Крепкий орешек - Уинифред Леннокс

И вдруг Маргерит поняла, что ей нужно делать.

— Вы не против, если я убегу? Мне надо срочно встретиться с одним человеком, — торопливо сказала она.

— А как же Джастин?

— То есть?..

— Он завтра утром приезжает в Лондон. Мы собирались с ним пообедать в новом ресторане на Кингстон-роуд, но я не смогу сделать этого — срочные дела.

— Мне надо идти. — Маргерит встала. — Спасибо, что вы рассказали мне обо всем.

— Джастин убьет меня, если узнает. Не понимаю, почему мужчины не могут сами во всем открыто признаться?

— Может быть, он разлюбил меня после всех этих передряг? — тихо спросила Маргерит.

Кейт отрицательно помотала головой.

— Этого не может быть, потому что этого не может быть, — категорично объявила она. — Я слишком хорошо знаю Джастина. Похоже на то, что это любовь на всю жизнь. Таков уж он, и ничего тут не поделаешь.

Едва войдя в квартиру, Маргерит бросилась к телефону. Голос у Хьюго, когда он взял трубку, был на редкость самодовольный и самоуверенный.

— Ты говорила с Дорис? — спросил он. — Она снова забеременела. На этот раз доктор предупредил ее, чтобы она как можно меньше волновалась и нервничала.

— Рада за вас! — искренне сказала Маргерит. — Послушай, Хьюго, мне надо увидеться с тобой и расспросить тебя кое о чем.

— Ба! А я уж решил, что ты никогда не созреешь для этого!

Маргерит с трудом сдержалась, чтобы не дать ему заслуженную отповедь. Хьюго опять за свое!

— Ну так как? — спросила она.

— Где встречаемся: на твоей территории или на моей?

— Я предлагаю посидеть в баре «Савойя».

Как она и ожидала, Хьюго буквально захлебнулся от радости при мысли о том, что сможет посидеть в таком престижном месте.

— Конечно, конечно! — торопливо сказал он. — Совсем забыл, что ты у нас женщина роскошная и не встречаешься с кавалерами в дешевых забегаловках вроде «Макдоналдса».

— Может быть, у тебя нет денег? — с иронией осведомилась Маргерит.

— Есть, конечно, что ты! — торопливо заверил ее Хьюго. — Предлагаю встретиться в семь.

Маргерит нетерпеливо посмотрела на часы: десять минут восьмого. Где же Хьюго? Она подняла голову и увидела, как он входит в зал и прихорашивается, точно женщина, перед зеркалом. Нет, он, разумеется, не идет ни в какое сравнение с Джастином! Маргерит даже стало жалко этого неудачливого типа — он и не подозревает, что со стороны смотрится пародией на настоящего мужчину.

— Я пригласила тебя неслучайно, — сказала она, когда Хьюго уселся за стол. — Вспомни-ка хорошенько мой последний день пребывания на Корфу. — Маргерит подождала, пока уйдет официант, а затем продолжила: — Помнишь, во время нашего разговора на следующий день после вечеринки ты сказал, что Джастин обманывает меня, притворяясь сотрудником агентства, хотя на самом деле миллионер?

— Предположим, помню… — настороженно глядя на нее, сказал Хьюго. — И что дальше?

Маргерит помолчала, опустив глаза на бокал с вином. Сердце у нее отчаянно стучало — слишком многое зависело сейчас от того, что скажет Хьюго.

— Я хочу знать, что ты сказал Джастину обо мне после моего отъезда.

Заметив, как у Хьюго забегали глаза, она поняла, что попала в точку, а значит, не зря затеяла эту рискованную игру.

— Когда Джастин вернулся из аэропорта, он наверняка спросил, где я и почему уехала, так? Что ты ему ответил?

— Да, он что-то говорил по этому поводу, — пробормотал Хьюго. — Я ответил в том духе, что мы тебе не опекуны и не надзиратели. Что касается Дорис, то она была расстроена твоим внезапным отъездом и весь день не выходила из спальни.

— И больше ты ничего не говорил про меня? — не сдавалась Маргерит и была вознаграждена: по лицу Хьюго пробежала тень замешательства.

— Джастин словно с цепи сорвался, — глядя в сторону, признался он. — Требовал, чтобы мы сказали, где ты и о чем мы говорили с тобой. Я посоветовал ему отвалить, потому что мы с Дорис здесь ни при чем.

— Так ты не стал признаваться в том, что за несколько часов до моего отъезда наговорил мне кучу всяких гадостей про него? — сладким голосом спросила Маргерит, и на его перекосившемся от злобы лице прочитала ответ. — Хьюго, я должна ненавидеть тебя, но ты этого не стоишь, — спокойно и твердо сказала она. — Мне жаль лишь твою жену. Бедняжка Дорис! Чем она провинилась, чтобы оказаться связанной с таким негодяем, как ты?

— Дрянь! Ты и твой чертов Джастин — одного поля ягодки! — выругался Хьюго, швырнул бокал на стол и вышел прочь из бара.

Маргерит осталась одна. Она все еще не решалась поверить в то, что Кейт сказала правду и Джастин действительно любит ее.

— Остается один способ проверить, кто из нас двоих прав, — сказала она и решительно поднялась из-за столика.

Главное, чтобы смелость не оставила меня! — подумала она.

Маргерит внимательно рассматривала себя в зеркале. Она перемеряла четыре наряда, пока не остановилась на шелковом палевого тона, гармонировавшем с цветом ее волос. Времени оставалось в обрез, шел девятый час, и Джастин мог уехать из офиса отцовской компании в аэропорт.

Выйдя на улицу, она поймала такси и назвала адрес Джастина.

Здание офиса выглядело пустынно и неприветливо. На лифте она поднялась на последний этаж, дверцы раздвинулись, и Маргерит ступила на серый ковер. Облизав пересохшие губы, она нажала кнопку звонка на серой мраморной стене.

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем за дверями кабинета послышалось какое-то движение. Страх охватил Маргерит. А что, если она ошибается? Что, если Джастин не любит ее? Но было слишком поздно — дверь распахнулась, и она увидела спину круто развернувшегося и удаляющегося по коридору Джастина.

— Кейт, ты как всегда опаздываешь! Давай, проходи! — устало бросил он через плечо.

Затаив дыхание, Маргерит на цыпочках пошла за ним. Джастин не останавливался до тех пор, пока они не оказались в просторной гостиной, декорированной в серо-голубых тонах.

— Присаживайся! — бросил он. — Я уж думал, ты не придешь.

— В самом деле?

Джастин медленно выпрямился и обернулся.

— Маргерит?! Ты?..

— Да, я. Видишь ли, я позавчера случайно встретилась с Кейт…

О Господи! И зачем только я это сказала? — испугалась Маргерит, заметив, как губы Джастина плотно сжались, а глаза стали непроницаемыми.

— Ага, так ты в курсе дела и решила проявить жалость?! — с кривой усмешкой сказал он. — Я не нуждаюсь в твоей жалости. Обратную дорогу, надеюсь, найдешь сама. Прошу тебя, не надо ненужных жертв. Оставь меня, и договоримся забыть друг о друге раз и навсегда!