Влюбиться в лучшего друга - Галина Куликова

И все же, когда во время их первой встречи в больнице она сказала ему: «Мы подружимся», то действительно думала лишь о приятельских отношениях. Ей казалось важным поладить с лучшим другом будущего мужа, только и всего. Однако Олег ее невероятно удивил, довольно быстро и без видимой причины потеряв к ней интерес. «Ну и ладно, — думала она. — Это даже к лучшему — меньше головной боли». Но все же подобная метаморфоза не могла ее не задеть, и советоваться с Олегом она решила не в последнюю очередь потому, что хотела еще раз встретиться с ним тет-а-тет. Ей нужно было убедиться, что он действительно больше не испытывает волнения, когда она рядом. И если так, попытаться понять, с чем это связано. «Было бы мне двадцать два, такого бы не случилось, — огорченно думала она, взвешивая в руке телефонную трубку. — Как бы повести разговор, чтобы он непременно приехал?»

Как она и предполагала, Олег не обрадовался ее предложению встретиться тет-а-тет.

— Если тебе нужно со мной посоветоваться, лучше сделать это по телефону, — сказал он полуофициальным тоном, каким разговаривают любезные консультанты в фирменных магазинах.

Но Регину совет на расстоянии никак не устраивал. Ей страстно захотелось выступить перед Олегом так, как выступают актрисы в театре. Она заранее представляла, как будет ходить по комнате, нервно ломая пальцы, и даже закурит тонкую сигарету, которая хранится в красивой коробке, выложенной хрустящей бумагой. Закурит и тут же закашляется. А Олег посоветует ей поберечь голос и навсегда отказаться от табака. Может быть, даже распахнет окно прямо в промозглый вечер, чтобы ветер выдул из комнаты «всякую дрянь».

— У меня огромные неприятности. И если Виктор о них узнает…

— Какие неприятности? — насторожился Олег.

— Я не могу говорить об этом по телефону, — уперлась Регина. — В двух словах трудно объяснить, что происходит. Так что ты обязательно должен приехать. Кажется, меня втягивают в какую-то аферу. У меня на руках есть улики… То есть вещественные доказательства. Я хочу, чтобы ты на них посмотрел.

Ее сердило, что Олег не поддавался на уговоры. Он нравился ей, она на него рассчитывала… После очередной ссоры с Виктором она даже стала подумывать, не сменить ли ей жениха на его лучшего друга. Олег в ее глазах был благородным рыцарем, а Виктор — варваром-разрушителем. Если что-то шло не так, как он хотел, в нем просыпалась злая энергия, которая очень пугала Регину. А она была существом творческим и весьма хрупким…

— Ты ведь хочешь меня заставить решать твои личные дела за спиной Виктора. Выглядит это не очень хорошо, — продолжал увещевать ее Олег.

— Все это будет выглядеть еще хуже, если Виктор узнает обо всем первым! — возразила Регина. — Ты же знаешь его лучше всех! Вы знакомы всю жизнь. Потом, позже, ты ему все объяснишь. Только помоги мне сначала разобраться во всем самой.

— Неужели у тебя нет подруги, которой ты могла бы излить душу?

— Подруга может всего лишь выразить сочувствие, а мне нужна реальная помощь. Это дело требует мужского подхода!

— Скажу тебе откровенно — мне категорически не нравится, что Виктор ничего не знает о нашем знакомстве. Ты поставила меня в такое положение, что я и рассказать-то ему ничего не могу.

— Я поставила? — Регина ахнула. — По-моему, это именно ты сразу после знакомства привез мне цветы и повел гулять в парк.

Олег вынужден был с ней согласиться. Ему ничего не оставалось, как признать свое поражение. Явственно скрипнув зубами, он сказал, что через пятнадцать минут выезжает.

Да, он действительно планировал отбить Регину у Виктора. Однако рассчитывал сделать это в честном бою. Сначала нужно было рассказать другу о том, как он познакомился с его невестой, а потом уже объявить о своем намерении вступить в борьбу за ее любовь. Однако Регина взяла с него сначала одно честное слово, потом другое… Она опутала их обоих паутиной лжи, выпутаться из которой Олег до сих пор так и не смог.

Кроме того, все чаще он ловил себя на мысли, что ему хочется отказаться от контракта с самим собой, бросить глупую затею с женитьбой и снова обратить свой взор на Таню. Он чувствовал, что в конечном итоге вернется к своей настоящей любви. И испытывал в связи с этим то дикий восторг, то невероятное раскаянье.

Пока он был в пути, Регина бродила по комнате, переставляя вазы с цветами на более выгодные места и то и дело перекладывая диванные подушки. Несколько раз она подходила к большому зеркалу в гостиной, чтобы поправить волосы и подкрасить губы. Конечно, она не была легкомысленной дурой, и компрометирующие фотографии, которые запросто могли оказаться в руках у Виктора, ее действительно здорово взволновали. Однако не меньше волновалась она и по поводу своих женских чар, опасаясь, что они ослабли. Думать так было невыносимо.

На этот раз Олег приехал без цветов. Высокий, худощавый, в небрежно повязанном галстуке, с легкой щетиной на щеках, он выглядел очень привлекательным. Провожая его в комнату и усаживая на диван, Регина надеялась заметить в нем хоть какие-то признаки прежнего мужского волнения, но ничего такого не было и в помине. Олег был сосредоточен и серьезен, к тому же заранее предупредил, что у него мало времени. Он отказался от чая, от домашнего лимонада и даже от чашки вкуснейшего капучино, извергнутого дорогущей немецкой кофемашиной.

— Так что у тебя случилось? — деловито поинтересовался он.

Регина вздохнула и принялась рассказывать. Она поведала ему о своем неудачном консерваторском романе, о внезапном появлении из небытия четы Голосовских, а потом показала отвратительные фотографии, изготовленные неведомым преследователем. В процессе повествования она так разволновалась, что напрочь забыла о своем намерении заламывать руки и вообще хоть как-то рисоваться.

— Ну, как ты считаешь? Стоит мне говорить обо всем этом Виктору? — задала она главный вопрос, который и впрямь волновал ее сейчас больше всего.

— Конечно, стоит, — ответил Олег без тени сомнения. — Вот ты представь — если бы в его жизни случилось нечто подобное, ты бы наверняка хотела быть в курсе. Верно?

Регина промолчала. На самом деле она была в этом не уверена. Родители с детства внушали ей, что проблемы, возникающие в жизни мужчины, тот должен решать сам. Женщине знать о его неприятностях вовсе не обязательно. Она создана лишь для того, чтобы ее любили и баловали.

— А вдруг Виктор опять рассердится на меня? — с сомнением спросила она.

— Что значит — опять? — заинтересовался Олег.

Регина опустила глаза, поерзала на обтянутом искусственной замшей кресле, а потом все же рассказала ему о недавних стычках с Потаповым.

* * *

Тем временем произошло событие, которое при определенном стечении обстоятельств могло взорвать ситуацию. Придя после обеда на работу, Виктор увидел на своем столе письмо. Простой белый конверт с его именем, напечатанным в правом верхнем углу. Лиля сообщила, что доставил его обычный паренек, представившийся посыльным. Вскрыв конверт, Виктор обнаружил там фотографию: Регина, а перед ней какой-то коленопреклоненный пожилой мужчина. Кажется, целует ей руку. Лица этого ловеласа видно не было.