Потерять, чтобы найти - Патриция Сили

В теплом взгляде Энни не было ничего угрожающего. Разве мир перевернется, если она доверится ей? А если и перевернется — что с того? Гейб правильно определил ее стиль жизни. Она порвала со многими друзьями и избегает заводить новых. Она беспокоится о том, что скажут старшие партнеры, если она подружится с подчиненной.

На самом деле Энни была ее лучшим другом. Работа в конторе казалась сносной только благодаря присутствию Энни — ее веселому нраву, высоким деловым качествам и умению разговаривать с людьми. Если бы не Энни, Кэсс не выдержала бы удушливой атмосферы и постоянных подковерных интриг. Как она могла быть такой слепой, чтобы не замечать замечательных качеств своей секретарши!

— Крудли похитили, — сказала Кэсс, готовая при малейшем признаке заинтересованности рассказать Энни всю историю.

У Энни округлились глаза от ужаса.

— Боже мой! Зачем кому-то понадобилось похищать твоего кота?

Кэсс стала рассказывать, начав с того, как она пришла в ветеринарную лечебницу, чтобы забрать Крудли, и кончив рассказом о неудавшейся передаче выкупа и об обмане Гейба. Энни внимательно ее выслушала и задумалась. Потом облокотилась на письменный стол и наклонилась к Кэсс.

— Ну, какой совет ты хочешь выслушать первым: на тему Крудли или на тему Гейба?

Кэсс стиснула зубы. У нее не было намерения слишком распространяться о своих взаимоотношениях с Гейбом Престоном, но не упомянуть о них было невозможно.

— Вторая тема безнадежна, — вздохнула она. — Скажи что-нибудь о Крудли, чтобы дать мне почувствовать, что хотя бы здесь не все потеряно.

— Это проще простого. Ты сказала, что не могла договориться о встрече с Эмили Кроссуайт, потому что номер ее телефона не значится в телефонном справочнике, так?

— Так.

— Но ведь похитители позвонили? — Энни с интересом наблюдала, как засветились глаза Кэсс.

— Значит, это кто-то из тех, кто знает телефон Эмили, — заключила Кэсс, но потом нахмурилась. — Никто из друзей Эмили не станет похищать ее кошку.

— Если не получит за это десять тысяч долларов.

— Это должен быть кто-то, кто общается с Эмили по делам, кто на нее работает, например, поставляет в особняк продукты.

— Или кто-то из ее собственных служащих. Эту возможность ты не исключаешь?

— Ты не знаешь, кто на нее работает, — покачала головой Кэсс. — Они по-настоящему преданы Эмили, и неспроста: с ними очень хорошо обращаются, и они стоят за нее горой. Я не могу себе представить, чтобы кто-то из них мог пойти на преступление против Эмили.

— Все же кто-то на это решился. Тот, кто небогат, знает номер ее телефона и был в курсе того, где и когда ее кошку можно будет похитить.

— Все так, но я бы предпочла думать, что кто-нибудь из служащих Эмили просто проболтался.

— Это тоже возможно.

— Думаю, мне следует позвонить в полицию.

— А может, лучше Гейбу?

— Он сказал, что не участвует в официальном расследовании. К тому же я не знаю, как мне себя с ним вести после всего, что случилось.

— Может быть, ты готова выслушать вторую часть моего совета?

— Боюсь, мне не помогут никакие советы. Ситуация безвыходная. Мы совершенно не подходим друг другу. С самого начала было ясно, что у нас ничего не получится.

— Значит, это любовь, — безапелляционно заявила Энни.

Кэсс не стала отрицать. Она могла бы составить длинный перечень причин, по которым ей не надо было влюбляться в Гейба Престона, и не менее длинный список аргументов, почему их взаимоотношения невозможны. Но она перестала рассуждать логически с того самого момента, как увидела Гейба и погрузилась в хаос неизведанных эмоций, от которых, похоже, ей не удастся избавиться.

— Любовь может не все, — только и смогла она ответить.

— Только если не поможешь ей неустанной работой, желанием меняться к лучшему, сострадать и прощать — все, что и есть любовь, точно так же, как дрожь в коленках и сияние глаз каждый раз, когда ты его встречаешь.

— Тебе-то откуда это известно?

— Я же хорошо тебя знаю и люблю.

— Я не заслуживаю такого друга, как ты!

— То же я могла бы сказать и о себе. Ты каждый день даешь мне понять, что ценишь меня, что мои чувства и мнения тебе небезразличны. Думаешь, многие начальники создали бы своим помощникам такие условия, как ты? Неужели ты считаешь, что между нами те отношения, которые обычно складываются между боссом и его секретаршей?

— Я пыталась установить именно такие отношения, — Кэсс скривила губы, но в глазах у нее защипало.

— Но тебе это не удалось. Работа с тобой доставляет удовольствие. Если бы я не знала, что эта контора делает тебя несчастной, я бы хотела, чтобы ты осталась здесь навсегда.

— Ты тоже советуешь мне уйти?

— Тебе уже кто-то говорил об этом?

— Гейб Престон.

— Он даже умнее, чем я думала. Не отпускай его.

— В данный момент не мне это решать. Я наделала слишком много ошибок.

— Все они исправимы. Кэсс, он — бывший офицер полиции и привык иметь дело с людьми, попавшими в беду. Вряд ли он способен на скороспелые решения. Я более чем уверена, что ты вела себя так, как повел бы себя каждый, кто оказался в твоем положении.

Кэсс скептически усмехнулась, но Энни не так-то легко было сбить с толку.

— Посмотри на все с другой стороны. Он видел тебя не в лучшие твои времена, и все же ты ему понравилась.

Кэсс не смогла удержаться от смеха.

— А если я уйду отсюда, ты пойдешь со мной?

— Я не могу. Кто будет кормить этих великовозрастных деток? Если захочешь со мной увидеться и поболтать, будешь меня приглашать на ланч и на свои вечеринки. А теперь позвони Гейбу и расскажи ему о своих соображениях, чтобы он помог найти Крудли. Бедному коту, наверно, уже до смерти хочется домой.

Однако Кэсс позвонила не Гейбу, а сержанту Уэзерсу. Он заинтересовался ее предположениями, но напомнил, что на миссис Кроссуайт за последние годы работало очень много народу. Установить, кто знал номер телефона или был знаком с порядками в доме, будет сложно.

Потом Кэсс обзвонила газеты и заказала объявление о пропаже Крудли с обещанием солидного вознаграждения и анонимности. Если несостоявшийся обмен напугал похитителей и они выкинули Крудли на улицу, кто-нибудь мог его подобрать.

Кэсс чувствовала прилив энергии и полнейшее спокойствие. Она принялась за работу с рвением, какого давно не испытывала. Правда, когда перед ее глазам замелькали бесконечные ряды цифр, рабочее настроение быстро пошло на убыль.

Какого черта она выбрала бухгалтерию своей профессией? Она, конечно, знала ответ — защищенность, стабильность и уважение, которым пользуются полезные и ответственные люди. Но в тюрьме, думала Кэсс, люди тоже защищены и их жизнь стабильна, а если лишились уважения, то это потому, что они злоупотребили своими природными умениями и научились мошенничать. Если следовать ее собственному определению, то сейчас она как раз в тюрьме. Она обвела взглядом свой почти стерильный, без всяких украшений кабинет. Ну чем не камера?