После игры - Эбби Глайнз

Горечь того, что на меня нашло, закипела, и я смог только кивнуть, прежде чем отправиться в раздевалку, чтобы принять душ и переодеться. Я не собиралась возвращаться домой и встречаться с отцом. Я избегал его, как только мог. Его не было дома вчера вечером, когда я приехал, поэтому я лег спать, но прежде обнял маму и заверил ее, что со мной все в порядке.

Мне потребовалась вся моя сила воли, чтобы не захлопнуть дверь спальни и не запереть ее, когда я вошел в свою комнату. Его не было дома, несмотря на то, что время было больше восьми вечера. Его работа допоздна и в нерабочее время на самом деле не работа. Это был трах. Чертов сукин сын.

Я бросил одежду в сумку и быстро принял душ, затем надел джинсы и чистую футболку. Мне нужно было увидеть Райли. Она бы меня успокоила. Мне хотелось ударить кого-нибудь или что-нибудь. Все что угодно, лишь бы вытащить из себя всю эту агрессию.

— Ты в порядке? — Спросил Гуннер, идя рядом со мной, когда я выходил из раздевалки.

— Да, — ответил я, не желая ни во что с ним ввязываться.

— Ты совсем другой. Сердитый. Какое-то дерьмо происходит, и ты держишь его при себе. Напоминает мне… меня.

Во мне не было ничего похожего на него. Он был холодным, бессердечным ублюдком, когда хотел им быть. Я никогда таким не был.

— Я в порядке. Просто трудный период. Не хочу об этом говорить.

Он вздохнул.

— Бывал там. Но я нашел кое-кого, с кем можно поговорить, и она стала той, которая не дала мне утонуть или сойти с ума. Тебе нужно с кем-то поговорить.

Я и говорил. С одной девушкой, которую он ненавидел больше всех остальных. Если я скажу ему об этом, он заткнется нахрен.

— У меня есть с кем поговорить. Мне не нужно ничье одобрение.

— Ты ведешь себя так, будто это моя вина. Что, черт возьми, я сделал?

Он позволил своей семье разрушить жизнь Райли. Он все еще делал это. Вот что он, черт побери, сделал. Я глубоко вдохнул и попытался успокоиться. Спорить с ним об этом прямо здесь, когда я был взвинчен от дерьма, что творил мой отец, было не лучшим способом с этим справиться.

— Просто отойди и дай мне пройти, — сказала я ему, когда мы подошли к моему грузовику.

— Все хорошо? — спросил Уэст, выходя из своего грузовика, чтобы посмотреть на нас обоих.

— Нет, парится из-за чего-то. Разве ты не видишь этого? — ответил Гуннер.

— Я думаю, что отступить и оставить его в покое — сейчас лучшая идея, — сказал ему Уэст.

Я рывком распахнул дверь и забрался внутрь. Я поблагодарю Уэста, но позже. Сегодня я хотел уехать из Лоутона. Вот и все.

* * *

Подъехав к дому Райли, я подумал, не последовал ли за мной Гуннер. Я почти был уверен, что это так. Я устал от секретов. Сейчас в моей жизни их было слишком много.

Райли не должна была оставаться тайной, и Лоутоны должны были принести ей извинения и дать шанс снова жить свободно в этом городе. Входная дверь открылась как раз в тот момент, когда я вылезал из грузовика, и оттуда вышла Райли в обтягивающих джинсах, которые облегали ее удивительные ноги, и голубом свитере, который подходил к ее глазам. Но Бриони с ней не было.

— Привет, — сказал я, идя ей навстречу.

— Тебе не нужно было подходить к двери.

— Нужно. Ты это заслужила.

Она покраснела и, ее глаза загорелись.

— Бриони поужинала с моими родителями и сегодня не выспалась. Мама сказала оставить ее дома, чтобы уложить ее спать пораньше.

Значит, остались только мы. Как бы сильно я не хотел провести время с Бриони сегодня вечером, было бы лучше, если бы она не была с нами. Мой гнев все еще съедал меня, где-то под кожей, и если кто-нибудь столкнется со мной, это будет ужасно.

— В следующий раз мы пойдем раньше, ради нее, — пообещал я.

Я открыл дверь грузовика для Райли, и она забралась внутрь. Как только я закрыл ее, мимо дома проехал грузовик Гуннера. Он замедлился, и наши взгляды встретились. Вот и все. Теперь он знал, но я разберусь с этим. По крайней мере, одной тайной в моей жизни станет меньше.

Я повернулся и, направилась к своей двери. Когда я забрался внутрь, то подумал о том, чтобы не рассказывать ей о том, что только что произошло. Но это должно было кончится и, сегодня вечером, возможно, будет конфликт. Гуннер был слишком вспыльчив, чтобы этого не произошло.

— Гуннер только что проехал мимо, — сказал я ей и завел машину.

— Мне нужно выйти?

Я повернулся и посмотрел на нее.

— Нет. Гуннер не контролирует мою жизнь.

Ее обеспокоенный взгляд заставил меня наклониться и поцеловать ее.

— У тебя сейчас слишком много дел, чтобы справляться и с этим.

Это было наименьшей из моих забот. То, что мир моей матери был разорван на части и разрушен, заставило истерику Гуннера казаться безмолвной.

— Ему нужно прийти в себя, — сказал я ей. — Сейчас самое подходящее время для него, чтобы разобраться и повзрослеть.

Она издала тихий смешок.

— Это будет не так-то просто, — сказала она мне.

— Мне плевать на легкость. Я забочусь о тебе.

То, как она, казалось, расслабилась и наклонилась ближе ко мне, означало, что я был абсолютно честен. Ей это нравилось. И мне тоже.

Мой телефон загорелся, я посмотрел на него, и увидел имя Гуннера. Я нажал кнопку "игнорировать" и направился к Rossi’s. Это было итальянское заведение, подороже, и школьники толпами его не посещали. Я был не в настроении встречаться в кафе с Сереной и ее компанией.

— Тебе нравится итальянская кухня? — Спросил я ее.

Она кивнула.

— Да, но в Rossi’s слишком дорого.

— Оно того стоит.

Похоже на Уиллу