Только ты - Джейн Харри

— Убирайся сейчас же!

— Я, кажется, наступил на больную мозоль, — сказал он, нисколько не смутившись. — Не обижайся. Конечно, я не столь богат, как его величество мистер Блейк, но тем не менее. Я планирую регулярно бывать в Мельбурне. Почему бы тебе не снять там квартиру? Я бы мог показать тебе, что в постели может быть очень даже весело. Она произнесла, чеканя каждую букву:

— Потому что меня от тебя тошнит. Ты настоящий слизняк! Поверить не могу, что позволила такому типу находиться рядом с собой! Забудь, что я существую на свете.

— Какие терпкие слова! Дай-ка я их попробую на вкус. — С этими словами он схватил ее и прижался к ее губам.

В первый момент ей захотелось отшвырнуть его от себя, расцарапать ему лицо. Но внутренний голос подсказал: он может при этом стать очень опасным, лучше пассивно — и равнодушно! — перетерпеть его поцелуй.

Наконец он отпустил ее и сказал с наглой усмешкой:

— Ладно, Стефания, тебе не о чем беспокоиться. Больше обо мне ты не услышишь. Кому нужна такая холодная, бесчувственная чурка?

Он пошел к своему «мерседесу», припаркованному у края тротуара, послал ей воздушный поцелуй на прощание и умчался прочь, взвизгнув тормозами на повороте.

Надо вымыть лицо. С мылом! — подумала она, брезгливо поежившись. И хотела уже уйти в дом, как вдруг увидела Гарри. Тот стоял в нескольких ярдах от нее с каменным лицом. Сердце Стефании замерло, когда их взгляды встретились. Она не могла пошевелиться, молча наблюдая, как он идет к ней.

— Так вот какой сюрприз приготовила тебе твоя подруга, — сказал он как-то слишком спокойно.

— Нет. — Она беспомощно покрутила головой. — Анжела, как и я, понятия не имела, что Армандо собирается приехать.

— Ты говоришь, что не ждала его. — Гарри плотно сжал губы. — Но, к твоему сожалению, я видел ваше нежное прощание.

— Нет-нет! — Она опять замотала головой. — Ты только думаешь, что видел это, так же как я думала, что видела именно тебя тогда под деревом.

— Ты даже не пыталась его оттолкнуть! Она прочитала в его взгляде презрение и осуждение. В ответ в ней поднялась волна гнева.

— Как ты смеешь, Гарри Блейк, судить меня? Какое, в конце концов, тебе до меня дело? Мои обязанности не выходят за пределы Корнуэлл-Хауса. Ты не имеешь права вмешиваться в мою личную жизнь.

— Стефания, скажи, ради Бога, что у тебя нет никаких дел, с этим подлецом и мерзавцем.

— Ну-ну! Он отзывается о тебе не менее любезно, — съязвила она. — Моя жизнь — мое личное дело, Гарри Блейк. Я не нуждаюсь в твоем одобрении моих поступков.

— Ты собираешься встречаться с ним? — Он схватил ее за плечи. — Отвечай!

— Он просил меня об этом. — Стефании не верилось, что эти слова произносит она сама. Словно какой-то дьявол вселился в нее. Она уже не могла остановиться. — Армандо хочет встречаться со мной в Мельбурне.

— И ты согласилась?! Господи! — Гарри в отчаянии покачал головой, потом его лицо окаменело. — Какая же ты дура, Стеффи.

— Зато ты — просто кладезь мудрости! Не забывай: именно ты первым взял меня как вещь, как товар. Что же удивительного, что теперь нашелся еще один покупатель?

— Эти твои слова я никогда не забуду. — Он побледнел. — До конца жизни. Но ты не должна делать этого. Ты не знаешь, что, он из себя представляет на самом деле, Стефания.

— А ты, значит, намного лучше? — с вызовом бросила она, вскинув голову. — Нет, Гарри. У тебя своя жизнь, у меня — своя. Ты не можешь заставить меня делать по-своему.

— Вероятно, не могу. — Тон его голоса стал жестким. — Но пока ты работаешь на меня, ты не будешь встречаться с ним. Моя машина у дороги. Ты поедешь со мной.

— У меня свой джип…

— Его можно оставить здесь. Я прикую тебя к своей руке на эти дни, Стефания. Когда все закончится, ты вольна превращать свою жизнь в руины, как тебе заблагорассудится. Но пока ты принадлежишь мне!

— Да? — Она вздернула брови. — А как ты намереваешься все объяснить своей гостье?

— Она все поймет, потому что, в отличие от тебя, Стефания, доверяет мне.

— И после этого ты еще называешь меня дурочкой? — Стефания деланно расхохоталась.

— Армандо — женатый мужчина, а я — нет.

— Пока. — Она словно вонзила нож себе в сердце и медленно там повернула. Но остановиться уже не могла. — Ведь ты собираешься жениться, не так ли?

— Да. Но в отличие от Армандо я не дам жене поводов для сомнений в моей преданности. Я и моя жена будем неразрывны до наших последних дней. — Он помолчал. — А теперь поехали домой.

— Я и так дома.

— Конечно, у меня это слово просто вырвалось. — Он слабо улыбнулся. — Тебе нужно забрать отсюда что-нибудь, прежде чем ты вернешься к своим рабочим обязанностям?

— Сумку и письма.

Стефания вошла в дом и сгребла почту со стола в сумку. Потом повернулась и увидела его за своей спиной.

— Мир потерял великого полицейского, когда ты решил стать бизнес-магнатом, — процедила она сквозь зубы.

Гарри ответил сдержанно:

— Потерять доверие очень легко, дорогая. Знаешь, я предлагаю объявить перемирие. По крайней мере, до отъезда моих гостей. Наше постоянное пикирование вряд ли будет понятно окружающим.

— Прекрасно. Будем считать перемирие объявленным. До момента, когда я смогу уйти после отъезда гостей.

— Согласен, — устало сказал он. — Больше я не стану удерживать тебя.

Она пошла вслед за ним к машине с гордо поднятой головой, но с каждым шагом ее все больше одолевало чувство поражения. А не победы.

В субботу, возвращаясь домой, после посещения спортивного клуба, Стефания должна была признать, что все идет как нельзя лучше. Если не считать ее внутреннего состояния, которое она старательно держала под контролем.

К своему удивлению, она обнаружила, что ей очень симпатичны три супружеские пары, которые пригласил Гарри, несмотря на то, что их с ней разделяла солидная разница в возрасте.

Одна только Энн Мильдрей оказалась молодой женщиной, лет тридцати. Она держалась скромно и мало говорила за ужином. Стефания, решила разговорить ее и подошла к ней, когда компания отправилась пить кофе. Энн с удовольствием откликнулась и поддержала беседу. Потом к ним присоединились остальные женщины, и за вечер они успели оживленно обсудить тысячу незначительных, но таких милых любому женскому сердцу мелочей.

Кэролайн Гастингс, — зовите меня просто Кэрри, милочка, — приверженица сельской жизни, в свое время уговорила мужа переехать из крупного города в поместье, где она родилась и выросла. С ней Стефании было особенно легко найти общие интересы. Кэролайн заинтересовалась планами Стефании по переустройству сада и дала ей много ценных советов.