Детские шалости - Мэри Хоппкинс

Вылезая из горячей пенной ванны, Изабел почувствовала легкую тошноту. Взглянув в зеркало, она собрала волосы на макушке, скрепила их заколкой и обмоталась махровым полотенцем. Затем открыла кран, тщательно умылась ледяной водой и почистила зубы.

По какой-то непонятной причине Изабел все еще чувствовала терпкий запах кофе, идущий из кухни. Возможно, обостренное обоняние было побочным действием вчерашнего опьянения. А ведь я и впрямь напилась как сапожник, подумала Изабел. Все. Это было в первый и в последний раз!

Хотя кофе сейчас вовсе не помешает, решила она, направляясь в кухню. У Каролы была просторная светлая кухня, напичканная разнообразной бытовой техникой и всем, чем угодно, но только не едой. Переехав к подруге, Изабел купила упаковку молотого кофе, так как ее нежный желудок не выносил травяного чая, который Карола поглощала галлонами.

На пороге кухни ее ждал сюрприз.

– О Боже! – вскрикнула Изабел, едва не потеряв равновесия.

Прямо перед ней с полотенцем в руках стоял Бейард и вытирал еще влажные волосы. Его расстегнутая белоснежная рубашка, которая, как смутно припомнила Изабел, была на нем и вчера, открывала взору широкий мощный торс во всем его великолепии.

Что же вчера произошло?! – ужаснулась Изабел и напустилась на Бейарда:

– Как ты посмел?! Я же была пьяна!

– В стельку, – уточнил он невозмутимо. – Что же я посмел, интересно знать? Выпей-ка лучше горячего кофе. Я бы предложил тебе яичницу, но все, что я нашел, это уксус, травяной чай и бисквиты. Кстати, бисквиты просто каменные.

– Но вчера они были еще мягкими. – Или позавчера? В любом случае, есть их Изабел совсем не хотелось. – Да, ты ведь женишься! – внезапно вспомнила она и поняла наконец, что за мысль неприятной занозой сидела в ее голове с первых минут пробуждения.

– Судя по твоему растрепанному виду, догадываюсь, что память сыграла с тобой жестокую шутку.

– Это даже к лучшему.

– Не волнуйся, на столе в одних чулках ты не танцевала.

Изабел взглянула на него с отвращением.

– Меня волнует не то, что я вытворяла на людях. – Внезапно ее ноги стали ватными, и Изабел быстро присела на краешек стула. – Увидел что-то интересное? – спросила она, подтягивая сползающее с груди полотенце.

Бейард смотрел туда не отрывая глаз.

– Прошлой ночью ты не была такой скромной.

– Не хочу ничего слышать о том, что было прошлой ночью! И нечего стоять тут и загадочно ухмыляться! Ты женишься на другой женщине! – Подробности прошлого вечера, словно кусочки мозаики, стали складываться в голове Изабел в цельную картину. – Уже через неделю! – воскликнула она. – Ты лживая похотливая свинья! Как ты смеешь хохотать?!!

– Думаешь, ты была так неотразима?

– А что, разве мы не?…

Склонив голову набок, Бейард смотрел на нее и смеялся.

– Может, ты и удивишься, но я предпочитаю общаться с живыми женщинами, а ты вчера лежала здесь как труп.

Изабел почувствовала, как начинает краснеть.

– Но… почему ты сразу не сказал?

– Хотел насладиться твоим праведным гневом. Ночью ты была тихой и покладистой, как котенок, а сегодня утром превратилась в огнедышащего дракона. Потрясающее перевоплощение!

«Котенок»?! Что он имеет в виду?!

– Как прикажешь это понимать? – спросила Изабел. – Я проснулась абсолютно голая…

– Неправда, на тебе были трусики, – возразил Бейард.

– Ну, если ты такой педант… А откуда ты знаешь?! – воскликнула она, терзаемая самыми ужасными подозрениями.

– Да ведь я сам раздел тебя и уложил в постель. Не мог же я допустить, чтобы тебя задушила эта пелерина на бархатном шнурке!

При мысли, что Бейард раздевал ее прошлой ночью, Изабел явственно почувствовала, как на голове зашевелились волосы.

– Так какого же черта ты все еще здесь?! – Ее голос был неестественно высоким и чуть-чуть хрипловатым. – Если мы не… – Она умолкла, глупо заморгала и прокашлялась.

– Не занимались сексом? Нет, милая, даже не мечтай. Я остался, потому что боялся, как бы тебе не стало хуже.

– Но мне же не было плохо! – Или было? – усомнилась она, закрывая глаза руками.

– Нет, ты держалась молодцом, хотя с утра видок у тебя не самый лучший. Как ты обычно справляешься с похмельем?

– Никак. Это было в первый раз. – И в последний, снова поклялась себе Изабел.

– Тогда зачем же ты безобразно напилась прошлой ночью?

Она с упреком посмотрела на него. Интересно, что он хочет услышать? «Я узнала, что ты женишься на другой, и решила залить свое горе вином»? Господи, да ведь я уже фактически призналась! Хорошо бы вспомнить, что именно было сказано вчера, это помогло бы мне отвечать на его вопросы.

– Памела не будет беспокоиться?

– Она знает, где я.

– Должно быть, она тебе доверяет.

– Дай-ка я налью тебе кофе.

– Да, пожалуйста, я очень хочу пить.

– Все правильно, обезвоживание организма, – авторитетно заявил Бейард.

Горячий кофе немного согрел Изабел, когда она сделала первый глоток. Теперь трезвость доставляла ей мучение. Прошлой ночью нравственные барьеры были сломаны, но у Изабел совершенно не было сил, чтобы сожалеть о том, чего не произошло.

– Вчера ты была просто великолепна. Если не брать в расчет пение.

Изабел не понимала, шутит он или нет. Но эпизод с пением напрочь вылетел из ее головы.

– Я не пою. Даже в школьном хоре я просто открывала рот, не издавая никаких звуков. А куда подевался Каспар? И почему он не отвез меня домой?

– Ему не понравился счет в ресторане.

Изабел знала Каспара как свои пять пальцев, и этого объяснения ей было вполне достаточно.

– И как я уладила вопрос со счетом?

– Я его оплатил.

– Будь ты более словоохотлив, я бы, наверное, вспомнила, что произошло в ресторане. Но все равно – спасибо.

Бейард отодвинул стул и опустился перед Изабел на колени.

– Скажи, почему хороший агент не должен быть твоим любовником?

– С чего ты взял?

– Вчера ты сама мне это сказала.

– Моим первым агентом был Эдгар. Сначала все шло как по маслу, но потом он…

– Влюбился?

Изабел кивнула. Она была в шоке, когда Эдгар попросил ее руки и предложил бросить все и уехать на ферму его родителей в Шотландию.

– И я совсем растерялась.

– Разве ты его не любила?

Она медленно подняла на него полные грусти глаза.