Расправить крылья - Натали де Рамон

— Нет, он правда ужасно симпатичный. Деньги не фальшивые. Он настоял, чтобы мы зашли в банк и проверили все купюры. Вообще-то у меня с ним не совсем честно получилось. Представляешь, Марта, я его обманул!

— Ты? Коммивояжера?

— Я же не нарочно. Он спросил: сколько? Я думал, что за обе, и сказал «шесть». Ну ты помнишь, Маршан предлагал мне шесть за все, а я решил нахально попросить шесть за две. Думаю, скажет, что дорого, я и уступлю. Он вытаскивает деньги, пересчитывает, протягивает мне и просит пересчитать. Я считаю, а там двенадцать. Он спрашивает: «Порядок?» Сам не знаю, как у меня это получилось, но я ответил, что порядок… И он не коммивояжер вовсе, а как бы это сказать… купец.

— Бизнесмен! — уточнил Жюль.

— Да, конечно. Он так смешно сказал: «Успех — это сам процесс, а не внезапно свалившиеся деньги». Здорово, правда?

— Гениально! Маро, ну где штопор?!

— Жюль, а у тебя случайно не включен компьютер? Ты бы хоть монитор отключил, чего напрасно экран-то жечь?

— Боже! Там же идет перезапись! Уж, наверное, сто раз перезаписалось! — Жюль мгновенно протрезвел. — С экраном-то ничего не будет, а вот видеокассета! Ей сто лет! Это все Сесиль! Говорил же ей: не экономь на расходниках!

— Что мне с ним делать? Ничего не помнит! — пожаловалась вслед мужу Марта. — И что твой бизнесмен? Интересуется живописью? Коллекционер?

— Мне кажется, что он шеф Ирен. — Арнульф заговорщицки наклонился к Марте.

Ужас, хуже этого не могло и быть! Значит, пассия Арни обошла меня: рассказала про картины своему шефу, уж этот-то чудо-бизнесмен теряться не станет! В Милан! Срочно в Милан!

— Арни, ты в этом уверен?

— Понимаешь, он уволок картины в тот же самый офис. И торгует одеждой, а Ирен делает лекала. Она мне рассказывала, как по ним на фабрике шьют одежду, а потом продают!

— А про него она ничего не рассказывала?

Арнульф пожал плечами.

— Нет, сказала только, что у них нормальные отношения. Марта, ты даже не представляешь, до чего же он смешной! Малюсенький, с усиками!

— Арни, поможешь мне накрыть на стол? — пересилив себя, спросила Марта. — Ты не очень спешишь к Ирен?

Может, пригласить ее сюда? — раздумывала она. Ситуация выходит из-под контроля!

— Как всегда, с заходом солнца.

— Ты до сих пор держишь ее в неведении?

— Марта, это так здорово! Слушай, я хотел с тобой посоветоваться. Как ты думаешь, может быть, мне самому договориться с шефом Ирен, чтобы он отпустил ее со мной в Италию? На недельку? Я думаю, он не должен мне отказать, я же действительно выбрал ему самые большие картины! Ой, что это за звук? — Арни вздрогнул от неожиданно раздавшегося мерзкого писка.

— Таймер. — От радости Марта даже погладила прибор, как котенка. — Вот сейчас добавлю сахарку… — Она сняла крышку с кастрюли.

Арнульф потянул носом.

— Потрясающий аромат!

— Еще бы! Через пятнадцать минут будет готово.

Неужели действительно мой план не срывается?! Дрожащими руками Марта завела таймер еще на четверть часа.

— Ты мне, пожалуйста, скажи заранее, когда ты едешь, чтобы я выкроила время проводить тебя.

— Завтра.

— Завтра? — Марта невольно потянулась к бутылке «курвуазье».

— Да, я уже взял билеты. А Маршан пришлет мне с утра своих работников и машину. У него специальная такая машина, где все оборудовано для перевозки картин. Он так обо мне заботится! Заказал гостиницу по телефону.

— Арни, давай выпьем с тобой коньячку, пока Жюль не видит. И надо бы спрятать часть бутылок. — От волнения Марта не особенно понимала, что говорит. — Или отнеси Ирен. Мы же не съедим все, тем более что Жюлю нельзя. Арни, ну хотя бы торт, шампанское и хоть сколько-то деликатесов. Иначе мой дорогой никогда не смонтирует этот сюжет, а завтра он обязательно должен пойти в эфир…

— Марта, а вдруг она не согласится?

— Кто?

— Ирен.

Марта поморщилась.

— Перестань. Расправь крылья! Побольше уверенности в себе. В конце концов, оставишь ей билет и деньги. Вот увидишь, она не устоит.

— А она не обидится из-за денег? Ой, опять твой таймер…

— Значит, пора за стол. Жюль! Милый! — отключив верного помощника, закричала Марта. — Иди скорее, все готово! Арни, прекрати. Обидится — не обидится! Всегда можно преподнести все так, что никто не обидится. А уж на деньги-то! Не веришь? Хорошо, сейчас спросим у Жюля.