Соедини свое сердце с моим - Ким Лоренс

— Думаю, мистеру Кемпу нежелательно, чтобы его сегодня беспокоили. Он отказался принимать кого-либо.

— Ему захочется принять меня. — Анна взялась за трубку внутреннего телефона. — Доложите ему, что я здесь.

Ее не стали долго держать в неведении. Ответ был коротким:

— Я провожу вас.

Анна почувствовала едва ощутимое облегчение, но самое трудное было впереди.

Роскошные дубовые панели, одна стена скрыта книгами от пола до потолка. Богатый старинный интерьер соседствовал с современнейшим компьютером и факсовым аппаратом.

Этьен сидел сбоку от громадного старинного стола и вертел в руках паркеровскую ручку.

— Я не знал, что ты собиралась зайти.

— Я тоже, — призналась Анна.

— Какие-нибудь проблемы дома?

— Нет.

Ее ответ погасил краткую вспышку тревоги в его глазах, теперь они ничего не выражали. Собираясь с силами, Анна глубоко засунула руки в карманы пиджака. Цвет ее лица непрерывно менялся, пальцы судорожно сжимались и разжимались.

— Если ты и дальше будешь так молчать, то можешь лопнуть, — тихо заметил Этьен.

Она резко выдохнула.

— Я пришла извиниться и сказать, что люблю тебя!

Этьен не двигался, но дорогое перо выскользнуло из его пальцев.

— Ты сожалеешь, что любишь меня?

— Жалею, что была с тобой жестока и придирчива.

Ее каре-зеленые глаза затуманились от переполнявших ее чувств. Она широко распахнула их, стараясь убедить Этьена в своей искренности.

Он зажмурился и запрокинул голову. Анна видела, как вздымалась его грудь.

— Я хочу, чтобы ты был моим сердцем и душой и… — Ее голос задрожал от страсти. Она замолчала. Некоторые вещи невозможно выразить словами. Анна, зарыдав, упала в его объятия, и он крепко обнял ее. — Я так виновата, — бормотала она, а Этьен ласкал ее волосы. — Я всегда любила тебя, не переставала любить, даже когда причиняла тебе боль. Я чувствую твою боль, как свою собственную. Просто не могла справиться с теми ужасными словами, которые сами лились из моего рта.

— Я тоже наговорил тебе кучу ужасных вещей, — сказал Этьен, целуя Анну в макушку, — вместо того чтобы помочь тебе унять боль. — Он заглянул ей в глаза. — Как же эгоистично я поступил, женившись на тебе. Мне стыдно за это больше, чем за что-либо другое. Но, Боже! Я не жалею.

Он крепко поцеловал ее. Его губы были теплыми и нежными. Анна жадно вслушивалась в каждое слово.

— Я не знаю, в какой момент понял, что люблю тебя. Просто представил, насколько унылой моя жизнь будет без тебя. Я пережил землетрясение, но это ничто в сравнении с сознанием, что люблю тебя. Это случилось здесь. — Этьен показал в сторону кожаного кресла и потряс головой. — Я больше не мог сидеть спокойно. Ходил взад-вперед, пытаясь собрать доводы, чтобы убедить тебя дать мне шанс. И не смог этого сделать, — признался он. — В твоих глазах я видел лишь боль и упрек и понимал, что сам виноват в этом.

Анна обхватила ладонями его голову.

— Не говори так, — настойчиво попросила она.

Как вынести эту боль, вновь закравшуюся в его глаза? До сих пор она не замечала, как сказалась на нем утрата, но сейчас зрелище темных кругов под глазами Этьена и резче обозначившихся морщин, заставляло ее признать, что она страдала не в одиночку. Обычно он был воплощением элегантности, но сегодня изысканный костюм был помят, а на гладкой смуглой щеке красовался порез.

— Этьен, это произошло случайно, я вовсе не хотела обвинять тебя. Сейчас мне все стало понятно. Я так сильно хотела этого ребенка, но в то же время боялась, что ты рассердишься, раз пожалел о нашей близости.

— Я никогда не жалел о близости с тобой. Как я мог?! — хрипло сказал он. — Мне казалось, что ты об этом жалеешь после всего произошедшего. Я пытался заманить тебя к себе в постель уговорами, обманом, принуждением. Мне не следовало верить Эйлекс. Но я был слеп и не видел, что ее горе породило ревность.

Этьен почувствовал, как насторожилась Анна при этих словах и как напряглось все ее тело.

— Я должен все объяснить, чтобы ты лучше поняла мои отношения с Кэтрин. Нет! — Этьен предупредил все возражения, закрыв ей рот ладонью. — Тебе следует знать. Кэтрин была красива и талантлива, и вначале наш брак казался идеальным. Он начал рушиться, когда Кэтрин была беременна Эммой. Она не хотела ребенка, говорила, что еще не готова к материнству. В тот момент она делала успехи в спорте и в бизнесе, но все-таки родила. Чтобы обеспечить Кэтрин возможность продолжать свои занятия, мы наняли няню сразу после рождения Эммы. Страсти улеглись, но нам все никак не удавалось вернуть прежние отношения. И тут Кэтрин обнаружила, что вновь беременна. Это произошло случайно. — Этьен глубоко вздохнул. — Кэтрин записалась на аборт.

Анна постаралась не показывать виду, как она шокирована. Зная отношение Этьена к детям, она легко могла представить его реакцию на такое решение жены. Он взглянул на Анну несчастными глазами и продолжил свой нелегкий рассказ:

— Она обвинила меня, что я все подстроил нарочно, как будто она сама не в силах была позаботиться о противозачаточных. Я пытался удержать ее от рокового шага, умолял, заклинал подумать о последствиях. Я хорошо знал ее и был уверен, что если она и осуществит свое намерение, то впоследствии не сможет жить под гнетом чувства вины. Как ни привлекательно было для Кэтрин радикальное решение, она все же не сделала последнего шага: постояла на пороге клиники, повернулась и ушла. Возможно, на нее подействовали мои уговоры, а может быть, это оказалось совершенно неприемлемым для нее самой.

— А затем родился Том?

— Она ни разу даже не взяла его на руки и не сделала попытки изменить свое отношение к ребенку. Внешне мы продолжали соблюдать видимость единой благополучной семьи.

В голосе Этьена зазвучала такая горечь, что Анне захотелось утешить его, но она знала, что он не закончил и ему необходимо выговориться.

— Если бы Кэтрин вышла замуж за кого-то другого, возможно, она сейчас была бы жива. За кого-то, кто бы не настаивал бы так на том, чтобы завести детей. На ее просьбу отложить этот момент я возражал, что сейчас самое время завести ребенка.

Было очень странно ощущать жалость к той, которая долго оставалась объектом зависти, но Анна вдруг испытала острое чувство жалости.

— Этьен, множество женщин не мыслит успешной карьеры без семьи.

— Они сами к этому стремятся. Я был убежден, что в глубине души Кэтрин хотела того же, что и я, но в действительности оказалось не так. Я наблюдал ее отношение к Эмме. О да, она любила дочку, но никогда не показывала этого. Всякий раз, когда она пренебрегала Эммой, я закипал. Вот почему я вышел из себя при мысли о том, что ты забыла о бедной девочке. Кэтрин то и дело забывала о ней.

Невыразительный тон Этьена подействовал на Анну сильнее всего остального. У нее на глазах выступили слезы.