Соблазнительная лгунья - Элизабет Кларк

Джульетт улыбнулась. Ее подозревали в убийстве, а Сара переживала, что не может оставить ее камеристкой. Да, таких, как Сара, наверное, больше не найдешь ни в одной богатой семье.

– А как там мистер Джеймсон? – продолжила Сара. – Он ведь собирается жениться на тебе.

– Он много говорит, и его не волнует чужое мнение. Впрочем, он действительно спас меня, и я должна быть ему благодарна хотя бы за это.

Джульетт вздохнула. Когда ей казалось, что слова Томаса – правда, она неизменно приходила в восхищение. Ведь это значило засыпать у него на плече и просыпаться, чувствуя себя в его объятиях, смеяться, дарить друг другу наслаждение, разговаривать столько, сколько хочется.

Но она знала, что это были лишь слова, произнесенные для того, чтобы спасти ее от страшного подозрения.

– Ну а то, что мы провели ночь вместе… это чистая правда.

Сара изумленно раскрыла глаза.

– Я знала! Вот почему у тебя был вид, как у нашкодившей кошки!

– Представляете? Просто чудо, что меня никто не заметил!

– И ты все это время молчала! Как же я тебе завидую…

– Не завидуйте. Я не очень переживаю оттого, что я теперь так называемая падшая женщина, ведь я не собираюсь больше искать работу в услужении. Такой хозяйки, как вы, Сара, больше не существует. Но Томас действительно только спасал меня. О женитьбе, полагаю, речи и быть не может.

– Может, тебе только кажется. Представь, что вы и правда поженитесь!

– Не раз представляла. Но мне приходится быть реалисткой. Пока я боюсь говорить с ним об этом. Могу не выдержать, если он начнет объяснять мне, что это все было только для отвода глаз.

Сара поняла, что попала в больное место, и решила сменить тему.

– Не хочу уподобляться маме, но, помимо того что смерть сэра Роджера сама по себе трагедия, все же ужасно, что это случилось у нас, в Гемптоне.

– Несомненно. Но все-таки, по-вашему, кто это мог быть?

Сара вздохнула:

– Инспектор Ханниган подозревает пару папиных друзей, которые брали деньги у сэра Роджера в долг под честное слово. Им это могло быть действительно выгодно. Наиболее достоверная версия – Бренна и Рендолл, хотя это просто в голове не укладывается. Инспектор уже вычеркнул их.

– Почему? – спросила Джульетт.

– Они рассуждают так: у них есть деньги, у тебя – нет, значит, у тебя есть повод убивать, а у них – нет. К тому же ночью они постоянно вызывали слуг, чтобы обеспечить себе алиби. Для полиции ты служанка, которая захотела стать хозяйкой.

– Но я же отлично себя обеспечиваю! И уж намного лучше, чем это делала бы Бренна на моем месте.

– Не обращай внимания на глупцов. В деле есть и другие подозреваемые. Например, твой ночной знакомый, лорд Корнелиан, сбежал из Гемптона, так и не поговорив с полицией, а ведь он один из должников.

– Да, видимо, мне все же надо идти собирать вещи, – с тоской сказала Джульетт, – раз мне надо ехать в Лондон прямо сегодня.

– Они прекрасно подождут, если им так уж хочется. Все равно никак не могу понять маму, – с досадой сказала Сара.

– Но ведь она просто представительница своего класса. Каждая аристократка на ее месте среагировала бы так же. Все, пойду собирать вещи, – сказала Джульетт, понимая, что прощание с Сарой может затянуться на вечность.

Попрощаться с подругами на кухне было еще труднее. К тому же она так и не сказала Каролин о Мартине, но ведь они еще не раз встретятся.

Миссис Уинстон утопила Джульетт в объятиях.

– Попытайся не искать больше неприятностей, душа моя, потому что ты и так в них по самую маковку. Мы знаем, что ты не виновата, но тебе придется доказать это и другим людям.

Мистер Блейк был более сдержан, но он поцеловал руку Джульетт, и она увидела настоящую симпатию в его глазах.

– Ты пробыла с нами так мало, Джульетт. И я хочу, чтобы у тебя все было хорошо. – Он немного помолчал, словно сомневаясь, говорить ли следующие слова. Подумав, он все же сказал: – Ты окажешься в необычном положении, когда покинешь Эппинг-Плейс. Ты уже не будешь служанкой, но и высший свет тоже не ждет тебя. Остается лишь вести себя, следуя наивысшим стандартам и своей собственной совести. Если ты сможешь, тьх никогда ни в чем не раскаешься.

– Конечно! – искренне ответила Джульетт. Она поняла, что, несмотря на их довольно сдержанные отношения, ей будет не хватать даже мистера Блейка.

С лордом и леди Уайтхолл она решила не прощаться, понимая, что им сейчас совершенно не до нее.

Она вышла через черный ход и пошла искать экипаж, который мистер Блейк приготовил для нее.

У входа стояло много карет. Видимо, многие гости решили уехать как можно скорее, чтобы не быть еще больше втянутыми в скандал.

Джульетт чувствовала себя неуютно под оценивающими взглядами. Еще бы, служанка, обвиненная в убийстве, претендующая на фамилию Бэн-форд, уличенная в связи с этим американцем…

Ничего, скоро она будет далеко от всех этих людей. Ее главной надеждой, помимо снятия обвинения в убийстве, была работа в ателье. Главное – найти такое место, чтобы на зарплату можно было содержать Гарриет.

Она увидела, что Ходжсон, кучер Уайтхоллов, машет ей рукой, значит, она поедет в их личной карете. Только она прибавила шагу, как услышала сзади женский голос, который узнала не сразу.

Она обернулась и, к своему удивлению, увидела Бренну Бэнфорд, идущую к ней. Джульетт удивилась, что Бренна решила заговорить с ней на глазах у всех отъезжающих, но затем подумала, что так на нее повлияла смерть сэра Роджера.

– Я хочу, чтобы ты кое-что поняла. Ты уезжаешь? – сказала она глухим зловещим голосом.

– А разве это не заметно? – спросила Джульетт.

Бренна пристально посмотрела на нее:

– Мой дед был убит твоими ножницами.

– Наш. К тому же убийца был чудовищно глуп. Если бы это сделала я, то не оставила бы там своей визитной карточки.

– Понятно, – протянула Бренна. – Так вот. Я верю во всю ту ахинею, которую ты говорила моему деду, к тому же Сара видела легендарный дневник. Но ты ничего не сможешь доказать. Когда мне было восемь лет, я тоже рассказывала всем в школе, что у меня есть подруга по имени Глинда и мы с ее родителями каждые каникулы ездим в Италию и Францию. Но это было враньем.

– Прекрасно. Но я не понимаю, как это относится к моей ситуации.

– Так и относится. Если твоя мать от своей несчастной любви и нищеты всего напридумывала, это еще ничего не доказывает.

– Убирайся прочь. Немедленно, – отчеканила Джульетт. – Если ты не хочешь, чтобы я сейчас сбила тебя с ног чемоданом, пошевеливайся.

– Бренна, ты слышала, что сказала леди. А теперь иди, – сказал подошедший непонятно откуда Томас и взял чемодан Джульетт. – Ты расстраиваешь мою невесту.