Гадкий утенок - Айрис Джоансен

– У вас усталый вид. Через час уже будете спать в постельке.

– Да, я устала, – с усилием улыбнулась она. – Спасибо, мистер Риардон, что встретили нас в столь поздний час.

– Зовите меня Джейми. И не благодарите – я всегда встречаю Николаса. Он не любит такси. Никогда не знаешь, настоящее оно или нет.

Нелл зябко поежилась. Каково это – жить в мире, где каждый человек может оказаться врагом?

– Понятно, – вздохнула она.

– Ничего вам не понятно, – буркнул Николас. – Вы даже не представляете себе, что это такое.

Эти слова были произнесены с едва сдерживаемой злобой, так что Нелл даже растерялась. Она почувствовала, что в своем нынешнем состоянии не способна препираться с Танеком, а потому откинулась на спинку сиденья и закрыла глаза.

– Извините, но я бы хотела немного помолчать, – сказала она.

– У вас чудесные манеры, – съязвил Танек. – Гардо тоже отличается изысканной вежливостью. Сначала проведет с вами галантную беседу, а потом прикажет Марицу перерезать вам горло.

– Ник, ты же видишь, что она устала, – вмешался Джейми. – Дай ей немного отдохнуть.

– Не дам, – коротко ответил Николас.

Нелл подумала, что не позволит ему взять над собой верх, и с усилием открыла слипающиеся веки.

– Не стесняйтесь, говорите все, что считаете нужным.

Танек посмотрел на нее долгим взглядом, потом отвернулся, процедив:

– Позже.

Танек снял ей номер на том же этаже, где располагался «люкс», зарезервированный Риардоном. Прощаясь с Нелл, Джейми сказал:

– Желаю вам спокойной ночи. К сожалению, мне вряд ли удастся поспать – буду сочинять поэму, которую завтра утром положу к вашим ногам.

– Все-то он врет, – махнул рукой Николас. – Через десять минут уже захрапит.

– Черствый, бездушный человек, – вздохнул Джейми, скрываясь за дверью «люкса». – Вот что происходит, когда живешь среди овец и прочих грубых животных.

– Спокойной ночи, Джейми, – с улыбкой сказала ему вслед Нелл.

Николас первым вошел в ее номер, включил свет, отрегулировал термостат.

– Вы сегодня обедали? – спросил он.

– Нет.

Танек позвонил в бюро обслуживания.

– Принесите, пожалуйста, овощной суп, молоко и фрукты. – Оглянулся на Нелл. – Что-нибудь еще?

– Я не хочу есть.

– Больше ничего, – сказал Танек и, насмешливо улыбаясь, положил трубку. – Поесть вам все-таки придется. Кто не ест, теряет силы, а для вас теперь сила – религия и культ, не так ли?

– Хорошо, я поем. Может быть, вы наконец уйдете?

– После того, как уйдет официант.

Нелл вяло улыбнулась:

– Который может оказаться вовсе не официантом?

Танек не ответил.

Нелл осмотрелась по сторонам. Большой, просторный номер. Серый палас, элегантный диван, парчовые занавески, за ними – стеклянная дверь, ведущая на балкон.

Балкон!

Она услышала, как Танек вполголоса чертыхнулся.

– Я забыл, что у всех номеров, расположенных с этой стороны, балконы. Хотите, поменяем номер?

Нелл почувствовала, что после такого тяжелого дня еще одно испытание – это уже чересчур. Больше всего ей сейчас хотелось разрыдаться и спрятаться под кровать, подальше от балконной двери. Но прятаться больше нельзя. С этим покончено.

– Это еще почему? – с невозмутимым видом поинтересовалась она и направилась прямо к застекленной двери. – Она открывается?

– Да.

– Очень хорошо. Во многих гостиницах балконы выполняют чисто декоративную функцию. Должно быть, администрация предпочитает оставлять балконные двери закрытыми, чтобы избежать несчастных случаев, но Ричарда это всегда выводило из себя. – Нелл говорила скороговоркой, чтобы заглушить страх. – Ричард всегда любил балконы. Говорил, что ощущение высоты его возбуждает.

– Должно быть, он воображал себя диктатором вроде Муссолини, выступающим с балкона перед восторженной толпой.

– Не слишком деликатное замечание с вашей стороны.

– А я вообще не деликатный. Отойдите вы от этой двери, черт бы вас побрал!

Нелл распахнула створки, и в лицо ей дунул холодный резкий ветер. Это не Медас, сказала она себе. Балкон совсем другой – маленький, функциональный. Да и пейзаж не похож – ни скал, ни моря. Она вплотную подошла к перилам и посмотрела вниз, на уличные фонари и поток автомобилей, похожих на вереницу светлячков.

Две минуты. Она должна продержаться здесь две минуты, а потом можно будет уйти.

Что это? Музыкальная шкатулка?

Мы упали, мы упали…

– Достаточно, – рявкнул Николас и за руку втащил ее обратно в комнату. Захлопнул дверь, задвинул засов.

Нелл несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула, чтобы не дрогнул голос.

– Что это вы на меня так накинулись? – насмешливо спросила она. – Боитесь, я прыгну вниз?

– Нет, просто я вижу, что вы решили устроить себе экзамен. Хотите показать, какая вы сильная. По-моему, для одного дня вы перенесли уже достаточно. Лучше уж сунуть руку в пламя. Проще и эффективней.

Нелл через силу улыбнулась:

– Пламени близко не оказалось.

– Очень остроумно.

– Вы ошибаетесь, – сказала Нелл, скрестив руки на груди, чтобы не было видно, как дрожат пальцы. – Никакого экзамена я себе не устраивала. Вы ничего не понимаете.

– Ну так объясните.

– Мне было страшно. Я никогда не отличалась храбростью. Но я больше не могу позволить себе бояться. Единственный способ преодолеть страх – идти навстречу тому, чего боишься.

– Поэтому вы и отправились на кладбище?

– Нет, это другое…

Прости, Джилл. Прости меня, детка.

Ее охватила паника. Было такое ощущение, что сейчас она распадется на куски. Быстро отвернувшись, Нелл скороговоркой произнесла:

– Я хочу, чтобы вы ушли. Несчастный официант ничего мне не сделает. И на балкон я больше выходить не буду – обещаю.

Танек положил ей руки на плечи.

Нелл замерла.

Развернув ее лицом к себе, Николас сказал:

– Никуда я не уйду.

Она не смотрела ему в глаза.

– Прошу вас, – прошептала Нелл.

– Не обращайте на менявнимания. – Он притянул ее к себе. – Расслабьтесь. Мое присутствие не имеет значения. Просто я нахожусь рядом, ничего особенного.