Звезда любви - Дебора Тернер

Моника сидела перед директором банка, растерянно перебирая кипу документов. Бесполезно было даже надеяться хоть что-нибудь понять во всех этих многочисленных бумагах без соответствующего образования.

— Я сожалею, мисс Брэдли, но все сроки уже вышли. Мы просто вынуждены будем выставить виллу на аукцион.

— Но я же полтора года платила вам такие деньги! И что же теперь получается — они ушли в никуда?

Директор, пожилой лысоватый мужчина в дорогом костюме и с шелковым, бледно-синим галстуком, развел руками с таким видом, словно хотел сказать — я сделал все, что было в моих силах.

— Вы добровольно согласились возместить нашему банку задолженность покойного мистера Хоупа. Мы вообще не имели юридических прав соглашаться на это. И если бы не просьба мистера Строубери...

— Да, я знаю, — кивнула Моника.

— Если эта вилла так дорога вам, вы могли бы обратиться к нему за помощью. — Директор откашлялся и отвел взгляд. — Хотя это не мое дело. В общем, мисс Брэдли, в вашем распоряжении три дня. А потом — извините, мы объявим об аукционе.

— Спасибо.

Попрощавшись, Моника вышла из кабинета, обставленного кожаной мебелью, в приемную. Красавица-секретарша поджала губы и окинула ее типично женским взглядом, сочетающим в себе одновременно интерес и презрение. Похоже, все уже знали о том, что мисс Брэдли, такой гордой и недоступной, придется или расстаться с виллой, или просить у кого-нибудь поддержки.

Ни за что им не увидеть ее слез. Моника подняла голову и выпрямилась. Все, что у нее осталось, — это чувство собственного достоинства. А этого никому у нее не отнять. Она, стараясь идти неторопливо, спустилась по лестнице вниз, села в машину. Мотор опять не желал заводиться, под капотом что-то пощелкивало и потрескивало. Как некстати! Эту машину давно пора отправить на свалку, но на новый автомобиль денег нет и в ближайшем будущем не предвидится.

Ладно, туда, куда Моника собиралась, можно доехать и на такси. Она не спеша спустилась по зеленому бульвару к открытому кафе и пообедала, потом прошла к стоянке такси. Поездка заняла полчаса, и шофер с удивлением поглядывал в зеркальце заднего вида на молодую красивую женщину, с отрешенным видом сидевшую на заднем сиденье. Она попросила остановить машину у съезда с основной дороги, расплатилась и вышла. Он проводил ее удивленным взглядом — в той стороне, куда она отправлялась, ничего не было.

Моника спустилась к пляжу, сняла туфли и побрела по берегу босиком, по самой кромке воды, чтобы набегающие волны слегка касались ног. За ней оставалась ровная цепочка следов, но они скоро размывались пенным прибоем. Вот так и идешь по жизни, надеясь оставить после себя хоть что-то, но прилив в одно мгновение разрушает все.

Она вспомнила, как любила вместе с Грегори возводить высокие замки из песка, с башенками и рвами, и как замирало сердце, когда волна подкрадывалась и уничтожала хрупкое строение. Грегори понимал это чувство и говорил, что именно поэтому замки на песке так прекрасны и так печальны. И что наше существование, как такой вот замок, выстроенный с любовью и смытый волной времени.

Солнце медленно сползало к кромке горизонта, когда Моника дошла до «Звезды любви». Она обогнула виллу с северной стороны, приблизилась к ограде и достала ключи. Что ж, если ей придется расстаться с этим домом, то надо хотя бы попрощаться. Вряд ли новые хозяева обрадуются нежданной гостье, да и не захочется ей возвращаться сюда, чтобы через прутья ограды полюбоваться на счастливую жизнь новых владельцев.

Вот эта дорожка ведет к дому, высокие старые деревья отбрасывают на нее кружевную тень, ветер шелестит в сплетенных ветвях, доносится веселый птичий щебет, в высокой траве газона цикады настраивают перед вечерним концертом свои скрипочки. Чудесно и спокойно. И так вольно дышится. Почему бы не остаться здесь навсегда?