Здравствуй, папа! - Амелия Борн

– Выполняю свои обещания, – заявил он с улыбкой после обмена приветствиями. – Куда бы ты хотела, чтобы я вас сводил?

Я подавила вздох.

– Откровенно говоря, самая главная достопримечательность, которая меня сейчас интересует в первую очередь – это место, где можно немного… подработать. Знаешь что-нибудь подобное?

Роман удивленно взметнул брови:

– Владислав Крамольский никогда не казался мне жмотом. Или… – он пристально посмотрел на меня, – только не говори, что ты ускакала любоваться местными красотами, даже не сказав ему о том, где ты.

– А если и так? – парировала я сухо, сложив на груди руки.

– Это не выход, – покачал Васнецов головой. – Он что, пытался отобрать у тебя Алису?

– Нет. Никогда, – ответила честно.

– И за что же ты тогда выписала бедолаге вотум недоверия?

– Я ничего не выписывала! Я просто хочу переждать весь этот кошмар. Хочу, чтобы меня никто не трогал!

– Смотри не упусти момент, – заметил Роман философски. – А некоторые кошмары лучше делить на двоих. Так проще, поверь.

– Говоришь со знанием дела, – с сарказмом откликнулась я.

– Вообще-то да. Ты спрашивала, что я делаю здесь… – его глаза вдруг подернулись дымкой, а лицо приобрело отсутствующее выражение. – Так вот, я зализываю раны. Несколько лет назад я потерял жену и ребенка. В аварии. И это – то, чего нельзя исправить, как бы ни хотелось. Со смертью невозможно спорить. А все эти газетенки… – взгляд Романа снова сосредоточился на мне, – то, с чем можно и нужно бороться! Понимаешь?

Да, я его понимала. В частности, то невысказанное, что крылось под его словами – он сам и рад был бы бороться, но ему уже не за кого и не за что.

– Схоронить себя в деревне тоже не выход, – сказала в итоге в ответ. – Этим никого не вернуть. Понимаешь?

Он усмехнулся, а потом как-то незаметно вышло, что Роман пожал мою руку, словно хотел сказать этим – нам, несчастным, надо держаться вместе. И именно в этот момент я к своему ужасу услышала за спиной до боли знакомый голос:

– Какая милая картина!

За некоторое время до этого

– Владислав Сергеевич, вы меня не знаете…

Конечно, черт побери, я ее не знал! Но зачем сейчас разводить эти политесы – не мог предположить даже близко.

– Не знаю, – согласился я, опасаясь спугнуть ту, которая могла дать мне хоть каплю информации об Эмме и Алисе.

– Да. Зато я знаю Эмму…

– Я в курсе, – отрезал, давая понять, что мне не нужно напоминать в сотый раз, зачем здесь эта женщина.

– Меня зовут Светлана. Наши дочери учатся в одном классе. Имею ввиду мою Лизу и Алису Эммы.

Она улыбнулась, но в этой улыбке не было и капли тепла. Скорее дежурная мина, которую Светлана, вероятно, прорепетировала от и до.

– Хорошо, – кивнул я и уставился на женщину с вопросом во взгляде. – И что дальше?

Она сделала вид, что замялась, после чего сказала:

– Вся эта шумиха вокруг ваших отношений и Алисы…

Наморщив нос, Светлана покачала головой, как мне почудилось – с укором. Я же просто смотрел на нее и ждал продолжения.

– Что вам нужно? – потребовал ответа, когда пауза в разговоре излишне затянулась.

– Дело в том… что я видела, как Эмма уезжает. И записала номер машины…

На этом моменте я встрепенулся. Значит, эта самая Светлана не просто тратила мое время, а реально знала кое-что, что было для меня особенно важным.

– Вы записали номер машины, – напомнил я Свете, стоило только молчанию вновь повиснуть между нами.

– Да, но понимаете… я живу не очень богато.

– Сколько?

Едва удалось удержаться от того, чтобы не скривиться. Моя дочь учится с теми, у кого такие матери? Тут же захотелось забрать ребенка на домашнее обучение. Но сначала его, этого самого ребенка, нужно было отыскать.

– Сколько не жалко! – встрепенулась Светлана. – Вы ведь человек щедрый…

В итоге я расстался с довольно внушительной суммой, но в тот момент готов был отдать все, что у меня имелось на всех моих счетах, лишь бы уже отыскать Алису и Эмму.

– Слушай, ну… в целом хоть как-то помочь смогу, – сказал Андрей, один из тех, кто помогал мне добраться до следа, наверняка оставленного Эммой. – По камерам отследим, куда эта машина уехала. Но если это будет какой-нибудь Мухосранск…

Андрей развел руками, давая понять, что во всем этом он не так уж и всесилен.

– Найди, куда они поехали. Сузим зону поиска, – сказал я.

А сам в очередной раз задался вопросом – кто такой этот самый Геннадий? И какого хрена мои девочки обратились именно к нему?

– Дай мне время. Можешь пока кофе выпить. Тут у нас дрянной, но другого предложить не могу.

Андрей кивнул на дверь, давая понять, чтобы я вышел, сам же зарылся в то, что происходило на экране видавшего виды монитора.

Я покинул кабинет, отыскал аппарат с кофе и, взяв себе дерьмовый американо, отхлебнул глоток. То, что меня окружало в данный момент, походило скорее на какой-то дешевый сериал, а не на мою жизнь, в которой привык существовать.

С журналистами я разобрался. Но черт бы все побрал, не мог понять, почему вдруг стал должен решать такие вопросы? Какого хрена вообще все это творилось? Почему я вдруг стал радоваться до усрачки тому, что с утра читаю новости о себе, но в них уже нет того поноса, который щедро изливался журналюгами, готовыми обосрать всех и вся в погоне за звонкой монетой?

Впрочем, это было неважным. Важно было отыскать Эмму и Лису. И больше никогда не отпускать их от себя.

– Возвращайся. Я нашел, куда они уехали, – сказал Андрей, набравший мой номер десятью минутами позже, и я сорвался с места и помчался в его кабинет.

Остановившись на въезде в деревню, я побарабанил по рулю. Камеры – это конечно, хорошо, но что делать дальше? По всему выходило, что теперь мне предстояло стучаться едва ли не в каждый из нескольких десятков домов, чтобы понять, где Эмма с Лисой.

В целом, я готов был пойти на это, лишь бы только знать, что поиски увенчаются успехом.

Уже выйдя из машины, я вдруг заметил нескольких бабушек, греющихся на лавочке возле одного из домов. Эврика! Бабули – это не только собирательницы всех возможных сплетен, но еще и очень ценный кладезь информации. Поставив машину на сигнализацию, я направился к старушкам. Они разом затихли и, прищурившись все, как одна, стали следить за моим приближением.

Я вел тысячи переговоров и чувствовал себя в них как рыба в воде, но именно сейчас вообще не понимал, с чего начать.

– Здравствуйте, – поздоровался с бабульками и те нахохлились еще больше. – Я тут немного заблудился.