Я не буду твоей - Ирина Давыдова

Эльмир замер от моей просьбы, а я снова перестала дышать. Было чуточку страшно и волнительно. Я не знала, что он мне ответит, и боялась его отказа. Кажется, я даже сама не знала, зачем его попросила о поцелуе, но и отступать не хотела. Его близость меня будоражила. А прикосновения… распаляли огонь между ножек. Это было очень волнительно и сладко.

— Ты уверена? — поинтересовался он тихим голосом, а я облизнула губу и, тяжело сглотнув, кивнула.

— Меня еще никто не целовал. А этот придурок… — я тут же прикрыла лицо рукой, вспомнив мерзкие касания Жени.

Но Эльмир не позволил мне спрятаться, сразу же убрал мою руку, а своей осторожно коснулся моего затылка. Я смотрела на него снизу вверх и таяла, просто растекалась лужицей от безумного взгляда красивого мужчины. Подобное рядом с ним я уже ощущала, и это не может быть просто дружба. Потому что от его касаний между ножек становилось жарко и влажно.

— Какого же хрена ты так рано выросла? — снова спросил он, а я от удивления приоткрыла рот, не сразу поняв, о чем он говорит. — Будешь теперь мужикам глаза мозолить, а я им кости ломать. Разве можно быть настолько красивой?

Он склонился, а по моему телу побежали мурашки. Он сказал, что я красивая? Вот этот мужчина, у которого полно женщин и который давно искушен, считает меня красивой? Сердце пустилось в пляс, ладошки вспотели, и я сажала их в кулачки. Дыхание сбилось и желала лишь одного, чтобы он наконец-то меня поцеловал.

— Красивее твоих баб? — зачем я это спросила, не понимала, но почему-то мне стало важно услышать ответ.

Эльмир посмотрел мне в глаза так, словно сам искал в них ответа.

— Разве я могу сравнивать тебя с ними? Ты несравнима ни с кем.

В голове набатом билось «поцелуй, поцелуй, поцелуй», а он словно чего-то выжидал, медлил и дразнил меня. Но сам склонился ниже, свободной рукой убрал выпавшие из растрепанного хвоста прядки волос и, задержав палец на губе, произнес:

— Ты будешь всегда моей, Катя. Всегда.

И склонившись, он нежно коснулся моих губ своими. Просто прикоснулся, позволив мне ощутить ближе его запах, и через несколько секунд губами прихватил верхнюю губу. По телу словно прошел электрический разряд, и я прогнулась в спине, грудью прижавшись к его груди.

Эльмир прорычал, потянул губу и отпустил. А я тяжело задышала, от нежности прикрыв глаза. Во рту пересохло, но шевелиться не было никакого желания. Прижиматься к Эльмиру — сплошное наслаждение, которое полностью охватило мое тело.

Его рука скользнула вниз по спине, а я вздрогнула, вдруг ощутив его губы возле уха. И тяжелое дыхание, похожее на мое. Глаза распахнулись от неожиданности и неизвестности.

— Всему свое время, малышка.

И он резко оторвался от меня и отошел. А мне захотелось завыть, только вот неожиданный рык Бекетова меня немного сбил с толку. Мужчина, крепко сжав руки, отвернулся от меня и простоял так несколько минут. Я сидела, боясь пошевелиться.

— Запахни халат, — прорычал он, а я тут же бросила взгляд себе на грудь, которая практически была нараспашку.

Вот это да, вот так прокол.

Я быстро запахнула полы и, спрыгнув, чуть не упала. Слава Богу, Эльмир не увидел, а то отругал бы за такое.

— Присаживайся, будем есть.

Я кивнула, не зная зачем, ведь он все равно не увидит, и, обойдя стол, присела на высокий стул. Пальцы до сих пор подрагивали, а сердце колотилось как бешеное. Заприметив на столе графин с соком, я решила немного попить чтобы смочить горло, но, наливая, удосужилась пролить на столешницу. Проклятая дрожь в теле!

— Прости, — словила на себе взгляд Эльмира, который сразу же взял тряпку и вытер сок.

— Поужинаем, потом раны тебе обработаю.

— Спасибо.

Ужин прошел в тишине. Я была благодарна Эльмиру за то, что он больше не поднимал тему моей внешности и того, что произошло. Я искренне стеснялась и чувствовала себя некомфортно. Такое было со мной впервые. К слову, как и поцелуй, который помог мне немного позабыть о мерзости. Да уж, чего я вру, после губ Бекетова никакие мысли, кроме как продолжение, не поселяли мою голову. Да, я хотела повторения. Хотела снова ощутить на себе его губы и так же близко вдохнуть его запах.

Чуть не подавилась, вспомнив об этом, и сразу же запила соком, чтобы прекратить кашлять. Эльмир практически не смотрел на меня. Я и сама бросила на него пару взглядов, а на третий не рискнула, боясь, что он меня подловит на этом.

Сегодня что-то переломилось, что-то треснуло между нами. Словно обрушилась какая-то невидимая стена, и я понимала, что теперь все будет по-другому.

Этого ли я боялась всю свою подростковую жизнь? Боялась, что вырасту и он потребует от меня расчет? Или хуже… отдаст кому-то на растерзание. Нет! Я наблюдала иную картину, с бережным и заботливым отношением. Бекетов действительно меня оберегал, и самое удивительное — даже от самого себя. Вот этого я уже не могла понять.

После ужина мужчина сам вызвался помыть посуду, а меня отправил в комнату на диван. Я нашла у него чистый теплый плед, потому как мой был немного в крови, и, закутавшись, расположилась перед телевизором. Только вот вникнуть в суть картинки так и не смогла. Перед глазами вновь встал жгучий взгляд моего опекуна.

Я вытащила руку и коснулась губ. Нет, я уже не ощущала на них его прикосновения, но я раз за разом прокручивала этот нежный поцелуй в своей памяти.

Умеет же Бекетов отвлечь.

— Сейчас раны обработаем, и ляжешь отдыхать, — произнес Эльмир, войдя в комнату.

Я только на миг представила, что его руки будут касаться моего тела, и по коже снова побежали мурашки, а губы закололи, предвкушая новый поцелуй.

Со мной явно что-то не то происходит. Я точно влюбилась.

Все же обработать раны я вызвалась сама, потому что боялась повторения своей реакции. Только вот ответа мне ждать не приходилось, ведь Эльмир явно не так реагировал, как я, хотя его слова говорили об обратном.

Да я просто еще не понимала, как мужчина должен реагировать на девушку, которая ему нравится. Потому я и не знала, что меня может ожидать через минуту.

Эльмир выделил для меня свою комнату и дал футболку для сна. Стоило мне зайти сюда, как я окунулась в полюбившийся аромат мужского парфюма. Кажется, здесь все напоминало о мужчине, который еще полчаса назад касался своими губами моих губ. Комната, выполненная в темных тонах, но при этом достаточно уютная. Огромная кровать по центру у правой стены, один большой напольный светильник — торшер, свободный подход к окну. Все, как я любила. А у левой стены кофейный столик и пара кресел. В углу один шкаф. Да уж, что мужчине еще нужно?