Платье невесты - Елена Соколова

— Он говорил, что между ними давно ничего нет. — Запивая разочарование неразбавленным виски, сбивчиво докладывала Маруся подруге в темноте ночного клуба. — Но они так трогательно держались за руки!

— А ты ему верила? — Серьезно спросила Марго.

— Да. — Кивнула Еникеева.

Вышло неуверенно.

— Не ври мне.

— Но я… — Маруся уронила голову на руки.

— Все ты прекрасно знала. Ты умная девушка. Только почему-то сама обманываться рада. Зачем тебе все это?

— Не знаю. — И это было искренней правдой.

— Зачем тебе этот кровосос, а? Прицепился к тебе и тянет: все твои силы тянет, твою молодость жрет, кобелина засраный.

— Знаю. — Еникеева подняла глаза и посмотрела на подругу.

— Неужели, тебе самой не хочется нормальных отношений?

— Очень хочется.

— Тогда не бойся перемен. Сделай выбор. Нельзя же противопоставлять отношениям чувство собственного достоинства. Себя всегда нужно ставить на первое место. — Марго опрокинула очередную рюмку и подмигнула проходящему мимо парню. Она и приходила-то в этот клуб только из-за него. Могла любоваться на молодого застенчивого ди-джея часами. — Если к тебе липнут мудаки — проблема в тебе, поверь.

— Во мне? — Маруся уставилась на нее непонимающе. — Что значит во мне? У меня на лбу написано, что я хочу, чтобы мной воспользовались? Что я делаю не так? Почему они все меня бросают?

И пусть Еникеева всегда знала, в чем ее проблемы, она продолжала рьяно отрицать тот факт, что сама виновата в том, что изначально соглашалась на «объедки» вместо настоящих чувств.

— Женщина должна быть готова к отношениям. А если нет — к ней идут мужики, жаждущие просто развлечений. Единственный способ показать, что ты чего-то стоишь, это чего-то стоить. Нужно поверить в это самой.

— Знаешь… — Всхлипнула Марусю, обнимая пальцами рюмку. — А ведь я так хотела ему верить… Я представляла, что его Натали встречается с нашим шефом, и этим себя оправдывала. Каждый раз, когда она приходила к Весперу, когда долго засиживалась у него наверху, я успокаивала себя тем, что не рушу чужую семью. Что никакой семьи и нет. Что у нее шуры-муры с нашим мэтром, ведь они так хорошо друг другу подходят. Я понимала, что поступаю отвратительно, ненавидела себя, но мое сознание каждый раз находило новые лазейки для оправданий. Нет, такие, как я, не заслуживают счастья.

— Исключено. — Отмахнулась Марго. — Веспер — голубой, это все знают.

— Правда? — Оживилась Маруся.

— Точнее, не знают, но предполагают. Его с женщиной уже много лет никто не видел. И даже не много лет. Никогда. — Подруга бросила взгляд на часы.

— Ясно. Тогда тем более он не может водить шашни с Каплан.

— Умоляю тебя! — Рассмеялась подруга. — Ты как твоя Татьяна. Спать с друзьями боссика при нем самом — ни за что. Это ведь ниже ее достоинства. А делать то же самое на камеру и за деньги — да пожалуйста, ведь это высокое искусство, а я звезда! Конечно, в вашей с Витей связи нет никакого греха: подумаешь, у него жена и сын, зато их чувства давно охладели и превратились в пыль! Поэтому никакой вины нет! Так?

Эти слова врезались в Марусю хлесткой пощечиной. Воздух застрял в горле, перехватив дыхание. Она опустила глаза и до боли закусила губу.

— Я не наезжаю. Прости. — Марго отодвинула от себя рюмку. — Просто надоело до чертиков. Ждать, когда у тебя мозги на место встанут. И встанут ли.

— Ну, спасибо.

— Витя этот не твой, и твоим никогда не будет. Но пока он рядом, в твою жизнь не придет что-то настоящее. Просто потому, что место занято: в твоем сердце, в твоей постели, в мыслях. Кругом этот Витя — пристал, как дерьмо, к подошвам!

— Мар…

— Помолчи! — Она пригрозила ей пальчиком. — Ты прощаешь его потому, что тебе проще простить, чем постоять за себя. Он может все, что угодно с тобой делать, а ты все стерпишь. У тебя нет границ недопустимого, а таких не уважают, независимо от их заслуг! Плевать он хотел на твои супчики, кружевное бельишко и старательные попытки ублажить его! Плевать!

— Я все понимаю, но…

— Никаких но! — Марго обернулась и сделала жест рукой. — Повтори! — После того, как бармен наполнил их стопки, она повернулась к подруге и решительно предложила тост: — Чудеса творим мы сами! Обещай, что дашь этому Вите такого пинка под зад, что его булки до самого Нового Года будут гореть!

— Тогда я останусь одна…

— Поднимай выше. — Марго перехватила ее руку. — Вот так! Пусть завтра эта заноза Ирэн прибьет нас за перегарище, но я готова пить всю ночь, пока не услышу это от тебя. «Обещаю, что Вити в моей жизни больше не будет!»

— Он… Я… — Замялась Маруся. — Он…

Перед глазами встал Витин профиль. Его печальный взгляд, непослушные волосы, мальчишеские ямочки на щеках.