В постели с монстром - Полина Рей

- А что со мной? Я в порядке, это мелкая шебуршит.     

- Ну-ну.     

Ильинский поморщился. Не ровен час всё же поднимет тему Нино и того, что они расстались. И как вообще продержалась всё это время? С тех пор, как он дал понять Нино, что не планирует быть с ней и дальше в отношениях, Ира, словно чувствуя, что может нарваться на злость брата, этой темы не касалась. Но Ильинский прекрасно отдавал себе отчёт, что это не навсегда.     

- Что ты морду лица кривишь? - вскинула бровь сестра. - Если думаешь, что полезу туда, куда мне хода нет, - я этого делать не стану. Но вот то, что тебе нужно развеяться - скажу.    

- Мне нужно что?     

Ильинский сложил руки на груди и воззрился на Иру. Алина, сидящая у неё на коленях, наблюдала за отцом, нахмурив брови. И ведь затихла, засранка, как будто только и ждала, что этой беседы.      

- Тебе нужно развеяться.    

- Кхм. Раньше ты была категорически против этого.   

- Если ты имеешь ввиду под «развеяться» - пойти нажраться и трахать баб напропалую…      

- Ира, мать-перемать, тут мой ребёнок!     

- Очень хорошо, что ты об этом помнишь.     

- Я об этом и не забывал.     

- А мне кажется, забыл. Потому что Алине не нужна тень отца Гамлета рядом. Ей нужен просто отец. Желательно живой.     

Ильинский открыл было рот, чтобы возразить, но понял, что ему попросту нечего сказать. Наверное, сестра была права, он теперь действительно больше походил на тень. И ему действительно нужно было сменить декорации.     

- Я с ней посижу. Сколько понадобится, - ровным голосом проговорила Ира, и Алина, словно поняв, о чём именно они говорят, радостно улыбнулась. - А ты давай иди пи… звездуй короче отвлечься.     

- Ира…     

- Я знаю, знаю.    

Сестра поднялась с места и, подойдя к Герману, мягко подтолкнула его в сторону выхода из детской. Алина весело загулила и замахала руками.       

- Иди давай. И раньше вечера не возвращайся.     

И улыбнулась, когда услышала бурчание брата: «Женщины, бл…ин».          

Бродить по торговому центру, куда он с какого-то хрена приехал, выбрав это местом «развлечений», Герману надоело уже минут через сорок. Он послушно обошёл все три этажа, даже подумывал сходить на сеанс в кино, но когда увидел репертуар, махнул рукой. То ли он закостенел, то ли киноиндустрия, но из всех названий фильмов, которые шли в прокате, не знал ни одного.      

Ильинский уже было решил возвращаться обратно и с порога заявить сестре, что это не для него, когда увидел, как возле туалетов мелькнула знакомая фигурка.     

Нино?     

Нет, это было совсем уж абсурдно… Если учесть, что девушка, в которой он её углядел, была одета в светло-голубую униформу уборщиц. Он ведь перечислил ей на карточку внушительную сумму. Зачем ей было идти и драить унитазы?     

Но было кое-что ещё, что не укрылось от его внимания, но что мозг пока не успел обдумать. Потому Ильинский просто сделал то, что могло убедить его, что он ошибся - зашагал к санузлу. Возле двери замер, сделал глубокий вдох, после чего распахнул её и шагнул внутрь.     

И тут же округлил глаза, когда Нино, держа в одной руке ёршик для мытья унитазов, а в другой - пластиковое ведро, повернулась к нему. Её глаза округлились, рот приоткрылся… после чего она сделала то, что окончательно дало понять Герману, что он не зря заподозрил неладное - выронила ёршик и прикрыла округлившийся живот ладонью.    

- Привет, - просто поздоровался Ильинский, опёрся плечом на дверь и принялся ждать ответа.