя на поверенного. – Я лучше тебя знаю, что такое мисс Керуин. Все же я, а не ты, жил с ней почти четыре месяца!

– И вы можете сказать, что не были счастливы все это время? – спросил Льюэнс и, не дожидаясь ответа, вышел из кабинета.

В одном он прав, подумал Шейн, я действительно был счастлив. Особенно в те дни, когда в доме царило перемирие. Беатрис бывала тогда очень ласкова, приветлива. А ведь в остальные дни ссоры затевал я! Она всеми силами старалась их избегать. Даже научилась совершенно не обращать на меня внимания, лишь бы не раздувать огонь.

И все равно, ни за что не поверю, что эта женщина могла измениться, чтобы там Элен ни говорила. Сестра вообще помешалась на своем семейном счастье и теперь требует от окружающих того же. Я не могу не радоваться за нее, но Элен должна понять, что Питер никогда не крутил несколько романов подряд и никогда не допустит даже мысли изменить ей.

Он – образцовый муж. А что может дать мне Беатрис? Постоянное напряжение и ожидание измены. Ведь не смогла же она устоять перед Кристианом. И это в моем доме!

Шейн специально накручивал себя, как часто делал в последнее время. Он постоянно вспоминал о совершенных Беатрис промахах и о тех, которые она могла бы совершить. Шейн чувствовал, что только так может удерживать образ Беатрис на самой грани своего сердца.

Не пускать его дальше. Не давать ей прорасти в его душе прекрасным цветком любви.

Я вообще не должен думать о ней! – уговаривал он себя. Есть много дел, которым стоит посвятить свое время. А мысли о Беатрис ни к чему хорошему не приведут. Я только сойду с ума, как и те трое. На что теперь похожи Стэнли, Джордж и Чарлз? Они просто тряпки! Сидят в барах и вспоминают Беатрис. А самое интересное – ни один из них даже не задумался, что это она во всем виновата! Нет же, восхищаются ею: умная, красивая, веселая. Просто кладезь ценных качеств! Я не желаю пополнить их ряды! Им и втроем не скучно.

– Мистер Пирсон, к вам миссис Виллингтон, – оторвал Шейна от грустных размышлений голос секретарши.

– Я ее не звал! – грубо ответил он.

– Ничего удивительно, ведь ты такой идиот, что твой покойный отец, не будь он уже мертв, повесился бы!

Шейн увидел свою мать все еще стройную и очаровательную женщину. Она стояла, уперев руки в бока, в дверном проеме.

– Мама, я тебя не звал. Ты же знаешь, что я не люблю, когда меня отвлекают на работе.

– Беатрис тебя отвлекала от важных дел? – ехидно спросила миссис Виллингтон.

– Да вы что, сговорились все, что ли?!

– Просто вокруг тебя гораздо больше людей, которые могут видеть правду. А ты, лучший выпускник Кембриджа, гордость семьи, оказался слишком близорук, чтобы заметить возле себя самую замечательную женщину в твоей жизни!