В плену запретной страсти - Люси Монро

Саид ждал, когда его видеозвонок будет принят. Вчера он отправил в Лондон Юсуфа, чтобы передать конверт для Джина Чатсфилда.

Наконец на экране появились знакомые черты.

– Шейх Саид, чем обязан?

– Юсуф, вероятно, уже доставил мой конверт.

– Вы имеете в виду вот этот… – Джин Чатсфилд поднял со стола толстый запечатанный конверт с символом королевской фамилии на темно-красной восковой печати.

– Да. Внутри его вы найдете кое-какие бумаги.

Чатсфилд был явно смущен и в то же время слишком озабочен, чтобы позволить себе нервничать.

– Так мне его открыть?

– Да.

Его лицо побледнело, когда он начал читать.

– Вы знаете, где она? Моя дочь?

– Так вы решили ее признать?

– Отказ был, что называется, коленным рефлексом, выработанным в результате подобных ситуаций в прошлом. Ни одна из которых не имела под собой никаких реальных оснований.

– А почему вы решили, что с Алией не тот случай?

– Она оставила медальон. Я его подарил ее матери. Простая безделушка, но она все годы хранила его, а перед смертью отдала дочери. – Джин провел рукой по лицу. – Она оставила мою фотографию позади своей. Когда я ее увидел, я вспомнил.

– Если нужно подтверждение, там приложен результат генетического теста. Можете сделать свой и сравнить.

– Вы знаете, что я сделаю. В моем положении я не могу позволить себе полагаться только на слова.

– Это понятно.

– Но я все же хотел бы ее увидеть, – сказал Джин с надеждой. – Она теперь у вас работает?

– У нас будет свадьба в следующем месяце.

– Что? Как это возможно? Она беременна?

– Пока нет. А «как» и «почему»… У вас не было места для нее в своей жизни, что позволило бы вам это понять.

Самый практичный человек в мире Джин Чатсфилд даже не моргнул.

– Я хотел бы попробовать.

– Вам придется извиниться, – предупредил Саид.

– Конечно.

– Будет хорошо, если она поверит, что ваше извинение искренне.

– Что бы вы ни думали обо мне, мои дети все же мне небезразличны.

– Вам будет предоставлена возможность это доказать.

– А если я не пройду ваше испытание, то больше никогда не увижу свою дочь?

– Вы известны своей проницательностью.

– А вы своей беспощадностью. Интересно, Алия это знает?

– Она любит меня, несмотря на мои недостатки. – Произнеся эти слова, Саид почувствовал странное удовлетворение.

– Рад это слышать.

– В самом деле?

– Мне бы не понравилось, если бы моя дочь выходила замуж по причинам, не связанным с чувствами и надеждами на будущее.

– Приезжайте в Зиина Сахра и скажите ей это.

– Когда?

– Юсуф ждет вас в самолете.

– Вы думаете, что я все брошу и приеду? – спросил Чатсфилд, впервые показывая признаки раздражения.

– Вы можете взять с собой вашу жену.

Джин махнул рукой:

– Она слишком занята.

– Тогда это просто идеальное время для поездки.

– У вас нет недостатка в самоуверенности, не так ли?

– Алия это тоже может подтвердить.

Джин улыбнулся:

– Дайте мне пару дней, и я прилечу коммерческим рейсом.

– Нет. Ваш визит не нужно афишировать. Ваше место в жизни Алии не должно быть обнародовано до тех пор, пока она не будет готова признать вас своим отцом.

– Я не могу приехать прямо сейчас.

– С Джиатракосом у руля? Думаю, можете. Чатсфилд нахмурился:

– Хорошо. Она заслуживает небольшой жертвы с моей стороны.

– Не только небольшой, мне кажется. Но вам повезло. Сейчас у нее есть я, так что огромной жертвы с вашей стороны не потребуется.

– Ты звонил моему отцу? – Алия вскочила и начала нервно вышагивать по комнате. – И он будет здесь уже через час?

– Именно.

– Но зачем?!

– Затем, что ты заслуживаешь извинений с его стороны.

– Чем ты угрожал ему, чтобы заставить его извиниться? – спросила она подозрительно.

– Никаких угроз не понадобилось. Он и сам уже начал тебя разыскивать.

– Это он так сказал?

– Да.

– Сомневаюсь, что это правда.

– Я нанял частного детектива и уже получил от него первый рапорт, – сказал Джин Чатсфилд, появившись в дверях вместе с Юсуфом. – Как он не смог определить твое местонахождение, когда о твоем обручении знают все медиа, этого я понять не могу.

Алия повернулась к двери. Ее лицо побледнело, превратившись в застывшую маску.

Саид подошел и мягко обнял ее за талию.

– Все будет хорошо. Ты не одна. Глядя на них, Джин улыбнулся:

– Вы хорошо смотритесь вместе.

– Почему вы здесь? – прямо спросила Лия.

– Я должен перед тобой извиниться. Но я подозрительный человек. В прошлом я совершил немало ошибок, и это сделало меня хорошей мишенью для людей определенного сорта. Ты не такая, как они, но я этого сразу не увидел.

Саид был впечатлен его искренностью и прямотой. Чего нельзя было сказать про Алию.

– Так значит, теперь вы признаете, что я ваша дочь? – спросила она с подозрением.

– О да.

– Неужели вам даже не нужно подтверждение вроде генетического теста, например?

Джин посмотрел на Саида, потом на Алию:

– Уже сделан. Ваш жених представил мне результаты.

– Это из той самой пробы? – тихо спросила она Саида.

– Да.

Она внимательно посмотрела на него:

– Ты все это заранее запланировал.

– Точно.

– А что, если бы он повел себя как негодяй, что тогда?.. – И в ее голосе отразилась глубоко спрятанная детская боль.

Хотя вряд ли это кто-нибудь слышал кроме него. Он помолчал, а потом сказал:

– Я бы уничтожил его. Я бы разрушил все его отели от Лондона до Сиднея.

– Ой.

Саид сверкнул своей лучезарной улыбкой и, проводив Лию к маленькому дивану, кивнул Чатсфилду на кресло напротив.

– Я понимаю, – сказал Джин, – что мне придется немало потрудиться, чтобы наладить наши отношения, но я готов попробовать.

Алия посмотрела на Саида: