Дом сломанных душ - Эмма Рид

Не знаю, сколько времени проходит, пока я безостановочно рыдаю, уткнувшись лицом в подушку. В конце концов, слез уже просто не остается. Я должна принять это… Как там Алекс говорил? Я должна принять эту боль, и тогда все будет хорошо.

Но я не могу не сделать одну вещь. Я должна поговорить с Биллом.

Выхожу из палаты, даже не потрудившись взглянуть на себя в зеркало. Иду искать его и замечаю, что медсестры странно смотрят на меня. Интересно, как я выглядела все это время и как себя вела?

Обнаруживаю Билла в общей гостиной и чувствую знакомое тепло в груди.

— Билл.

Он оборачивается ко мне.

— Дженнифер, почему ты здесь? Доктор сказал тебе пока оставаться в палате. Идем.

Он берет меня за запястье и ведет обратно в палату.

— Я искала тебя.

— Зачем? — удивленно спрашивает он.

Мы заходим в палату, и он прикрывает за собой дверь.

— Я должна поговорить с тобой… Обо всем этом. Док рассказал тебе? — спрашиваю я осторожно.

К моему удивлению, Билл начинает громко хохотать.

— Рассказал! Он подозревал, что я пытаюсь закадрить тебя или вроде того. Хотел выяснить, с чего бы вдруг у тебя в голове мы с тобой женаты. Слушай, а правда, как такое могло произойти? — со смехом спрашивает он, а я не понимаю, что тут смешного, мы ведь любим друг....

И тут я понимаю.

В его глазах нет того тепла, с которым он всегда смотрел на меня. Это не тот Билл, которого я себе выдумала, он совершенно другой, и он меня не любит.

— Выходит, и крышу я тоже выдумала? — убитым голосом спрашиваю я, чтобы удостовериться.

— Какую крышу? — не понимает он.

— Ты водил меня туда на свидание, там был мятный чай, и мы…

Я не нахожу в себе сил договорить.

— Да ладно? Слушай, ты и правда немного чокнутая! — веселится Билл, когда до него доходит, о чем я говорю, — Не было никакой крыши, естественно.

— Билл, послушай. Я ведь все это время жила там, с тобой, и я выдумала все это, но мои чувства к тебе… Они настоящие, понимаешь? И они не пропали, когда я очнулась. Я не знаю, как мне теперь быть… — тихо говорю я, потому что считаю, что он должен знать об этом.

— Дженнифер, ты в своем уме? Ах да… То есть мы, конечно, общались, пока ты была в порядке, но любовь? Это просто нелепо! — он ухмыляется, его действительно веселит эта ситуация.

Насмешка в его глазах и его презрительный тон разбивают мне сердце.

— Прости. Мне нужно отдохнуть, — говорю я и ложусь на кровать лицом к стене.

И не оборачиваюсь, чтобы посмотреть, как он уходит, пока меня душат слезы.

Какое-то время я еще нахожусь в клинике, прежде чем лечение начинает давать первые результаты. Доктор Лоу доволен мной и моими успехами, а я просто пытаюсь все забыть и начать новую жизнь — на этот раз по-настоящему. Алекс навещает меня несколько раз в неделю, но мне тяжело общаться с ним: я вижу, что он относится ко мне с прежней любовью и пониманием… Но для меня прошел целый год, и я успела отвыкнуть. Неприятный разговор все таки настиг меня в один из дней.

Мы сидим на лавочке, в том же самом месте, где я "развелась" с ним в своем воображении. У меня дежавю.

— Доктор Лоу говорит, что ты делаешь успехи. Это правда? — спрашивает Алекс.

— Так и есть. Я надеюсь, что это хороший знак. В любом случае, я полностью вернулась в реальность и помню абсолютно все.

— Это радует…

Мы молчим, я не знаю, как поддержать разговор.

— Дженн, ты знаешь, что я люблю тебя?

— Знаю, Алекс, — вздыхаю я, и вижу по его лицу, что он ждал другой ответ. — Послушай, мне нелегко говорить об этом. Я понимаю, чего ты ждешь: что у нас все станет по-прежнему, как раньше, но…

Мне приходится по несколько минут думать над своими словами, чтобы выразить то, что я хочу сказать. Алекс не торопит меня.

— Пойми, для тебя прошел месяц, но для меня — целый год. Я ведь считала, что все реально, к сожалению, и мои чувства были… — я запинаюсь. — Настоящими.

— Были? — уточняет Алекс.

— Да. Но я не могу так просто отказаться от этого, понимаешь? Представь, ты столько времени любил кого-то, а потом потерял его в одну секунду. Обычно у людей есть время, чтобы пережить расставание, у меня же его не было, — я очень стараюсь не сделать ему больно, но мне не удается: в глазах Алекса грусть.

— Ты любишь его? — просто спрашивает он.

Я не отвечаю на этот вопрос.

— Просто я не могу прямо сейчас к тебе вернуться. Мне нужно разобраться в себе и пережить это все. Одной.

Я знаю, что своими словами разбиваю Алексу сердце, но не могу по-другому, потому что не хочу ему лгать. Он печально смотрит на меня и отвечает:

— Я все равно буду ждать тебя, как ждал до этого, и никогда не перестану тебя любить.

Я смотрю, как он уходит, и мое сердце сжимается от боли. Я причинила столько проблем человеку, который все это время был рядом и поддерживал меня, и ненавижу себя за это. Я лишь могу оставаться с ним честной, несмотря на то, как тяжело это дается нам обоим.

Спустя некоторое время я действительно чувствую себя по-другому. У меня не остается выбора: я должна окончательно вылечиться и выйти отсюда, уже по-настоящему. Очень стараюсь, не пропускаю ни одного сеанса и соглашаюсь на все схемы лечения, которые предлагает доктор Лоу, и они действительно работают. И в один из дней я просыпаюсь, точно зная, что этот день — последний. Сегодня вечером меня выписывают.

В одной руке держу свою сумку, в другой — папку со своими документами. Оглядываюсь на внушительное здание больницы: за эти месяцы я, оказывается, успела к нему привыкнуть. Меня провожает доктор Лоу, и я тепло прощаюсь с ним, обещая быть на связи и сообщать, если что-то пойдет не так. В глубине души я знаю, что сделаю все, чтобы никогда ничего ему не сообщить.

Выхожу за ворота и вдыхаю полной грудью. У въезда на парковку вижу машину Клэр и то, как подруга с улыбкой машет мне рукой. Мы обнимаемся, и она везет меня домой, а в зеркале заднего вида я наблюдаю, как медленно удаляется и исчезает за поворотом мой старый дом — дом сломанных душ.